Игорь Лахов – Самозванец из Гессена (страница 54)
— Это как? — совсем охренел я. — А кружевное бельё из комода предоставить не потребовали?
— Я им примерно то же самое сказала и получила интересный ответ… Автосалон дорожит репутацией и абы кому свой эксклюзивный товар не поставляет. У Достоевских слишком… Цитирую! «
О как, Максик! Если же предложенные условия меня не устраивают, то могу воспользоваться другими автосалонами… И после этого дали адреса магазинов, торгующих подержанными бензиновыми автомобилями.
Самыми дешёвыми, да ещё и подержанными! И всё это с вежливыми гаденькими улыбочками на лощёных мордах! Не придраться! По всем правилам приличия выставили меня словно последнюю грязную побирушку!
— Реально суки! — согласился я. — Так может, есть смысл в другой приличный автосалон обратиться?
— Их всего пять по городу и все принадлежат одному хозяину. Фирма князя Чумского владеет эксклюзивным правом на изготовление и продажу элитных авто представительского уровня. Он поставщик императорского двора, а также… дальний родственник графа Бугурского, которого ты отправил на тот свет! — припечатала графиня.
— Получается, это месть мне? — сразу всё понял я. — Родственнички покойного подсуетились? Извини, но кто ж знал, что так всё повернётся.
— Не извиняйся! Всё по правилам, и правильно сделал, вступившись за мою дочь. Сама бы гадов этих располосовала! Но проблемы это не отменяет. Так повелось, что личный транспорт — один из важных статусных аксессуаров. Если я и дальше буду разъезжать на потрёпанном лимузине, пусть даже и с синими номерами, то это в высших кругах приравняют к испачканному дерьмом застиранному платью, одетому на светский раут.
— Хреново…
— И очень обидно, Максим! Так споткнуться на ровном месте и с таким позором…
— Ничего. Придумаем чего-нибудь. В конце концов, купим подержанный автомобиль в отличном состоянии.
— Не выйдет. Регистрация техники с императорскими номерами опять проходит через этого грёбаного князя Чумского.
— О чём шушукаетесь? — прервала нашу беседу вошедшая Катя.
Судя по волосам и раскрасневшемуся личику, она явно только что приняла душ после тренировки.
— Просто болтаем, — грустно улыбнулась Юлия, уйдя от ответа. — А ты чего такая довольная?
— Приятно быть не самой слабой в спортзале. Этот Гога… Такой здоровый, а летает у меня, как бумажный самолётик!
— Живой? — поинтересовался я.
— Конечно. Я его регенерирующей мазью обработала. Часа через два сможет не только стонать. Странный этот Волконский. Сила есть, мозги не самые дурные, но знания по теории и практические навыки моим в подмётки не годятся, хотя и Мастер. За что ему только Печать дали? Неужто князь купил для сыночка?
— Купить можно всё что угодно, но Печать активировать без силы нельзя, — возразила графиня. — Это говорит лишь о том, дочь, что ты, даже несмотря на всю свою незрелость, уже продвинулась достаточно далеко в искусстве владения Даром. Так держать!
— Но Анька с Максимом меня всё равно бьют.
— Делай выводы об их уровне. К тому же они оба с устойчивым Даром — это важно. Через годик-другой, если не будешь лениться, то легко сдашь свой первый экзамен сразу на Мастера. А вот если пойдёшь по стопам Гоги, то…
— Поняла, мамочка. Считай, что я прониклась твоими мудрыми наставлениями. На самом деле, без шуток: зачётный пример. Волконский… Гога старше меня на несколько лет, но запустил себя. Деградировал. Такой судьбы не хочу и больше ныть не буду, что гоняете.
Ближе к вечеру вернулась весёлая и слегка хмельная Анна.
— Судя по настроению, — предположил я, — всё прошло успешно.
— Ага! Твой дружок реально актёр-актёрский! Как только уломали этих жирных рестораторов, то тут же пошли «изгонять проклятие». Зашли на первую кухню. Жан моментально закатил глаза, повалился на пол и стал вещать утробным голосом страсти всякие. Не будь в курсе дела, то сама бы поверила ему.
Ну, я тоже не растерялась. Пустила световую волну и заявила, что больше ничего поганого нет. Типа выжгла своими способностями астрал. На второй кухне повторилось то же самое.
Эти жмоты хоть и впечатлились, но деньги попытались зажать, объяснив свой поступок тем, что отдадут позже, когда уверятся в отсутствии проклятия. Пришлось мне надавить на них своим, как мама говорит, графиньским аристократизЬмом.
Сдались. Отсчитали положенную сумму. Потом мы с Жаном слегка отметили и разошлись. Он обещал, что свою благодарность к тебе «отбулькает» отдельно. Приглашал потусоваться, но обязательно, чтобы Настю Воронину взяли с собой. Запал на неё французик сильно!
— Отлично. Только сейчас не время для праздников.
Мы с Юлией рассказали Ане про проблемы с автомобилем. Та задумалась на секундочку, а потом посмотрела на Такса, мирно дремавшего на подоконнике.
— Дорогой, а ты провода любишь? Шины там всякие?
— Сдурела? Или издеваешься над бедным мной, лишившимся приличных мест для ночного дожора? — приоткрыл он один глаз.
— Нет. Есть идея устроить в автосалонах этого Чумского аналог ресторанного беспредела. Только как они узнают, к кому обращаться для его устранения…
— Сейчас! — поднял я большой палец в знак одобрения и потянулся за телефоном.
Тут же набрал номер одного своего знакомого «клерка».
— Семён, ты мне должен, — без предисловий сказал Филонову.
— Я тебе ничего не должен, Гольц.
— Тогда и я тебе ничего. Думал, услугами обменяемся. Но раз ты настаиваешь, то не буду надоедать в столь поздний час.
Прервав разговор, досчитал до десяти. Предчувствия не обманули: Семён Филонов перезвонил сам.
— Чего хотел? — буркнул он. — Учти, что мы тут не в игрушки с дядей Ваней играем.
— Знаю. Информация по Достоевским. В ответ же хочу, чтобы через пару дней весь высший свет знал её в выгодной интерпретации для нас.
— Для кого «для нас»?
— Меня с Достоевскими. Извини, но ты пока не мой самый лучший друг. И даже на приятеля тянешь с трудом.
— Посмотрим. Слушаю.
— Короче… Проклятие у женщин этой семейки оказалось с вывертом. Его остаточный след проявляется очень интересным образом. Раньше страдали от проклятых дамочек те, кто был близок к Достоевским, а теперь их обидчики.
Тут Анну в нескольких ресторанах обидели, и теперь в них творится всякая чертовщина. Пришлось ей самой ехать и устранять бесчинства странных сил на месте. По признанию Анны Достоевской, она что-то непонятное чувствует и может им управлять.
— Чушь!
— Есть адреса и свидетели. Правда, в этом деле ещё один паренёк замешан — барон Жан Луи Бельмондо. Но, признаться, его просто для антуража пристегнули, чтобы дать немного заработать на моральной компенсации.
— Давай адреса.
Закончив общение, я посмотрел на женщин.
— Думаю, утром или ближе к обеду получим ответ. Пусть проверяют как следует. Заодно и другие пострадавшие рестораторы узнают, что из себя представляет игнорирование личностей Достоевских, и попросят повторить процедуру «экзорцизма» у них. Ещё и заработаем на своих проблемах.
— Не приличная семья, а настоящая преступная группировка, — с деланной грустью вздохнула Юлия.
— Да особой разницы на самом деле нет. У аристократов методы от бандитских не сильно отличаются, хоть и возведены в ранг закона.
— Даже спорить не буду, поэтому жду не дождусь звоночка от этого Филонова. Люблю азартные игры!
Семён полностью оправдал наши надежды, позвонив ещё до обеда. Долго пытался выяснить, насколько остаточный след проклятия Достоевских опасен для общества, но я его уверил, что только для недругов, да и то всё меньше и меньше проявляется. Скоро совсем исчезнет.
Так что если где-то что-то и случится, то лучше сейчас воспользоваться проклятыми барышнями, а то потом они будут не в состоянии ничего исправить. Поэтому и хочу, чтобы слух об их новых способностях побыстрее облетел Петербург.
Проматерившись в трубку, Сеня отключился. Но уже через два дня Анна получила предложение от других ресторанов изгнать проклятие. Получила с извинениями, конечно, а также с чеком на десять тысяч рублей для неё и пятёркой для напарника Бельмондо. Деньги не такие уж и большие, но лишними для обоих не будут. Хотя…
Кажется, я зажрался. Совсем недавно подобная сумма мне казалась астрономической, а сейчас легко смотрю, как денежки проходят мимо. Вот что полумиллионный, пусть и недоступный счёт в банке с людьми делает. Права Юлия: что-то раньше времени богатеем себя почувствовал. Надо собраться!
Когда графине позвонил сам князь Чумский и почти сердечно попросил прощения за своих нерадивых сотрудников автосалона, то мы нисколечко не удивились. Ещё бы! Ни одно премиальное авто не смогло выехать за пределы его гаражей, так как благодаря Таксу вся электрика представляла собой мотки пожёванной проволоки. Колёса этот привереда портить отказался, заявив, что от них мерзко во рту.
На разборку с проклятием поехал я с Юлией. Бельмондо хватит навара от ресторанов, поэтому сам выступлю проводником в мир духов для обиженной графини.
В результате сеанса Юля поднялась на сто тысяч по деньгам, а я разбогател на четвертной. Но главное, что до усрачки испуганный князь Чумский презентовал нам в качестве моральной компенсации по автомобилю.
Юлии достался тот самый дорогущий лимузин с синими номерами, который ей пытались втюхать за одиннадцать миллионов. Мне же перепала тачка с обычными номерами и намного проще. Только я чуть ли не прыгал от восторга, глядя на небольшой внедорожник с псевдоспортивным обвесом. О такой машине даже мечтать не смел! Пусть она немного подержанная, но МОЯ!