Игорь Негатин – Лишнее золото. Судьбы цвета хаки (страница 38)
– Нет, ничего подобного. Он жив и здоров. Зачем их злить раньше времени? Я помотал его по городу, а потом сбросил в районе красных фонарей. Там всегда много народу, так что оторваться было несложно.
– Сколько их присматривает за нашей гостиницей?
– Сейчас? Трое. Двое – в баре напротив.
– В баре?
– Да. Расслабились мальчики. Еще один – в машине, неподалеку от входа. «Митсубиси Паджеро» темно-серого цвета. Водителя зовут Стив.
– Это уже лишняя информация, – отмахнулся Поль, – не собираюсь с ним общаться.
– Информация никогда не бывает лишней, – наставительно заметил Шайя. – Тем более в нашей ситуации. Этот мордоворот в делах слежки – ноль без палочки. Он что-то натворил, и его в наказание отправили топтать землю. Для нас это очень хорошо. Как уходить будем?
– А ты как думаешь? Сообщить местным властям, что нам, кровь из носу, надо срочно уехать?
– Сомневаюсь, что они этому обрадуются, – ухмыльнулся алжирец, – особенно после Никитиной стрельбы. Значит, как всегда, не прощаясь?
– Не хотелось бы лишней крови, но по-другому не получится. – Нардин недовольно поморщился.
– У нас нет выбора, – пожал плечами Карим. – Одним больше или одним меньше – какая разница? Или ближе к старости ты стал более щепетилен? Может, и верно. Особенно когда за нашими плечами небольшое личное кладбище, пора подумать о душе.
– Трепач ты, Карим.
– Ладно, не буду тебя злить. Пойду разбужу Никиту.
– Хорошо, – Поль кивнул на чашку остывшего кофе, – я сейчас. Кофе допью и приду.
Алжирец не спеша поднялся по лестнице, ведущей на второй этаж. Он остановился у балюстрады и посмотрел вниз. Нардин задумчиво курил, уставившись в одну точку.
– Память, Медведь, – тихо сказал Шайя, будто его друг мог слышать, – самая большая стерва на свете. Может, ты и прав – без прошлого нет будущего. Но где твой сегодняшний день, Поль?
Водитель откровенно скучал. Он щурился, как разбуженный кот, и часто зевал, прикрывая рот широкой как лопата ладонью. В салоне машины было сильно накурено, а пепельница до краев набита окурками. Рация, лежащая на пассажирском сиденье, иногда потрескивала, выбрасывая в полумрак салона обрывки чужих фраз, лишь подчеркивая беспросветную скуку и одиночество.
– Дебилы, – пробурчал он и угрюмо посмотрел на освещенные окна гостиницы. Мягкий свет наводил на мысли о кровати, отчего Стив еще больше разозлился. Нет ничего хуже, чем вынужденное безделье – сидеть душным вечером в прокуренной машине, карауля трех придурков. – Куда они денутся на ночь глядя? В это время по саванне ездят только идиоты и самоубийцы… – Он бросил злой взгляд на гостиничные ворота и потянулся за сигаретами. Их в пачке не оказалось. Скомкав пачку в кулаке, водитель выругался и на всякий случай похлопал себя по карманам. Пусто… Подумав несколько минут, он решительно выбрался из машины, хлопнул дверью и, воровато оглянувшись по сторонам, направился в бар.
Не прошло и пяти минут, как Стив вернулся. Его широкое лицо горело, словно вместо сигарет ему закатили хорошую взбучку. Тихо матерясь, втянул бритую голову в плечи, закурил и побрел обратно к машине. Не дойдя несколько метров, он увидел какого-то пьянчугу, медленно ковыляющего по улице. На нем были грязноватые джинсы, зеленая потрепанная куртка с закрывающим лицо капюшоном и темный свитер. Бродяга выписывал ногами замысловатые кренделя, часто останавливался и задирал голову, рассматривая фасады домов. Посмотрев несколько минут, махал рукой и ковылял дальше. Иногда что-то невнятно бормотал и даже грозил, размахивая бутылкой, упакованной в бумажный пакет. Отмахнувшись от очередного здания, пьяница добрел до машины, где и остановился, привалившись к капоту. Судя по его позе – собирался сделать небольшую остановку и облегчиться.
– Ты что делаешь, придурок? – Водитель подбежал к машине, схватил бродягу за плечо и резко развернул к себе.
Короткий, сильный удар – и кинжал вошел в горло Стива. Снизу вверх, чуть выше кадыка. Он даже не захрипел. Только глаза удивленно округлились, словно перед смертью мужчина увидел что-то ужасное.
– Курить вредно, – трезвым голосом сказал «пьяница», – не знал?
Придерживая обмякшее тело, он открыл дверь и втолкнул убитого в салон, усадив на водительское место. Через несколько минут из гаража, расположенного рядом с гостиницей, с потушенными фарами медленно выехал джип и притормозил, распахнув дверь. Карим сбросил капюшон, быстро осмотрелся, хмыкнул и вскочил в машину.
– На крыше должен быть люк, – Чамберс задрал голову и посмотрел на фургон грузовика.
– Люк, – повторил мастер и посмотрел в блокнот, куда записывал замечания Джека. – Да уж, господа, задали вы работы. Сорок два пункта. На неделю, не меньше.
– Три дня.
– Пять.
– Три, и ни часом больше. – Чамберс хмуро посмотрел на Макса. – Три!
– Черт бы вас побрал, сэр! – вежливо отреагировал мастер и сердито захлопнул записную книжку. – В сутках всего тридцать часов, а вы не единственные, кто хочет свернуть себе шею на здешнем бездорожье.
– Радуйся, что ты не в Старом Свете, – усмехнулся я, – там их всего двадцать четыре.
Примерно через полчаса мы закончили с осмотром и вышли из мастерской. После полутемного ангара на улице было слишком ярко и слишком жарко. Иногда мне кажется, что в Новом мире всего «с лишком». Чуть больше, чем необходимо для спокойной и размеренной жизни. С другой стороны – нам это и нужно.
В машине, стоявшей у ворот, рядом с будкой охранника, дремал Карим.
– Едем. – Джек открыл дверь и тяжело опустился на переднее сиденье.
– Далеко?
– К морю. Есть о чем поговорить.
– Чашку кофе – и можем ехать, – зевнул Шайя и провел ладонями по лицу, смахивая остатки сна. Убрал с колен кобуру со «стечкиным» и повернул ключ в замке зажигания, прислушиваясь к ровному урчанию движка. Удовлетворенно кивнул и закончил начатую фразу: – Хоть на край света.
– На край света махнем позднее. Когда разберемся с проблемами.
Порто-Франко расположен на склоне небольшой возвышенности. Ближе к берегу она переходит в равнину, изрезанную заливами и бухтами. Самая крупная и глубокая из них по своей форме напоминает след от лошадиной подковы. Здесь находится морской порт Нового мира. Уже к четвертому году была построена верфь, корабельные мастерские и грузовой терминал, про который я уже рассказывал. Джек, по не известной мне причине, этот город не жалует. Он утверждает, что большинство проблем Нового мира появились на свет здесь, в Порто-Франко. Может, это и так – ему лучше знать.
На выезде из города мы миновали блокпост и двинулись на север. Меньше чем через километр спугнули небольшое стадо антилоп, спустились по отлогому склону и выехали на берег моря. Карим, проклиная жару, вылез из машины и посмотрел им вслед.
– Эх, шайтан, какой люля-кебаб убегает! Конечно, это не баранина, но тоже вкусно. Может, забудем про разговоры и отдохнем?
– Джентльмены, – сухо сказал Чамберс, – давайте вернемся к нашим баранам.
– Вах! Здесь и бараны есть? – удивился алжирец.
– К тем, которые ходят на двух ногах.
– Как понимаю, пикника и ужина не будет? – с невинным видом спросил Карим. – Жаль, ей-богу, жаль. Может, на рыбалку махнем?
Я покосился на моего друга, но промолчал. Шайя любит предстать перед малознакомым людьми в разных, часто нелицеприятных образах. Эдаким беспечным придурком или диковатым «сыном пустыни», который и читает-то с трудом. Бог его знает, зачем он это сейчас делает, но полагаю – не просто так.
Пока Чамберс вяло переругивался с Каримом, я осмотрелся вокруг. С пронзительным криком летали чайки. Иногда они отвесно падали вниз, вылавливая мелкую рыбешку. Кстати, когда мы ходили в форт Линкольн, мне довелось видеть и пробовать местную рыбу. Не скажу, чтобы она сильно отличалась от земной. Вкусом. На вид – различие было. Здесь преобладали кистеперые. Рыбаки называли их одним, общим для всего разнообразия форм, расцветок и размеров названием – гомбесса. В Старом Свете они почти исчезли, за исключением латимерий, обитающих в районе Коморских островов.
Море в этом месте не очень глубокое. Севернее, метрах в двухстах, виднелось несколько мелей, где копошились несколько десятков морских тварей, похожих на земных тюленей. Разве что ласты не такие большие. По большому счету – это даже не ласты, а обычные звериные лапы с перепонками, как у бобра или выдры. Зверь небольшой – метра полтора, не больше. Уильям Тернер утверждал, что в Старом Свете они тоже были. В Канадской Арктике, в одном из метеоритных кратеров, были найдены похожие скелеты. Билл называл их «пуйила», по аналогии с земными собратьями. Судя по крикам и активной возне на песке – местные тюлени вымирать не собирались. Если, конечно, местные жители не помогут – на зверей активно охотились из-за шкур, жира и мяса.
– Поль, – окликнул меня Чамберс, – ты тоже на охоту собрался? Может, поговорим?
– Мне рассказывать нечего, – ответил я, доставая из пачки очередную сигарету, – уже все рассказал. Что поведал пулеметчик из бандитского конвоя, ты и сам слышал.
– Узнали бы и больше, если бы Карим не перестарался…
– Кто мог подумать, что парень окажется таким хилым и быстро сдохнет? – фыркнул Шайя. – На вид он здоровяк, каких мало…
– Поэтому сначала надо думать, а потом резать, – наставительно, с едкими нотками в голосе заметил Чамберс и поморщился. Надо полагать, что вспомнил вчерашний допрос. Согласен: когда режут по живому – выглядит неприятно.