Игорь Лопарев – Звезды, пламя и сталь. Книга 2 (страница 43)
И тут сложилась забавная такая ситуация. Моё кресло стояло у стены, и было ещё одно, справа — потом проход и продолжение ряда ещё из трёх кресел.
По проходу очень неспешно шла поджарая дама средних лет. Лицо тонкое, холёное. Глаза — как у матёрой хищницы.
Ну, а как ещё про этот взгляд сказать, если у меня по спине пробежал табун мурашек, стоило мне только с ней взглядами встретиться. Мне показалось, что я заглянул в глаза акулы.
А второй забег мурашек случился сразу после этого. Знаете, что послужило причиной? Она мне улыбнулась! Подчёркиваю, улыбнулась она не абстрактно кому-то там, а вполне адресно — она улыбнулась именно мне. Вы видели когда-нибудь, как улыбается акула? Вот и я не видел… до этого дня.
Хоть меня и нельзя назвать сильно нервным, но тут я растерялся. Эта дама, скорее всего, была одним из топ-менеджеров станции, или кем-то ещё, рангом повыше.
Такие тётеньки едят простодушных коммандос на завтрак…
Так вот, растерянность моя только усугубилась, когда она, не снимая с лица своей кровожадной улыбки, спросила:
— Молодой человек? — и посмотрела на меня… Подобный взгляд я отмечал у Гвидо, когда он смотрел на котлету, — надеюсь, у вас тут свободно? — и перевела взгляд на то самое свободное кресло, что стояло рядом со мной.
Вы думаете, что это всё? Так вот — вы ошибаетесь.
Сразу следом за ней, можно сказать след в след, шёл мой давешний знакомец. Он по-прежнему приветливо улыбался по всю свою пасть, размахивал руками, и чуть ли не подпрыгивал на месте. Збигнев, или как ещё его там, пытался донести до меня, что он очень, очень хочет занять именно это самое место:
— Нет! Это место занято! — холеная дама, положившая на это место свой глаз, медленно повернулась к источнику звука.
И тут я услышал сдавленный хрип, и лицо господина Ковальски мигом перекосилось. Такое впечатление, что чья-то невидимая, но твёрдая рука сомкнула пальцы на его горле.
Но он был настоящим бойцом, этот Ковальски. Он встряхнулся. Выкатил вперёд грудь и отважно продолжил, обращаясь, однако, ко мне, а не к ней:
— Ну скажи ей… Мы же друзья, Алексей, — при этом глаза у него были какие-то… щенячьи, что ли? — это место моё… — произнося это эти слова он дал позорного петуха и жалобно покосился на даму.
А потом они оба, не сговариваясь, скрестили свои взгляды на мне. Теперь всё зависело от того, кому я отдам предпочтение… Вот тут я не по-детски задумался. Ибо даже зная, что хрен редьки не слаще, трудно избежать мук, которые возникнут при выборе между плохим и очень плохим… В конце концов я принял решение. Лучше соседствовать с опасной женщиной, чем с идиотом.
— Это место совершенно свободно, — я учтиво улыбнулся, — садитесь, — и, сделав над собой усилие продолжил смотреть в лицо женщины.
— Спасибо, Алексей, — голос у неё был, кстати, вполне приятный. Особенно, если слушая этот голос не пытаться заглянуть ей в глаза.
Ковальски же ещё некоторое время стоял рядом, нависая над женщиной, но, когда она мельком оглянулась, он вздрогнул, как от удара, и возмущённо пыхтя прошел к ближайшему свободному месту, которое оказалось на два ряда дальше по проходу.
— Давайте знакомиться, раз уж мы рядом сидим, — да, женщина, следует отметить опытная.
Хищный блеск куда-то исчез из её глаз, и теперь она кокетливо хлопала ресницами и почти незаметно улыбалась. Улыбалась, как человек, а не как реликтовый хищник.
Охмуряет, однако. Видно, что молодость её давно позади, и не смотря на то, что она пережила уже не одну процедуру омоложения, молодухой она уже не выглядит.
Как это говорится, на молодое мясцо потянуло старушку. Ну да. Несмотря на то, что товарный вид у неё пока полностью не утерян — она вполне может сгодиться мне в бабушки. Или даже в прабабушки… Хотя некий шарм у неё есть — с этим не поспоришь.
— Ну, вы же знаете, как меня зовут, — улыбнулся я, — вы же ко мне по имени только что обращались… А вот как к вам обращаться, я до сих пор не знаю.
— Зови меня Айрис… — звучало это, так, словно королева позволяет пажу обращаться к ней по имени. Сказав это она картинно спохватилась, пару раз хлопнула пушистыми ресницами и спросила, — это ничего, что я сразу на ты?
И тут с передних рядов раздался крик. Адресован он был, по всей видимости, стюардессам:
— Три минуты назад я набрал заказ, — голос был, как вы понимаете знакомым. И что было в заказе, я тоже смутно догадывался. — почему до сих пор ничего нет? — Ковальски произносил слова уже несколько невнятно. Видимо тот вискарик, что он употребил ранее, начал действовать на его, и так не особенно крепкие, мозги. Речевые центры уже заметно пострадали.
— Кстати, — это Айрис, не дождавшись моего ответа снова взяла слово, — если ты стесняешься, то мы можем перейти на «ты» не нарушая этикета.
И её пальчики забегали по сенсорной панели на подлокотнике кресла.
Я не стеснялся, я думал, как бы мне красиво избежать сближения с этой знойной женщиной. Старовата она для меня, всё-таки, да и вообще… Стрёмно это всё выглядит. Она же тоже, судя по тому, как она себя вела с самого начала, женщина не простая. И, кто его знает, каковы её реальные цели…
Да, по большому счёту, дело-то и не в этом. Просто у меня уже есть планы, и менять их ради сомнительных приключений я не хочу.
Но, пока летим, можно немного и пофлиртовать — спать всё равно не хочется. Главное, чтобы у моей попутчицы не возникло желания меня преследовать после того, как мы прибудем на «Астру-6»…
Пока я был погружён в мысли, события шли своим чередом. В проходе показалась тоненькая девчонка. Одета она была в комбез стюардессы. Комбез был в облипочку, и не скрывал ни одной детали рельефа девичьей фигуры.
Я обратил внимание, как моя новая знакомая на миг утеряла контроль и брезгливо сморщила носик. Но уже в следующее мгновение она вернула себе истинно королевский облик, давая окружающим понять, что она выше всего этого.
Так вот — девуля эта толкала перед собой тележку, на которой стояло несколько бутылок и блюдечки со всяким разным.
— Вот ваш скотч, — сказала она, выставляя объёмистую бутыль янтарного напитка и приземистый широкий бокал перед господином Ковальски. — лёд чуть попозже принесу.
— А что это у вас так медленно всё? — сварливо спросил Збигнев.
Хотя, следует признать, что раздражение, которое его охватило, никоим образом не помешало ему пристально оглядеть все стати стюардессы. Судя по сальной улыбке, выползшей на его лицо, осмотром он остался доволен.
— У нас робот-стюард сломался, а у меня не сотня рук, — фыркнула она, и покатила свою тележку дальше.
Подъехав к нам, она остановилась, и выставила на откидной столик перед Айрис небольшую тарелочку, на которой лежало несколько пластиков сыра. И, судя по тому благоговению, что было написано на лице девчонки, сыр этот был настоящим.
Вот вам ещё одно подтверждение того, что дама, сделавшая этот заказ вовсе не так проста. Я подозреваю, что она не воспользовалась личной яхтой для перелёта только потому, что ей захотелось, вот, себя показать. Ну и на других посмотреть…
А следом на столике оказалась небольшая бутылка вина. Руки девчонки слегка подрагивали. Наверное, от волнения. Думаю, даже будучи стюардессой, держать в руках такие ценности, как натуральные продукты, ей доводится не часто…
Стюардесса бросила на меня завистливый взгляд и покатила свою тележку дальше, грациозно покачивая бёдрами.
— Сейчас мы выпьем на брудершафт, — заговорщически прошептала моя соседка, — наливай!
Я не стал возражать, и бережно налил в высокие узкие бокалы драгоценный напиток. При этом в голове крутились мыслишки о том, что жиголо — это тоже профессия, открывающая широкие перспективы перед теми, кто относится серьёзно к делу, да…
Руки наши переплелись, и мы выпили, глядя друг другу в глаза. А потом был поцелуй. Затяжной. Губы Айрис были мягкими и податливыми… И у них был отчётливый вкус земляники…
Потом мы болтали. О том и о сём. Да, это была опытная и очень умная женщина. Опасная женщина. Почему?
Ну, хотя бы потому. Что она без труда находила со мной общий язык. И это несмотря на то, что у нас был совершенно разный уровень образования. Разный круг интересов… Да что там говорить, мы относились к разным стратам общества — у нас вообще не должно было быть точек соприкосновения… А вот она смогла преодолеть все эти препятствия, и разговор лился совершенно непринуждённо…
И уже когда наш лайнер начал торможение, она посмотрела на меня:
— Ну что же, Алексей, — печально так вздохнула и продолжила, — я благодарна тебе, за то, что уделили мне время… Честно говоря, я рассчитывала, что ты составишь мне компанию на отдыхе… Но поняла из нашего разговора, что у тебя иные планы…
Как она поняла? Мы же не говорили ни о чём конкретном… или?
— А почему ты действовал незаметно?
…
— Понял. Спасибо… — Доминатор умолк, а я вернулся к диалогу с Айрис: