Игорь Негатин – Право вернуться (страница 27)
— В гостинице… — захлопал глазами Семен.
— Понятно, что не в борделе. В какой из них?
— Рядом с площадью. Там у входа есть такой…
— Знаю, — отмахнулся Марк и посмотрел на меня. — Пошли, разбудим парня и потолкуем.
— Если он спит, разумеется, а не дробовик чистит.
— Кому он нужен, этот дробовик?
— Стива будить не станем? — спросил я.
— Не смеши. Я бы пошел и один, но ты же все равно следом увяжешься!
Заспанный хозяин гостиницы даже не понял, кого мы ищем, пока Брэдли не поднес ему кулак под нос и не приказал заткнуться. Испуганный владелец кивал, нервно щупал длинную ночную сорочку и наконец проводил на второй этаж, шлепая желтыми пятками по холодным доскам.
Стук в дверь…
Тишина…
Фермер так и не открыл. Рядом топтались испуганный хозяин и несколько разбуженных постояльцев из соседних номеров. Пришлось высадить дверь и нагло ворваться в комнату. Увы, мы опоздали. На час, а может, и того меньше… Мужчина лежал на полу в луже из собственной мочи и крови. Кто-то перерезал ему глотку и даже оставил орудие убийства: нож демонстративно загнали в стену, рядом с умывальником и мутным зеркалом. Шериф осмотрелся и выругался.
За окном уже розовел восток. Светало…
Едва мы успели осмотреться, как прибежал какой-то парень из числа ночевавших на площади. Еще два трупа. Работники, которые прибыли в Ривертаун вместе с Семеном и этим фермером. Они были найдены рядом со своим фургоном. Там же нашли и два дробовика.
Что потом? Сами-то как думаете?
Завертелось…
Семена, до окончания ярмарки, спрятали в лачуге старого мистера Роберта. Выдали тому ружье с дюжиной патронов и приказали не спускать с парня глаз. Такая вот программа по защите свидетелей получилась. На здешний лад. Закончится праздник, тогда и будем думать, что делать с парнем. Я бы отправил его куда-нибудь подальше, но куда? В Брикстоун? Тоже не выход.
Мэр просто писал кипятком от злости, проклиная и сдохшего фермера, и гостей города, и даже погоду. Да, что и говорить, ярмарка вышла слегка похоронной. Если точнее — началась с похорон убитого фермера и двух батраков. Смертью здесь никого не удивишь, на ярмарках всегда кого-нибудь резали или убивали, но это уже под конец, ближе к завершению торгов, когда купцы завершали сделки и начинали отдыхать, уходя в продолжительные загулы в борделе мадам Долли. Тогда и морды били, и кровь пускали, но чтобы вот так, за день до начала ярмарки — такого еще не было.
В общем, открытие Осенней ярмарки, которое всегда проводилось с размахом, прошло очень скомканно. По городу поползли слухи, начали появляться мрачные прогнозы. Еще бы им не появиться! Эта старая ведьма — миссис Эшли, так и летала по улицам, стращая всех жителей карами небесными!
Все устали, вымотались. Противно. Еще и разговор с Марком… Не самый приятный. Как только ярмарка закрылась, шерифа вызвали в резиденцию мэра и, видимо, прописали клизму с патефонными иголками. Когда он вернулся, то собрал всех. Меня, Стива Палмера, Семена и даже старика Грина.
— У нас на руках пять трупов, — сказал Брэдли и обвел нас взглядом.
Для убедительности он даже растопырил пятерню, показав нам пальцы. Потом сжал их в кулак и так грохнул по столу, что перевернулась чернильница, залив чернилами какие-то бумаги:
— Пять, мать вашу так!!!
— Почему пять?! — осторожно спросил Стив.
— Потому!!! Фермер, две его дочери и те два парня, которых нашли на площади.
— Но откуда вы знаете, что… — начал было я, но меня оборвали.
— Ты что думаешь, мистер Талицкий, что Уильям Фоули будет так любезен и оставит этих девочек в живых?! Черта с два! Он перережет им горло и подвесит на воротах фермы, чтобы тем, кто имеет с ним дело, это послужило хорошим уроком! Эти девки уже мертвы!
— Так не убитый же фермер рассказал мне про убежище Фоули, а Сэм…
— Что вы говорите, мистер?! Неужели? — со злой ухмылкой спросил Марк и даже руками всплеснул. — Как же так? Это, значит, фермер ошибся, не так ли? Взял на ярмарку языкастого парня, которого всегда считали простым дурнем?! Какая досада!!! Так?!
— Получается, что не так…
— Так получается потому, что ты полез, куда тебе не следовало! Ты облажался, приятель! И эта кровь, черт бы тебя побрал, на руках дебила Сэма Покровского и на твоих, мистер Талицкий, между прочим, тоже!
— Надо было сделать вид, что ничего не случилось?
— Надо было прийти и сказать, что какой-то идиот, с торчащей из башки соломой, ходит по площади и притворяется самым умным! Тогда не пришлось бы изображать агента из детективного бюро Брикмана, ползая по старой пристани! На такие встречи не ходят в одиночку! Будь ты чуточку поумнее, мистер Талицкий, мы со Стивом прикрывали бы твою задницу и взяли неизвестных стрелков раньше, чем они перестали мочиться в реку и расчехлили свои ружья!
