Игорь Лопарев – Звезды, пламя и сталь. Книга 2 (страница 44)
— Да, ты права, — я подпустил в голос немного сожаления. Хотя, если честно, то был обрадован тем, что это моё знакомство завершается без последствий. Хотя, могло быть и иначе. Женщина проявила поистине королевское отношение к жизни, мол не нравится — так и не ешьте, — но я тоже благодарен тебе за беседу…
— На, держи, — она с лёгкой улыбкой вложила мне в ладонь пластиковый прямоугольник. — если вдруг захочешь продолжить наше знакомство, то будешь знать, как со мной связаться…
Выходя с аппарели нашего лайнера, я вдохнул воздух станции, насыщенный запахами озона, смазки и сотней других запахов, смешавшихся в причудливый коктейль…
Неподалёку переминался с ноги на ногу Ковальски. Он делал вид, что рассматривает интерьер терминала.
Похоже он будет бродить за мной, как хвостик. Ну да ладно, это не проблема…
Я вынул из кармана коммуникатор и нажал на сенсор… Сигнал ушел абоненту, номер которого я набрал заранее.
Глава 23
На тридцать втором уровне, в секторе 13-L находились офисы мелких фирм и фирмочек, кормившихся вокруг развлекательных центров, которыми славилась станция «Астра-6».
Если побродить по этажам этого яруса подольше, то можно было найти поставщика любых услуг. От ритуальных до клининговых — любой каприз за ваши деньги.
В офисе 14–17, что был расположен на пересечении линии 22 и радиального коридора 18-А была, например, контора с вывеской, на которой красовалась лаконичная надпись: «Третий глаз».
И постороннему было не совсем понятно, то ли это филиал одной из эзотерических сект, то ли тут принимает офтальмолог, то ли у тех, кто работает в этом офисе, просто очень острое зрение…
На самом деле, если полистать реестры компаний, что арендуют в этом блоке углы и каморки, то можно было узнать, что это название принадлежит детективному агентству.
И, несмотря на довольно поздний час по времени станции, в офисе кто-то был. В одном из тесных кабинетов горел свет, и оттуда доносились голоса:
— Варран, у тебя всё готово? — вопрос задал крепкий мужчина, критически смотрящий на своё отражение в ростовом зеркале.
— Соллерс, какой ты нудный… — вздохнул взъерошенный молодой человек, неотрывно глядящий в панорамный монитор, — у меня всегда всё готово. Не то, что у некоторых…
— О чём это ты? — тот, кого назвали Соллерсом отвлёкся от своего отражения и повернулся к взъерошенному. В вопросе его чувствовалась угроза. Похоже, критики он совсем не переносил.
— Да о том, что наша прекрасная Дейла уже минут десять, как должна кофе принести, — пояснил смысл своих слов Варран.
— Дейла, — тут же заорал Соллерс, да так, что, завибрировали тонкие перегородки, которые выполняли тут функции стен.
— Иду! — в хриплом женском голосе сквозило явное раздражение.
— Вот! — объявила тощая дева неопределённого возраста, небрежно плюхая поднос на стол с такой силой и экспрессией, что чашки, стоявшие на этом подносе подпрыгнули, и только чудом не расплескали своё содержимое. Ложечки, торчавшие из них, жалобно звякнули.
— Всё, я пошла! — этот её крик раздался минуту спустя, и где-то в глубине помещения громко хлопнула входная дверь…
— Ну, рассказывай, — Соллерс плюхнулся с размаху на стул рядом с Варраном, который уже ухватил свою кружку.
— А чего рассказывать… — сказав это, Варран жадно хватанул обжигающий напиток, и теперь пучил глаза, не в силах проглотить горячую жидкость. И, в то же время, он опасался её выплёвывать — ибо можно было и хорошего леща заработать.
— Дроны на месте, ждём клиента. — он наконец сделал глоток, и теперь был способен говорить.
— Клиент пока не прибыл? — Соллерс удивлённо поднял бровь. — Лайнер с «Канцлера» уже должен бы быть тут…
— Лайнер тут. Высадка только началась, — пояснил оператор дронов, — клиент должен скоро появиться, не волнуйся.
— Да я и не волнуюсь, — задумчиво протянул Соллерс, — мне нужно посмотреть на него вживую. Ты же знаешь… Голограмма, это одно. А живой человек — это совсем другое.
— Ыгы. — хмыкнул Варран, — а мёртвый человек — это уже совсем третье.
— Точно, — довольно крякнул Соллерс, — но сегодня у нас без мокрухи. Нам только, как говорится, посмотреть…
— Вот он, — Варран ткнул пальцем в монитор.
Соллерс наклонился и впился взглядом в дисплей, где маленькая фигурка, затянутая в мундир, пересекала площадку терминала, двигаясь к главному тоннелю.
— Ну, ладно, пора мне идти, — буркнул Соллерс, — а то твои дроны, это одно…
— Ага, — согласился Варран, — а ты — это совсем другое.
Его голова дёрнулась от дружеского, но довольно увесистого подзатыльника, который ему отвесил Соллерс,
— Ну ты чего⁈ — возмущённо заорал Варран.
