Игорь Лопарев – Звезды, пламя и сталь (страница 24)
Я кивнул. Пути назад не было.
Укол. Анестетик попал в кровь, и через несколько минут шея и вся левая сторона головы онемела.
— Не двигайся, — предупредил врач, включая какой-то сложный прибор. — Малейшее движение — и можешь остаться овощем.
Следующие полчаса я лежал неподвижно, слушая тихое жужжание оборудования и чувствуя странные покалывания в голове. Врач смотрел на мониторы, где можно было наблюдать процесс создания нано-частицами импланта в моём организме…
— Готово, — наконец сказал он, отключая приборы. — Имплант встал нормально. Он уже активен. Сейчас начнётся интеграция с нервной системой. Будет болеть голова, возможны глюки. Тебя может тошнить, но ты не пугайся — это нормально.
Как только он произнёс эти слова, меня накрыло. Голова взорвалась болью, перед глазами началась пляска цветных пятен, в ушах зазвенело. Я сжал зубы, стараясь не застонать.
— Терпи, — врач помог мне подняться с кресла. — Через сутки всё пройдёт. А пока — постельный режим.
Он проводил меня в палату и помог лечь на койку. Боль в голове была просто чудовищной. Хотелось выть и орать. Врач смотрел на меня, ожидая жалоб и прочих проявлений слабости. Но я сдерживался, хоть и с большим трудом.
— Отдыхай, — сказал он, направляясь к выходу. — Завтра посмотрим, как прошла интеграция.
Оставшись один, я закрыл глаза и попытался справиться с болью. «Доминатор» молчал — видимо, тоже адаптировался к новым условиям.
Постепенно боль начала отступать. И вместе с ней пришло новое ощущение — словно в голове заработал мощный со-процессор. Мысли стали яснее, острее. Я мог удерживать в памяти больше информации, быстрее оценивать ситуацию.
А ещё я чувствовал, как «Доминатор» реагирует на изменения. Нейросеть Джоре словно ожила, начав активнее взаимодействовать с моим сознанием.
Проснулся я глубокой ночью от странного ощущения. В голове что-то щёлкнуло, словно встала на место последняя деталь сложного механизма.
Перед внутренним взором вспыхнули знакомые строки, но теперь они были ярче, чётче:
Я лежал в темноте, стараясь осмыслить эту информацию. Наконец-то! Третья опция была активирована. Правда, пока только на минимальном уровне, но теперь это только вопрос времени.
Осторожно попробовал привести в действие новую способность. Сосредоточился на ощущении времени, попытался его замедлить…
Ничего не произошло. Видимо, для сознательной активации нужен был более высокий уровень настройки. А пока с момента её начала прошло всего-то ничего.
Но я чувствовал изменения. Чувства обострились. Даже в полной темноте я мог различить мельчайшие звуки: дыхание пациента в соседней палате, шаги дежурной медсестры в коридоре, тихое гудение приборов.
Это было только начало. И хотелось верить, что дальше будут и более значимые бонусы.
Утром врач осмотрел меня, и не мог скрыть удивления.
— Странно, — пробормотал он, изучая показания сканера. — Интеграция прошла аномально быстро. Обычно на это уходит несколько дней, а у тебя… — он покачал головой.
— Словно имплант был спроектирован специально для твоего мозга.
Я промолчал. Объяснять, что у меня в голове сидит нейросеть Джоре, которая помогает новому устройству войти в рабочий режим, было бы не самой лучшей идеей.
— Можно идти? — спросил я.
— Да, вроде бы можно, — врач всё ещё хмурился. — Но если будут головные боли, тошнота, нарушения зрения — немедленно ко мне. Понял?
— Понял.
Покинув лазарет, я направился в казарму. Занятия уже начались, но мне полагался день отдыха после установки импланта.
В кубрике было пусто. Я лёг на койку и закрыл глаза, погружаясь в привычный транс для общения с «Доминатором».
Статус опций показал приятные изменения:
Прогресс был налицо. Имплант не только запустил настройку третьей опции, но даже несколько ускорил развитие двух первых.
Я попробовал глубже погрузиться в интерфейс нейросети, исследуя новые возможности. И обнаружил кое-что новое — неактивный раздел с надписью «Пути развития».
При попытке его открыть появились строки:
Да, впереди меня ждал ещё один рубеж. Но теперь он выглядел достижимым.
Вечером, когда отделение вернулось с занятий, я заметил, как изменились мои чувства. Каждый звук, каждое движение товарищей я воспринимал с кристальной ясностью. Я мог следить сразу за несколькими беседами, анализировать при этом мимику и улавливать малейшие нюансы в голосах.
— Ржавый, ты как? — подошёл Гвидо. — Ну как, имплант хорошо встал?
— Нормально, — ответил я. — Голова болела, но сейчас уже прошло.
— Круто, — в голосе Быка слышалась зависть. — А какой взял?
— Простенький, — я решил, что будет лучше, если я не буду вдаваться в подробности, — на интеллект.
— Дорого небось?
— Ну, не дёшево, — хмыкнул я, — шесть китов, — ну не буду же я на весь кубрик объявлять реальную сумму понесённых затрат.
Гвидо присвистнул:
— Ничего себе! У меня на гражданке сразу столько денег никогда не было.
Я пожал плечами. Не хотелось обсуждать свои финансы. Тем более что денег почти не осталось, а впереди ещё множество покупок.
— А что даёт? — поинтересовался Тихий.
— Пока не знаю, — соврал я. — Говорят, мысли быстрее работают, память лучше. Но это постепенно проявляется.
На самом деле сдвиги были уже заметны. Я мог удерживать в голове гораздо больше информации, быстрее прокачивать ситуации. Но показывать это товарищам пока не стоило.
— А мне уже восемнадцать, — вздохнул Артём. — а что толку? Денег-то нет…
— Ну, накопишь со временем, — подбодрил его Тихий. — Если на ерунду жалованье тратить не будешь…
Разговор перешёл на другие темы, но я заметил, что теперь могу не только участвовать в беседе, но и в то же время оценивать поведение и эмоции каждого из товарищей. Мимика, жесты, движения глаз — всё это складывалось в детальную картину.