Игорь Лопарев – Звезды, пламя и сталь. Книга 2 (страница 3)
Глава 2
В блоке калибровки нейросетей было прохладно. Воздух тут был прозрачен и свеж, насыщен запахом озона и медикаментов, как, впрочем, и во всём медцентре. Серый пластик стен, роботы, стерильная чистота. И гудение приборов.
Я прошёл к приоткрытой двери, на которой была табличка «G-12». Вот сюда то мне и надо было попасть. Раз дверь не закрыта, то, наверное, можно и не стучаться. Зачем производить лишний шум, в самом-то деле?
Вдоль стены тянулась череда аппаратных стоек высотой почти под четыре метра. Они были похожи на колонны, сложенные из стальных кирпичей серверных корпусов. На фронтальных панелях ритмично мерцали зелёные, жёлтые и синие огоньки.
У меня возникло странное чувство, что это составные части чего-то большего. Маленькие частицы, из огромного числа которых и слагаются цифровые сознания могучих искинов.
В центре комнаты находилось кресло из матового биопласта, способного точно подстроиться под тело сидящего в нём человека. Но почему-то при взгляде на него не возникало мыслей о комфорте и покое. Напротив, это кресло выглядело немного угрожающе. Оно казалось холодным, лишённым всякой мягкости. Форма кресла, рёбра поддержки, встроенные фиксаторы, отверстия под датчики — всё это выглядело предельно функционально, но не более того — удобством там и не пахло.
Рядом находилось три медробота, чьи манипуляторы — десятки тонких титановых рычагов и стальных щупов с датчиками и инструментами, навевали мысли об особо изощрённых пытках. Но пока все эти блестящие металлом щупальца были неподвижны.
А сами медроботы, похожие на стальных спрутов, застыли в угрожающих позах, ожидая приказа к действию.
И тут я увидел, что в этой комнате не один. Из двери в стене напротив появились два техника. Они были облачёны в плотные комбезы зелёного цвета с логотипом «Звёздной Динамики» на рукавах. Шли они мягко и практически бесшумно. Их движения были экономны, а лица — бесстрастны.
Один из них обернулся ко мне и равнодушно буркнул:
— Садитесь в кресло, сейчас начнём.
Второй тихо произнёс, видимо для протокола проводимой процедуры:
— Запуск протокола «Семь-Гамма-Ноль». Объект: капрал Князев. Нейросеть: «Аристократ шесть вэ», серийный номер Дельта 495 0112. Загружаю эталонный паттерн подавления «Омега-ноль двенадцать».
Из динамиков раздался безжизненный и холодный женский голос:
— Паттерн «Омега-ноль двенадцать» загружен. Мощность сигнала 40 %, длительность цикла — 12 импульсов. Цель: снижение когнитивной активности до уровня тета-ритма — подготовка к установке исходных пакетов калибровки.
Я медленно сел в это пыточное кресло, хоть мне почему-то и не хотелось этого делать. Наверное паранойя моя опять расшалилась… Но я себя убедил — надо.
Мягкие, но крепкие фиксаторы захлестнули запястья, щиколотки и голову.
Медроботы ожили, и их стальные конечности начали медленно шевелиться. Я ощутил их ледяные касания на висках, затылке и шее. Эти касания не причиняли боли, но мне они почему-то не нравились. Словно я действительно оказался в объятиях стальных спрутов.
Со стороны приборов, стоящих рядом, доносились лёгкие ровные вздохи, какой-то писк, и звуки, похожие на щебет железных птиц. Роботы облепили меня датчиками — они всё измеряли, фиксировали, выводили на мониторы.
Перед глазами появился интерфейс «Доминатора»:
«Доминатор» держал события под контролем. Главное — не допустить вторжения в мозг с целью создания ментальных закладок, внедрения контуров подчинения и прочих подобных фокусов, которыми часто грешат в корпорациях.
Я всё понимаю — лояльность, безопасность и всё такое прочее… Но тут у нас конфликт интересов. У меня высший приоритет имеет задача — сохранить полный контроль над своим сознанием и своей тушкой. Для меня важнейшей вещью является верность себе, любимому.
