Игорь Некрасов – Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? 18+ (страница 7)

Я зажмурился, пытаясь прогнать навязчивый образ — как её юбка обтягивала округлые, соблазнительные ягодицы, когда она уходила.

Боже, какая же сладкая жопа… Я не могу. Вот бы её облизать да расцеловать… — пронеслось в голове, и я почувствовал знакомое предательское тепло внизу живота.

Кажется, мое тело решило, что любой намек на женское внимание — это прямое приглашение к немедленной эрекции.

Выпив кофе, который оказался на удивление вкусным, я ещё пару минут посидел в комнатке персонала, пытаясь привести мысли в порядок и избавиться от стояка.

И наконец допив кофе и решив, что пора возвращаться к суровой реальности, я побрёл в свой кабинет. При этом по пути мысленно готовясь к встрече с Ириной, вспоминая всё её баловство и слова про то, что у неё болит всё тело… каждая мышца.

Явный пошлый намёк, — пронеслось в голове, когда я открывал дверь, а заглянув внутрь, обомлел на пороге…

На массажной кушетке, вытянувшись в струнку и глядя в потолок, лежала Алиса. Белая коса, идеальное тело, ледяные глаза. На ней был тот же синий тренировочный костюм, но на этот раз распахнутый. Чёрный топ, который я уже видел, вновь открывал вид на её выступающие через ткань сосочки.

— Есть время? Не помешаю? — спросила она своим ровным, безжизненным голосом.

Почему она решила прийти именно сейчас? — задумался я. — Перед самым сеансом с Ириной? Кстати, а какой вообще у меня график работы? Типа они могут вот так приходить, когда им вздумается, или что?

— Нет, конечно, — я попытался выдать за улыбку что-то похожее на профессиональную приветливость. — Что случилось?

— Свело икру. Левую. Спазм, — она не двигалась, а её поза кричала: «Сделай свое дело и не разговаривай со мной».

Хм, какая же она… чёрствая. А Света ведь говорила, что почти улыбалась сегодня. Что же изменилось? Неужели она просто выпендривается перед малознакомыми людьми?

Я подошел вплотную и осторожно прикоснулся к её икре через ткань штанины. Мышца была твердой, как камень.

— Сильный спазм, — констатировал я. — Нужно растянуть и размять.

— Делайте, что должны, — сказала она в ответ.

И я начал. Я работал с ее икрой, с ахилловым сухожилием и с камбаловидной мышцей. Делал это жестко, профессионально, без тени флирта или сомнения. Я вкладывал в работу всю свою накопившуюся нервозность.

Её длинная ножка стала моим антистрессом, который можно было помять, чтобы успокоиться.

Я чувствовал, как под моими пальцами каменная мышца постепенно сдается, становится мягче, пластичнее. Алиса не издала ни звука, но по тому, как расслабилась её спина, я понял — боль уходит.

Через десять минут я закончил и сказал:

— Попробуйте встать.

Она медленно поднялась, поставила ногу на пол, перенесла вес.

— Лучше, — коротко кивнула она, но на её лице ничего не отразилось. — Спасибо. — Алиса повернулась и пошла к двери, но на пороге она остановилась. — Удачи. С Ириной, — бросила она с неким предупреждением в голосе и вышла.

Я застыл на месте.

Её слова повисли в воздухе, холодные и многозначительные. Она знала. Знала о предстоящем сеансе и пожелала мне удачи. Это было похоже на то, как если бы палач накануне казни пожелал осужденному спокойной ночи.

Что это вообще значило? — опешил я, продолжая глазеть и хмурится в закрытую дверь. — Мне уже кажется, что Ирина — какая-то местная искусительница, которая соблазняет и пользует всех парней, которые ей повстречаются. Как странно… Это же не может быть правдой, так?

Я отвернулся и всё оставшееся до прихода Ирины время потратил на самую бесполезную и нервную деятельность: перемыл уже чистые руки, трижды перечитал этикетки на всех флаконах с маслами и даже попытался сделать пару дыхательных упражнений.

Не помогло.

Мое тело помнило и жесткие спазмы в икре Алисы, и ее холодный, многозначительный взгляд. Теперь же мне предстояло столкнуться с её полной противоположностью, и было неясно, чем эта встреча закончится.

Прошла пара минут, и эта противоположность… наконец пожаловала.

— Ну что, золотые ручки, отдохнул? Готов к тесту на прочность? — бросила она с порога, оглядывая меня с ног до головы.

Какая она наглая и самоуверенная… — подумал я, а затем ответил, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Я всегда готов к работе.

— Вижу, вижу, — она проскользила к кушетке и, не колеблясь ни секунды, расстегнула молнию и сняла верх спортивного костюма. Под ним оказался неожиданно нежный белый кружевной бюстгальтер, резко контрастирующий с ее дерзким характером.

Он был таким… на удивление милым.

В следующую секунду Ирина улеглась на спину, и произнесла:

— У меня сегодня просто всё болит, но давай начнем с ног? После вчерашних толчков икры просто горят.

Я кивнул, стараясь не смотреть на ее грудь, прикрытую лишь тонким кружевом, и уже собирался приступить к работе, как тут она выдала:

— Ох, а может, мне ещё и штанишки нужно снять? — с совершенно невозмутимым лицом заявила она. — Чтобы удобнее было?

Я на мгновение остолбенел, но тут же решил принять правила игры и произнес:

— Как будет удобно. — проговорил я спокойным тоном, хотя внутри всё горело, взгляд так и задерживался на ее груди.

— Ладно, не буду… легла ведь уже…

Я усмехнулся и, благодарный за хоть какой-то намек на её адекватность, начал с икр. Как только я прикоснулся к ней, она тут же закрыла глаза, а на её лице появилась лёгкая улыбка.

Когда она молчит выглядит очень милой. — подумал я, и начал.

Её мышцы были твёрдыми, но эластичными. Я работал глубоко, разминая камбаловидные и икроножные мышцы, периодически лелея глазами её молодое тело.

— М-м-м… да, вот тут… — она тихо застонала, когда я нашел особенно тугой узел. — Как хорошо… ты и впрямь волшебник.

Ее стоны были легкими, игривыми. Я сразу же подумал: «А она не сдается, похоже, хочет продолжать баловаться». Я старался не обращать внимания на её глупости, концентрируясь на её мышцах, на работе и на том, чтобы мой взгляд не соскальзывал к белому кружеву.

— Теперь… бедра, — скомандовала она, когда я закончил с икрами. — Квадрицепсы. Чувствую, как деревенеют.

Я перешел на переднюю поверхность бедер. Работа была интенсивной, я вкладывал в нее все силы. Она изредка вздыхала, но в целом вела себя довольно спокойно.

Я уже начал думать, что все мои страхи были напрасны, но…

— А теперь… плечи, — сказала она, когда я закончил с ногами. — Вчера Алиса чуть не вывихнула мне руку на поддержке.

Я переместился к изголовью. Она лежала на спине в одном лишь бюстгальтере, и мне пришлось встать сбоку от нее, почти над ней. Отсюда вид был еще лучше, прям идеальный.

Я начал работать с ее трапециями и дельтовидными мышцами, стараясь смотреть только на ее плечи. Но это было невозможно. Её аккуратные, сладкие сиськи так и попадались на глаза.

И тут она начала, точнее, продолжила свою игру.

— Сильные руки… — тихо прошептала она. — Чувствуется мощь… Мне нравится.

Я промолчал, стараясь не реагировать.

— А тебе нравится? — она приоткрыла один глаз. — Как тебе идея работать тут? С нами? Как ты вообще к этому относишься?

— Работа есть работа, — уклончиво ответил я.

— О, не скромничай, — она хихикнула. — Я видела, как ты на Алису смотрел. И она на тебя. Ледяная глыба, а ведь тоже растаяла, ну чуть-чуть.

— Я не заметил, — пробормотал я, чувствуя, как жар разливается по щекам.

— А вот замечай, — ее голос стал томным. — Здесь многое зависит от того, кто кого заметит первым. — сказав это, она расплылась в улыбке, явно довольная сказанным. — А ты вообще видел наши выступления по телеку?

— Парочку. — соврал я, и она тут же отреагировала одним многозначительным:

— Ммм…

Блин, а ей обязательно вот всё комментировать и что-то спрашивать? — задумался я и, пытаясь ее игнорировать, продолжил массаж, но мои движения стали менее уверенными.

Да, млять… вот что она имела в виду, говоря про Алису? И какого фига она ведёт себя так… развязно и вызывающе? Неужели хочет меня соблазнить? Или просто издевается, зная, что молодой парень будет сгорать от возбуждения из-за её вида и слов?

Вопросов было куча — ответов ноль.