Игорь Некрасов – Вулкан Капитал: Орал на Работе 3. 18+ (страница 10)

Её взгляд был абсолютно нормальным, деловым, будто она просто забежала за ручкой.

Игорь поймал этот взгляд и, чувствуя, как по его лицу расползается маска судорожно сдерживаемой истерики, поспешно выдавил:

— Ну, я тогда пошел. Раз все дела тут… заКОНЧИЛ.

Марина сидела в ступоре. Она смотрела то на стакан, то на довольную Сашу, то на Игоря. Её щёки пылали, губы подрагивали, а в глазах стояла смесь паники и дикого веселья.

Она кивнула ему, не в силах вымолвить ни слова, лишь почти беззвучно шевеля губами и произнеся: «Хо-ро-шо».

Игорь, не мешкая, поднялся со стула и быстрым шагом направился к выходу. На пороге он обернулся, чтобы прикрыть за собой дверь. И последнее, что он увидел, была Саша, что-то увлечённо рассказывающая Марине, вероятно, продолжая историю про «дэбила Володю», при этом снова взявшая стаканчик в руку и начавшая посасывать его содержимое через трубочку.

Марина сидела, уставившись на подругу с широко раскрытыми, полными сюрреалистичного ужаса глазами. Её рот был приоткрыт в немом вопле, в крике души, которая только что стала соучастником гастрономического преступления, а её собеседница — невольным дегустатором.

Дверь закрылась с тихим щелчком, отсекая эту картину и Игорь прислонился спиной к холодной стене коридора, зажмурился и выдохнул:

«Бля-я-я…» — воздух с шипением вырвался из его лёгких, унося с собой часть дикого напряжения.

Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как по телу разливается странная, нервная эйфория.

«Пиздец…» — пронеслось в голове, когда он в темпе зашагал в сторону своего рабочего места. «Я только что… бля… Я только что накормил случайную девушку своей спермой, и она еще и сказала „спасибо“».

Уголки его губ предательски дёрнулись. Он сглотнул комок, в горле першило от сдерживаемого смеха.

«Это была самая странная ситуация за этот день, — подумал он и, подойдя к своему столу, краем глаза заметил, что Алиса уже не на месте. — Видимо, уже ушла на обед… Бля… ладно… Пофиг. Придумаю что-нибудь другое», — мелькнуло у него в голове с лёгким уколом досады.

Он огляделся.

Огромный открытый зал, обычно гудящий, как растревоженный улей, заметно опустел и притих. Свет стал мягче — кто-то из ушедших приглушил основные линии люминесцентных ламп. Оставались лишь единицы: в дальнем углу мерцал экраном одинокий айтишник, а у окна застыла с чашкой кофе бухгалтерша с уставшим лицом. Царила странная, зыбкая тишина, нарушаемая лишь ровным гудением серверов и отдалённым шёпотом кондиционера.

Стремясь вырваться из этого застывшего пространства, Игорь направился к лифтам. Его шаги гулко отдавались в почти пустом зале, будто он шёл по заброшенной станции метро. Он нажал кнопку вызова, и механизм с тихим щелчком и жужжанием пришёл в движение где-то в шахте.

Дзиннь! Лифт прибыл, мягко и безлюдно распахнув двери. Игорь шагнул внутрь, и двери с шипящим звуком закрылись, отделяя его от тишины офиса. В кабине пахло холодным металлом. Он облокотился на поручень, глядя на меняющиеся цифры над дверью.

В голове прокручивались мысли: «Так, надо, чтобы Алиса меня не увидела, дабы я смог спокойно поговорить с Семен Семенычем».

Лифт плавно остановился. Двери разъехались, выпустив его в шумное пространство столовой. Воздух сразу же ударил в нос густой смесью запахов еды.

Взгляд Игоря автоматически начал сканировать зал в поисках знакомой светлой головы. И почти сразу нашёл. Алиса сидела за столиком у окна, оживлённо разговаривая с кем-то из коллег из соседнего отдела. Она жестикулировала, улыбалась и была полностью поглощена беседой. В его сторону — ни взгляда.

«Так… меня не видит… И, видимо, не особо-то и ждет», — констатировал он про себя, и в душе шевельнулось странное облегчение, смешанное с лёгкой досадой.

Он взял поднос и пошёл вдоль линии раздачи, действуя на автопилоте, взял самое простое: котлета, гречка, салат из моркови и консервированной кукурузы.

С подносом в руках он снова бросил взгляд на Алису. Она заливисто смеялась, откинув голову. Возможность незаметно слиться казалась слишком соблазнительной.

«Ладно, — мысленно махнул он рукой. — Пойду сначала с Семёнычем поговорю. А ей, если что… — он уже формулировал в голове оправдание, — скажу, что поздно вышел из кабинета СБ».

Решение принесло неожиданное спокойствие. Он развернулся и направился вглубь зала, подальше от её столика. Его цель сидела там же, где и всегда — за одним и тем же угловым столом, словно прирос к нему, сидел Семён Семёныч. Он уже доел. Перед ним стояла пустая тарелка, вытертая до блеска, а сам он, с идеально прямой спиной, что-то внимательно изучал на планшете, изредка поднося к губам кружку с чаем. Он казался оазисом порядка и размеренности в этом шумном хаосе обеденного перерыва.

Игорь, сделав последний решительный глоток воздуха, подошёл к его столу.

— Семён Семёныч, можно к вам? — спросил он, стараясь придать голосу почтительные нотки.

Семён Семёныч медленно поднял взгляд от планшета. Его лицо, обычно подёрнутое вечной плёнкой недовольства, на мгновение оставалось невозмутимым, а затем уголки губ дрогнули в слабом, но однозначно довольном подобии улыбки. Он отложил планшет в сторону, поправил очки и произнёс чётко, выговаривая каждую букву, как будто зачитывал официальное приглашение:

— Безусловно, Игорь Семёнов. Конечно, присаживайтесь. Свободное место, — он жестом указал на стул напротив, — в вашем распоряжении.

Игорь, пока присаживался, уловил лёгкий кивок головы Семёна Семёныча, означавший высшую степень одобрения — он правильно сделал, что попросил разрешения.

Не теряя инициативы, Семён Семёныч сложил пальцы домиком и продолжил тем же размеренным, назидательным тоном:

— Тем более, мы ведь с вами предварительно договорились побеседовать о… — он сделал театральную паузу, давая Игорю возможность проявить инициативу и хорошую память.

Игорь, поймав пас, поспешил вставить:

— О «карьерной лестнице».

— Верно, — благосклонно подтвердил Семён Семёныч, и его грудь чуть заметно выпятилась от сознания правильно выстроенного педагогического процесса. — Именно о карьерной лестнице и сопутствующих ей аспектах профессионального становления в рамках нашей корпоративной структуры. Я вас внимательно слушаю, дружище.

Игорь, наконец, взял в руки вилку и начал ворошить на тарелке остывающую гречку. Он не смотрел на Семёна Семёныча, сосредоточившись на кусочке котлеты.

— Семён Семёныч, если честно… — он начал медленно, — я бы хотел поговорить не совсем о карьерной лестнице.

Лицо Семёна Семёныча мгновенно изменилось. Мгновенная довольная улыбка сменилась маской настороженного, почти подозрительного внимания. Брови поползли вверх, а губы сжались в тонкую ниточку.

— Та-ак… — протянул он, и в этом одном слове прозвучал целый спектр эмоций: от разочарования до любопытства. — Продолжайте, коллега.

Игорь сглотнул, чувствуя, как под его взглядом у него по спине бегут мурашки. Он всё ещё не знал, как правильно преподнести это.

— Я бы хотел поговорить… — он понизил голос почти до шёпота, оглядываясь по сторонам, — … о финансах.

Семён Семёныч откинулся на спинку стула. Он смерил Игоря долгим, изучающим взглядом, будто перепроверяя только что услышанное.

— О финансах… — повторил он, и его голос приобрёл новый, ещё более нудный и поучительный оттенок. — Финансы, мой милейший, это не просто деньги. Это кровеносная система любой, подчёркиваю, любой экономической деятельности, будь то многонациональная корпорация или личный бюджет рядового сотрудника. Это дисциплина, планирование и, прежде всего, — он сделал паузу для пущего эффекта, — правильная методология.

Он замолчал, давая своим словам прочно осесть в сознании собеседника, а затем, с видом мага, раскрывающего первую тайну, мягко, но властно произнёс:

— Продолжайте, мой дорогой коллега. Я весь во внимании. Излагайте суть вашего вопроса.

Игорь всё ещё не знал, как подступиться. Он тяжело вздохнул, отложил вилку и, наконец, поднял глаза, встретившись взглядом с Семёном Семёнычем. Тот сидел неподвижно и ждал.

— Семён Семёныч… — начал Игорь, и голос его дрогнул. — Я… э-э… в общем, — Игорь сглотнул, чувствуя, как горит лицо. — Извините меня, если вам будет неприятно или ещё что-то… — Семён Семёныч не перебивал. Он лишь слегка наклонил голову, и в его глазах загорелся неподдельный, живой интерес. Он видел искреннюю борьбу в молодом коллеге. — Помните, вы говорили… — Игорь, собрав волю в кулак, продолжил, — … вы говорили, что вкладываетесь в акции и на этом зарабатываете.

На удивление, Семён Семёныч ничего не ответил. Никакой лекции, никакого уточнения. Он лишь медленно, с достоинством кивнул, давая понять, что помнит, и жестом пригласил Игоря продолжать.

Воодушевлённый этим молчаливым разрешением, Игорь выпалил дальше, глядя на него с подобострастием:

— И вот смотрю я на вас… Вы — тот человек, которым я хотел бы быть. Но боюсь, я даже близко не стану… даже вашей тенью.

Семён Семёныч явно был польщён. Его грудь расправилась, а на губах появилась та самая, редкая отеческая улыбка.

— Дружище, вы себя… — начал он снисходительно.

Но Игорь, набравшись смелости, мягко, но настойчиво перебил:

— Семён Семёныч, разрешите я договорю.

— Конечно, — тотчас согласился наставник, смотря на него с новым уважением.