Ледяные иглы манипуляторов касались кожи, не причиняя боли, но вызывая мощный отклик в психике. Здесь не было места слабости — сознание готовилось впитать новые паттерны и правила игры. И нужно было следить за тем, что за паттерны мне предлагают.
Техники в зелёном продолжали работать по своему сценарию. Каждый их жест был отточен многими десятками повторений грациозных па1 великого цифрового танца…
Голос «Доминатора», ровный, лишённый эмоций, почти монотонный — шептал инструкции, наблюдая за биением моего сердца и прочими био-параметрами.
Вирус корпоративных алгоритмов пытался пролезть в самые дальние закоулки психики, чтобы узнать всё обо мне, а значит и получить возможность на меня влиять. А вот это не в моих интересах. Совсем. А потому этого и не будет. Это не корпорация должна иметь возможность влиять на меня, а совсем даже наоборот. Я сам собираюсь в будущем на неё влиять.
Безжизненный голос искина объявил:
— Подавление сознания активировано. Уровень когнитивного процесса будет понижен до тета-ритма. Готовность к загрузке модулей — сто процентов.
В этот момент пространство внутри моей головы наполнилось глубокой низкочастотной вибрацией. Это была мягкая, ласковая волна, накрывшая сознание. Мозг словно обложили ватой, отсекая и заглушая все звуки, сводя на нет влияние внешней среды. Как если бы разум погрузился в мутную субстанцию, похожую на густой туман.
Окружающий мир отдалялся — звуки и образы расплывались, становились туманными. Всё словно растворялось в безднах этого вязкого эфира. Я не чувствовал страха или смятения — ровное дыхание и неподвижность тела помогали слиться с процессом активации нейросети.
На мониторах извивались кривые мозговых ритмов — ровные, идеально чистые синусоиды, лишённые побочных пульсаций, способных разрушить целостность процесса.
Первый техник, глядя на монитор тихо поделился своим мнением со вторым:
— Ты смотри, принятие поля почти полное. Ни малейшего сопротивления. Когерентность — 99,9 %. Таких результатов я не припомню — случай уникальный.
Партнёр слегка кивнул, выражая своё согласие со сказанным.
Тем временем «Доминатор» сообщал:
Да, бороться было бессмысленно и даже вредно. «Доминатор» избрал более действенную в данном случае тактику — обман. И сейчас блок калибровки стал сценой, в центре которой сидел я в этом пыточном кресле, а искин, вторгающийся в мой разум, оставался за кулисами. Внешний же мир видел лишь тишину и покой.
Тишина стала плотной и ощутимой, словно тяжелое покрывало, накрывшее всё вокруг.
Атмосфера в блоке калибровки чем-то напоминала ауру священного места силы или молельного зала в храме сурового и грозного божества.
Техники, словно безмолвные жрецы этого храма, двигались согласовано, с предельной точностью, как хорошо смазанные механизмы. Каждое их движение подчинялось ритму, который отбивал невидимый метроном. Они не допускали ни единого лишнего жеста. Их взгляды, скрытые забралами масок, прикипели к широким экранам, по которым бежали строки отчётов о ходе процедуры. Техники внимательно следили за тем, нет ли каких отклонений, и не находили их — буквы горели ровным, спокойным зеленым светом — символом абсолютной стабильности и контроля.
Один из них сдержанно произнес:
— Тета-ритм устойчив. Переходим к фазе два — инъекция пакетов калибровки.
На панели засиял ряд прогресс-баров, каждый в своей нише:
— «Тактика. Уровень четыре» — пакет, который формировал алгоритмы реакций и планирования;
— «Лингво-корпус» — ядро для обратной связи и обмена данными;
— «Социальный протокол: манипуляция» — набор алгоритмов и сценариев влияния;
— «Кибербезопасность: корпоративный стандарт» — пакет защиты данных, шифровки и дешифровки.
Полосы размеренно заполнялись сверху вниз, фиксируя каждую стадию передачи данных.
Я чувствовал, как плотный поток данных сливается с нейросетью. Этот поток был словно живая река, медленно и в то же время стремительно он менял мою сущность. Но в пределах, которые определял я сам. Мне в этом помогал «Доминатор». Не знаю, справился бы я с этой задачей без него… Скорее всего — нет.
«Доминатор» продолжил отображать то, что сейчас происходит в области обмена данными: