Игорь Лахов – Путь Клео (страница 8)

— В Херсте. Так мы его называем.

— Многообещающее название. В вашем городишке я ещё ни разу не был, но чувствую, мне в нём понравится.

— Ты совсем глупый? — покрутила я пальцем у виска. — У нас ничего не может нравиться.

— Как скажешь, Замарашка, — не стал спорить Нард. — Но мне сейчас не до философских бесед. В вашу Дыру прогулку придётся отложить — сегодня все храмовые ищейки на ушах стоять будут, тебя разыскивая. Эх… Целый день потерян! А ведь можно было бы хорошо заработать! Тогда пойду поохочусь. Надеюсь, ты дождёшься меня без всяких там глупостей. Учти, к моим вещам лучше не соваться. Там заклинание от всяких воришек вроде тебя. Полезешь — руки отсохнут по самый зад.

— Это как?

— Одни ноги останутся.

— А говоришь, что не Пожиратель. Ладно, твоё трогать не буду. А чем мне заняться?

— Там, — неопределённо указал рукой Нард, — я яму вырыл. В ней вода почти чистая. Возьми таз и отмойся немного. Ну и одежду постирай тоже. Рядом с грязевым чучелом ночевать не хочу.

— Сам ты чучело, хоть и чистое, — привычно огрызнулась я. — Но ты ведь уходить отсюда хотел.

— А смысл, если ты выдать меня не сможешь? Всё! Отстань. Дичь сама к нам не придёт и в котёл не запрыгнет.

И тут я увидела настоящее чудо! Думала, что Нард пойдёт через брод, но он шагнул прямо в трясину и… Не утонул! Только его дорогущие блестящие сапоги слегка погрузились в грязь. Что-то насвистывая себе под нос, Вольный маг… а сомнений, что это не простой самозванец, у меня не осталось, слегка растопырив руки ладонями вниз, пошёл вглубь болота. Мне показалось, или вокруг него образовался чуть заметный полупрозрачный кокон, переливающийся на солнце, словно мыльный пузырь?

Убедившись, что Нард тонуть не собирается, и дождавшись, пока он не скроется из виду, я нашла за шалашом таз и двинулась к яме с водой. Повозиться пришлось изрядно. Особенно с одеждой и волосами, полными слипшейся грязи.

Совсем обессиленная, развесила над костром свои тряпки и прямо около огня уснула обнажённая, подтянув колени к груди и стуча зубами от холода. Точнее, спать не собиралась, тем более в таком виде, но глаза сами предательски закрылись.

— Решила себя закоптить на ужин?

Голос над головой заставил проснуться. Тут же пришло понимание, что это вернулся Нард, а на мне из одежды абсолютно ничего нет. Взвизгнув, оттолкнула ухмыляющегося мужика и забежала за шалаш.

— Придурок! Ты зачем так подкрадываешься?! — уже из-за своего укрытия завопила я. — Так и знала, что не просто сюда приволок! Даже не надейся! Лучше утоплюсь, а ничьей подстилкой не буду!

— Костлявая из тебя подстилочка получится. Боюсь, мослами своими меня насквозь проткнёшь, — продолжал веселиться этот гад. — Топись, если желание есть, но перед этим разделай мясо. Нам сегодня повезло, и на ужин будет деликатес, который подают только знатным особам Небесного Города.

— Плевать мне на твои деликатесы! Одежду верни!

— Не знал, что нищенки такие стеснительные. Ладно, не вопи, а то местных лягушек напугаешь. Выходи и одевайся. Я, так уж и быть, отвернусь.

— Точно отвернёшься?

— Точно, Замарашка. Боюсь, и от того, что успел рассмотреть, ночью кошмары сниться будут. Не хочу усугублять ситуацию.

Я осторожно выглянула и увидела, что Нард действительно отвернулся, отойдя на десяток шагов от костра. Быстро выскочив, схватила свою одежду и начала её лихорадочно надевать, всё время ожидая от рыжего мерзавца подвоха. Но, на удивление, он сдержал своё обещание и простоял так, пока я не дала разрешения повернуться.

— Что ты там на ужин поймал? — чувствуя, как горят от смущения мои уши, поинтересовалась я.

— Королевскую гидру.

— Что за тварь такая? Впервые вижу. Эту странную толстую двухметровую змеюку с пятью головами точно можно есть? Выглядит так, словно сама нас сожрать может.

— Потому что редкая и живёт на дне трясины, — стал объяснять Нард. — Поэтому и не видела. Только это не головы, а щупальца. Очень, кстати ядовитые. Их отрежем и выбросим. А вот само тело обалденное на вкус! Сочное, солёненькое и совсем без костей! Главное, кожу, тоже ядовитую, правильно снять.

— Я не умею.

— Отчего-то я совсем не удивлён, Замарашка. На самом деле не каждый опытный повар с гидрой справится, но я знаю, с какой стороны подступиться. Так что сегодня тебе повезло в очередной раз.

— Ага, — буркнула я. — Как утопленнице.

— Ну, утопленницей ты как раз и не стала.

После этих слов Нард подошёл к шалашу, достал свой кожаный мешок и вытащил из него огромный тесак. То, что он знал, как готовить гидру, я поняла сразу, как только началась разделка добычи. Нард настолько ловко орудовал ножом, что даже засмотрелась.

Разделив гидру на куски, он обмазал их золой и отложил в сторону.

— Не волнуйся, не испортится, — ответил рыжий повар на мой немой вопрос. — Гидра сохраняет свежесть почти неделю. А зола нужна, чтобы произошла химическая реакция, которая… Впрочем, не заморачивайся. Дрянь всякую зола вытягивает — большего тебе знать и не нужно.

— И долго будет вытягивать?

— Что? Уже проголодалась?

— Не знаю, — призналась я. — Просто с детства привыкла, что если есть еда, то её нужно сразу есть, пока не отняли или не испортилась.

— Понятно. Извини.

— За что извиняешься?

— За излишнее ехидство по поводу твоего аппетита. Ты не виновата, что у тебя жизнь тяжёлая была.

— Нормальная у меня жизнь, и ни в чьей жалости не нуждаюсь.

— Как скажешь, Замарашка. Хотя… Наверное, тебя в чистом виде теперь стоит Клео называть. Ты чего, дурочка, голой у костра уселась? Вон губы до сих пор синие. Не могла мой шерстяной плащ на себя накинуть?

— Ты же сам сказал, что вещи заколдованы.

— Демоны… Точно. Не подумал, что у тебя запасной одежды не имеется. Ну, хоть сейчас накинь, чтобы согреться.

Отказываться не стала. На болотах сыро и зябко, поэтому казалось, что даже кости замёрзли. Укутавшись в плащ, стала наблюдать, как Нард продолжил готовку гидры. Возился он с ней много, почти до самого вечера. Тоже мне, деликатес для аристократов! Пока его приготовишь, с голодухи помереть можно.

Но как только мы сели ужинать, я резко изменила своё мнение. Такой вкусноты ещё ни разу в жизни не пробовала! Эта с виду мерзкая тварь заставила испытать настоящее блаженство. Да такое блюдо не стыдно самому Всеблагому Защитнику на стол поставить!

— Давай остальное тоже приготовим и сожрём? Чего тянуть? — предложила я Нарду, вылавливая деревянной ложкой последний кусочек из котелка.

— Завтра. Много хорошего тоже вредно бывает. Ты лучше расскажи о себе. А то почти целый день вдвоём, а знаю лишь, что нищенка…

— Не нищенка, а беспризорница, — поправила я. — У нищих свои Смотрящие.

— Хорошо. Знаю, что беспризорница в бегах, и всё на этом.

— Зачем тебе?

— Ну, хотя бы для того, чтобы хоть как-то скоротать время до сна.

Изначально я не собиралась изливать душу перед странным мужиком, но то ли перенервничала за день, то ли околдовал меня Вольный маг, только вдруг стала рассказывать всю свою невесёлую жизнь. Нард слушал внимательно, не охал, не ахал, но в наиболее сложных моментах рассказа брал меня за руку и говорил.

— Всё хорошо, Клео. Это прошлое, и оно больше никогда не вернётся.

И я почему-то ему верила, и слёзы неожиданно стали наворачиваться на глазах. Вместе с ними уходили копившиеся годами боль и тревога. Становилось легче на душе. Незаметно для себя оказалась под одним плащом с Нардом. Так и уснула, глядя на огонь и прижимаясь к крепкому тёплому телу мужчины, которого вдруг совсем перестала бояться.

8. Тяжёлое утро

Проснулась я в шалаше, плотно укутанная в тяжёлый плащ. Рядом, словно не замечая утренней промозглости болота и влажного неприятного тумана, спал Нард. Из одежды на нём были лишь штаны и тонкая рубашка. Глядя на голые ступни рыжего, меня аж колотить от холода стало, хотя до этого момента под плащом чувствовала себя в тепле. Хорошо, что вчера мне Нард из тряпок обувку намотал, а то бы сейчас тоже голоногой и очень замёрзшей была.

Осторожно встав, двинулась по своим утренним делам, мучаясь головной болью. Несколько раз доводилось пробовать вино, и от него наутро такая же похмельная голова была. Странно… Вчера вроде бы только ела, а из напитков пробовала лишь странный горьковатый отвар, основательно сдобренный сахаром. Очень необычный: густой, чёрный, но вкусный.

— Куда собралась? — неожиданно поинтересовался Нард, не открывая глаз.

— Туда, куда лучше ходить в одиночестве. Не бойся, не сбегу.

— Умница. А я ещё часок посплю.

Вернувшись к шалашу, недолго думая, подбросила в почти потухший костёр несколько деревяшек и стала терпеливо ждать, когда рыжий проснётся. Время тянулось неимоверно. Несколько раз даже подходила и проверяла, не притворяется ли Нард, испытывая моё терпение.

— Вот, неугомонная, — во время очередной проверки со вздохом ответил он, усевшись и отчаянно зевая. — И сама не спишь, и другим не даёшь.

— Я привыкла рано вставать. И это… голова болит.

— Потому что гидры вчера переела. С непривычки от неё лёгкий дурманящий эффект бывает.

— Чего?! — возмутилась я. — Получается, вчера ты опоил меня, не предупредив?!