Игорь Маревский – Хранитель Пути Зверя. Том 2 (страница 33)

Было такое ощущение, будто кто-то взял и вычерпал всё из меня до последнего остатка. Ци, силы, энергию и усиление от отваров. Всё! Даже дыхание!

Мир на мгновение потух, и я услышал резкий звук, очень похожий на удар. Им оказался тихий звериный рык, но не снаружи или откуда-то со стороны тулонов. Он прозвучал у меня в груди, разжигая внутри нечто неизвестное. Зверёк в моих руках дёрнулся, его красный хвост медленно развернулся, а в следующую секунду из его тела вырвалась ударная волна.

Огромная, невидимая, она разошлась по пещере, став последним гвоздём в общий гроб братской могилы. Практики даже не успели поднять руки, их попросту разметало по помещению. Один ударился о стену, да так, что даже на таком расстоянии я услышал хруст костей. Другого швырнуло через половину зала и насадило прямиком на витые рога альфа-тулона.

Потолок пещеры задрожал, и где-то высоко над нами захрустел камень. У меня резко зазвенело в ушах, будто над головой рванул корабельный снаряд, а земля под ногами заходила ходуном. Я сделал шаг назад и споткнулся о камень. Со лба потекло что-то горячее, прямо на белоснежно-серебряную шерсть зверька.

Машинально провёл ладонью и увидел кровь. Плевать. Над головой раздался хруст, и тут до меня дошло, что пещера начала рушиться. Не знаю, то ли удар оказался настолько сильным, то ли я всё ещё находился под впечатлением, но одно известно было наверняка. Нужно отсюда сваливать.

Я старался не думать, не размышлять, а просто схватил зверька, прижал его к груди и побежал со всех ног. Камни падали один за другим, сначала мелкие, а затем настала пора и крупным. Один такой грохнулся рядом со мной, едва не размозжив мне голову. Другой ударил в пол с такой силой, что меня едва не сбило с ног осколками.

Позади раздался крик. Кто-то из практиков был всё ещё жив, но я даже не обернулся. Плевать, главное спастись самому! Пол под ногами задрожал. Один из камней ударил мне в плечо, и я снова споткнулся, едва не выронив зверька. А затем падение целой части зала ознаменовало начало конца.

Облако пыли прокатилось по пещере, как волна смерти, проникая в лёгкие и заставляя закашляться. Я бежал просто потому, что хотел спастись. Мой заполненный до отказа рюкзак всё ещё болтался за спиной, а руки прижимали к груди тело загадочного зверя. Зачем я его с собой взял? Почему именно диск МаоМао сработал на духовную печать, и совпадение ли это, что он оказался именно у меня? У меня, кто решил впервые погрузиться в пещеру!

Я не знал ответов на эти вопросы, и всё, о чём думал, — это о том, удастся ли мне выбраться отсюда живым. Кровь капала со лба, звон в ушах не прекращался, но я всё равно продолжал бежать. Если остановлюсь даже на мгновение, то моё путешествие на этом и закончится. К тому же какая-то часть меня, отвечающая за самосохранения, твердила, что нужно двигаться вперёд, и по неведомой причине мне не хотелось, чтобы с этим существом что-то случилось. Даже если придётся грызть камень зубами.

Глава 15

Смерть уже жадно потирала свои костлявые ладони и готовилась клеймить ещё одну душу, но боги этого мира решили надо мной сжалиться. Не знаю, было ли это их сверхъестественным вмешательством, или я стал банальной жертвой случая, но каким-то невообразимым способом мне удалось выбраться.

Я открыл глаза, и первое, что ощутил, — это сильную пульсирующую боль в правом виске. Мои рецепторы зажигались в голове словно лампочки на новогодней ёлке, проверяя общее состояние организма. Мозг проводил тщательную диагностику каждого отдельного сектора моего тела и сигнализировал в виде болевых ощущений.

Первой была закончена проверка головы. Затем подключились кончики пальцев рук и ног, затёкшая шея, спина и всё остальное. Я ощущал себя старым, но верным железный конём, которого запустили больше долгого простоя под пыльной тряпкой в гараже. Механизмы, смазанные свежим маслом, постепенно раскручивались, шестеренки начинали движение, а двигатель приятно урчал, подготавливая транспорт к движению.

Я не сразу понял где оказался. Ещё мгновение назад бежал по узким туннелям, спотыкался, разбивал пальцы в кровь, старался обогнать смерть и не стать похороненным под каменными обломками потолка. Помню, как добежал до развилки, как увидел первые светящиеся кристаллики, а затем свет внезапно померк.

Сначала подумал, что меня всё же накрыло, и бесконечная тьма стала моим последним пристанищем, но пульсирующая в теле боль сигнализировала, что всё ещё был жив. Оказывается, закончилось действие отвара, и глаза более не были способны спокойно ориентироваться в темноте.

Выбираться пришлось чуть ли не на ощупь. Кристаллики ещё некоторое время помогали и служили в качестве ориентира, но вскоре они остались за спиной, а меня ждал долгий подъём. Стены всё ещё дрожали, а потолок осыпался то мелкой крошкой, то падал огромными валунами, каждый из которых потенциально мог меня убить.

Как я сумел выбраться? Понятия не имею. Помню лишь, как впервые увидел тусклый лучик света в конец коридора смерти, и последние шаги были исключительно на усилии воли. Помню, как почувствовал запах свежего воздуха, опьяняющего, проникающего в лёгкие, которое были заполнены пылью пещеры. Помню прикосновение травы к моему лицу, как она приятно щекотала, будто мягкие женские пальчики, а затем ничего.

Тьма. Упокоение и забвение.

Узнать потолок хижины отшельника я сумел не сразу. Если бы не отчётливый запах бумаги, чернил и тех самых благовоний, которые он зажигал для моего деда, подумал бы, что оказался в деревне. Но нет… Каким-то образом я очутился именно здесь.

Я медленно повернул голову и вдруг понял, откуда эта стягивающая и сковывающая боль в шее. Отшельник положил меня на пол возле кровати деда и подложил под голову старый домашний мешок. Он был не просто твёрдым, а едва ли не каменным, будто он в него напихал все те булыжники, что сыпались мне на голову при бегстве.

Сам же Лис сидел за столом и внимательно читал какие-то книжицы. Я расслабленно выдохнул, медленно ощупал собственное тело на предмет повреждений и закрыл глаза. Значит, жив. Значит, ещё повоюем.

В горле царила сухость, а из-за мучащей меня жажды и клубов пыли в лёгких всё, что смог сделать, — это слегка повернуть голову в сторону и сипло прохрипеть:

— Где…

Яо Ху бросил на меня косой взгляд и в привычной холодной манере ответил:

— Если хочешь пить, вода в ведре.

Я, оперевшись на локоть, с трудом сел на колени и увидел стоящее возле меня ведро, в котором на кристально чистой речной воде плавала деревянная кружка. Тело среагировало моментально. Я схватил её и принялся заливать воду прямиком в глотку, словно старался смыть отвратительное першение от толстого слоя пыли.

Одна, вторая, третья. Лишь на четвёртой мне удалось насытиться, а затем на меня набросился кашель. С каждым приступом я выплёвывал всё больше пыли, выходившей через рот и нос, а когда лёгкие, наконец, очистились и смогли расправиться, глубоко вдохнул полной грудью и схватился за горло.

Травянистое послевкусие и яркая горечь. Он явно меня чем-то отпаивал, но как я здесь оказался? Пока Яо Ху на меня не смотрел, закрыл глаза и призвал системный интерфейс. Ни новых рецептов, ни названий ранее неизвестных трав. Значит, он отпаивал чем-то уже мне знакомым, неужели обычным ромашковым чаем?

— Как я здесь оказался? — наконец сдавленно выдавил я, стараясь подняться на ноги.

Яо Ху закрыл книжицу, повернулся ко мне на стуле и ответил:

— Нашёл тебя у второго перевала.

У второго? Неужели я шёл на автопилоте и забрался настолько высоко? Нет, мне приходилось слышать истории о том, как люди вытворяли настоящие чудеса в бессознательном состоянии, вот только никогда бы не подумал, что окажусь среди них.

Я медленно осмотрел хижину отшельника и заметил, что дедушка был без изменений. А вот мой мешок и всё честно награбленное в пещере теперь стало достоянием общественности. Оказалось, книжка, с вырванными местами страницами, которую осматривал Лис, была тем самым трактатом с техникой, который подрезал из лаборатории, а по всему столу были разбросаны листовки со стен.

И это только начало.

В единственном котелке, который томился на слабом огне хижины, торчал кусок варенного мяса яоугая, который тот просто взял и забросил в воду без всякого приготовления. Учитывая, с каким трудом мне пришлось его добывать, видеть, как с ним поступают, было сродни ереси! Я сделал несколько шагов, схватил лежащий у плиты половник и медленно перевернул жёсткий кусок мяса на другую сторону.

Ещё и такой большой взял. Паскуда!

— Мне хотелось есть, — спокойным голосом произнёс Яо Ху, словно обладал умениями читать мои мысли. — Тебе что-то не нравится?

— Это же кусок яогуая, с ним надо… — оборачиваясь, ответил я, как вдруг хлопнул себя ладонью по груди, будто потерял висевший на нём амулет.

— Зверь! Когда вы меня нашли, со мной был зверёк? Маленький такой. Белый. Пушистый.

Глаза Лиса прищурились. Я не выдержал, вновь повернулся к котелку и едва ли не голыми руками принялся вертеть торчащий кусок мяса. Нет, зачем ему было пускать его в ход, если у меня рюкзаке лежало несколько килограмм свежей плоти камнегрыза? Если не считать его хвост, зверёк помещался у меня в ладони. Даже на бульон не хватит.