— Да ничего, — ухмыльнулся его товарищ, уже переступая порог, — будь на связи — я на дело пошёл…
Не успел я дойти до входа в главный тоннель, который вёл от терминала вглубь станции, как коммуникатор в моём кармане начал активно вибрировать.
Когда я поднёс его поближе к глазам, то смог прочесть текст сообщения, что ко мне только-что поступило:
«Привет, красавчик! Твоя задача — добраться до квартала Игривых Котят и потратить на это не более двух часов. Если будешь опаздывать — я расстроюсь. Найди в этом квартале заведение „У матушки Бастет“. Я буду ждать тебя там. Ты мальчик уже большой, найдёшь. Если что — то навигатор тебе в помощь. К этому тексту прикрепляю графический пропуск — предъявишь на входе. В этот квартал пускают далеко не всех. Целую. Жду».
Помимо этого текста мне пришёл файл — забавная картинка в стиле пиксель-арт, на которой была изображена бронзовая статуя женщины с кошачьей головой. Скорее всего, в этой картинке содержался шифр, превращавший её в пропуск — что-то типа штрих-кода.
Я хмыкнул про себя, и вызвал на экран 3D схему внутренностей станции «Астра-6».
Размеры меня впечатлили. И сложность этой громадины тоже внушала. На этой станции было не менее сотни уровней, сквозь которые во всех направлениях были проложены переходы, лестницы, лифтовые шахты… Многие километры коридоров извивались, словно змеи. Настоящий лабиринт.
И мне нужно было за два часа преодолеть довольно длинный и извилистый путь, чтобы добраться до цели — комплекса зданий, который раскинулся в пределах рекреационной зоны «У матушки Бастет». И при этом не заблудиться.
Зона эта, кстати говоря, сама по себе была отнюдь не маленькой. И находилась она в самом центре области, плотно застроенной элитными увеселительными заведениями.
— И не всех пускают, — я покачал головой… Неужели нельзя было как-то попроще?
Тут я оглянулся, и увидел, что в мою сторону быстрым шагом движется Збигнев Ковальски.
Значит… Значит пришла пора осваивать искусство путать следы…
В огромном зале трепетали огоньки многочисленных свечей. Но, несмотря на то, что этих свечей было действительно много, их свет был не в силах полностью рассеять вязкую тьму.
Тьма жалась по углам. Она пряталась в глубоких стенных нишах и клубилась под высокими сводами, скрывая целиком массивные потолочные балки из пурпурно-чёрной бронзы.
Неверный свет горящих фитилей освещал, главным образом, огромную статую, стоявшую в глубине этого сумрачного холла.
Это была отлитая из той же чёрной бронзы скульптура стройной изящной женщины. Она во всём походила бы на обычную, но голова статуи была головой кошки. Огромные — на пол-лица глаза были тоже кошачьими — с вертикальным зрачком.
Скульптор, изваявший это чудо был поистине гениален. Ему удалось сделать так, что глаз зрителя различал даже малейшие волоски на кончиках острых кошачьих ушек, смещённых ближе к макушке. Даже вибриссы1 выглядели, как настоящие…
Это, несомненно, была статуя богини. Богини народа Мзин. Статуя Великой Матери Бастет.
Богиня была одета в узкое, доходящее до щиколоток, платье из полосатой материи. Её шею и руки украшали тяжёлые браслеты и ожерелья, обильно усыпанные драгоценными камнями. И грани этих самоцветов загадочно мерцали отражённым светом свечей.
В правой руке статуя сжимала посох с навершием в виде головы кошки. С её левого плеча свисала маленькая круглая плетёная корзинка. А у её ног играли бронзовые котята.
С закопчённых жаровен медленно поднимался дым благовоний, он стелился слоями в неподвижном воздухе, иногда образуя облака странных, и даже пугающих очертаний…
На низеньком, но довольно широком помосте, сделанном из драгоценной древесины в позе лотоса сидела женщина. Глаза её были закрыты, лицо было неподвижно и безмятежно.
В зале стояла полная тишина, лишь изредка потрескивал огонь в жаровнях… Время, казалось, застыло…
Но вот раздались лёгкие шаги, и к помосту для медитаций приблизилось существо, которое можно было бы назвать уменьшенной копией уже описанной нами статуи.
Разница, конечно, была. В отличие от архаично одетой скульптуры та, что только что вошла в зал была облачена во вполне современный прикид.
— Названная сестра… — пророкотал низкий, как кошачье урчание, голос, и женщина-кошка, встав сзади той, что застыла перед статуей, положила ей на плечи узкие ладони. — тот, кого ты ждёшь, прибыл на станцию.
Лицо сидевшей на помосте женщины ожило. Глаза открылись:
— Спасибо, Ниэра, — тихо прошептала она, — только вот почему ты продолжаешь обращаться ко мне так официально? Я же тебя не раз просила — если ты для меня просто Ниэра, то и я для тебя — просто Сара, — тут она улыбнулась, — хотя я больше привыкла к тому, что все зовут меня Коломбиной.