— Облажался…
— Ты не просто облажался, мистер Алекс! — рявкнул он и ткнул в меня пальцем.
— Согласен… — сказал я, но меня никто не слушал.
— Будь у нас на руках эти придурки, мы бы успели перехватить ныне дохлого фермера до того момента, как он обмочился и вывалил язык прямо на пол! Тогда бы у нас был выход на поставщиков Фоули и запас времени, чтобы взять его в этой берлоге. Глядишь, не только бы фермер выжил, но и его дочери!
— Да, сэр…
— Что? — взвился шериф. — Это единственное, что ты можешь сказать?
— Я виноват…
— Ах, виноват…
— Да, сэр…
— Знаете, мистер Талицкий, берите своего раненного в задницу приятеля и валите домой! Приводите перышки в порядок и чтобы я вас… три дня… Какие, в задницу, три дня?! Неделю! Чтобы я не видел тебя целую неделю, а иначе вышибу из тебя все то дерьмо, которым забита твоя тупая башка!
— Марк…
— Пошел вон!
25
Семена я забрал из дома старика Грина и поселил у миссис Грегори — у нее как раз была свободная комната во флигеле. Там давно никто не жил, и помещение было забито разным тяжелым хламом, который не под силу разобрать женщине, несмотря на ее фанатичную любовь к чистоте и порядку. Договорились, что мы с Покровским разберем этот бардак, и она сдаст комнату за пять марок в месяц. Разумеется, с завтраком.
Миссис Грегори обвела парня взглядом и даже вздохнула, оценив худобу и впалые щеки. Потом поджала губы и добавила, что если мистер Сэм — как звали здесь Семена — будет так любезен и поможет ей по хозяйству, то она с радостью обеспечит его не только сытным обедом, но и легким ужином. Покровский с радостью кивнул и сказал, что готов к труду, а когда заживет рана в… бедре, то и к обороне. Насчет обороны не знаю, а вот хозяйственные работы ему как раз по плечу. Он что, даром здесь пять лет околачивался?
Пока мы осматривали флигель, хозяйка нашла и подарила Семену трость, оставшуюся, по всей видимости, от ее мужа. Дело здесь не в каких-нибудь понтах, а в том, что после таких ранений, как правило, долго хромают. Кроме трости она принесла довольно приличный костюм. Правда, его придется ушивать — штаны на Семене болтались как на вешалке.
Пока она вручала подарки, я сходил к себе в комнату, чтобы тряхнуть мошной. Выдал парню тридцать марок, чтобы он не чувствовал себя нахлебником и даже поморщился, когда Семен взял и пустил слезу. Понять его можно — пять лет живет в чужом мире и ничего хорошего здесь не видел. По сравнению с ним я просто баловень судьбы.
Два дня я отсыпался, отъедался и просто отдыхал, копаясь в будущей резиденции «мистера Сэма» и размышляя о делах. На душе было… гадостно. Ведь и правда облажался по полной с этим убитым фермером. Будто взял и подставил двух незнакомых мне девушек под выстрел, а сам отправился варить кофе и трепаться с шерифом о Фоули. Надо было сразу, еще днем, рассказать о Семене, глядишь, и взяли бы ребятишек, которые решили поиграть в мафию.
Кроме моральной составляющей, которая здорово портила мое настроение, были и чисто логические нестыковки, которые не давали покоя. Например? Почему за Семой следили? Не доверяли? Если так, то могли придушить задолго до моего прихода на пристань. Хотели выяснить, с кем он встречается? Тоже не вопрос — выяснили, но и тут не все гладко. Если следили эти два батрака, тела которых нашли на площади, то кто и каким образом дал им приказ открывать огонь? Сомневаюсь, что они обладали такими полномочиями. Был кто-то третий? Может, и так, но в перестрелке участвовали только два стрелка. В общем, при всей моей необразованности в этих детективных делах — картина очень подозрительная. Мало того, она еще и запутанная! В голове просто каша какая-то из разрозненных фактов, версий и догадок. Как ни старался разложить все по полочкам, ничего не получалось.
Вздохнул, оделся в свежевыстиранную одежду и спустился во двор. Семен уже закончил копаться в своей комнате. Сидел на ступеньках и как-то виновато улыбался, подставив лицо осеннему солнцу.
— Нехорошо получилось… — начал Покровский, но я только отмахнулся. Уселся рядом и закурил.
Миссис Грегори возилась на кухне. Крутила ручку мельнички и тихо напевала о погибшем парне, который превратился в осенний дождь, чтобы вернуться к возлюбленной.
— Не бери в голову.
— Но…
— Сёма… Помолчи, будь другом. Дай немного подумать.
— Что-то не так? — не унимался он.
Мне оставалось только вздохнуть.
— Если подумать, то все не так. Во-первых, мистер… Покровский, у меня как-то картинка не складывается. Слишком много несуразицы в этой истории.