Игорь Лахов – Недостойный сын (страница 51)
Но всё хорошее заканчивается.
— Думаю, что вполне достаточно было свиданий с экангандой, — сказал однажды ри Соггерт на одной из наших с ним встреч. — Докладывают, что на каждом углу столицы обсасывают ваше с ней примирение. Знают все — знают и Тени. Тем более, что влюблённую парочку изобразили очень достоверно. Даже сомнения нехорошие в голову закрадываются… Дом для западни мы почти подготовили — дня три, не больше, осталось. Пора намекать, чтобы встретились, и прекращать этот балаган.
Вернулся в поместье не в самом хорошем расположении духа. Чёрт с ними, с бесцветными! Ирисия больше не приедет. Каждое утро я просыпался с мыслью, что увижу её, а теперь опять ничего…
— Проблемы, сынок? — с ходу всё поняла мама.
— Их продолжение. Перебираюсь в столичный дом. Голубой костюм давно пошит и ждёт своего часа показаться на глаза сволочей, намекая на разговор.
— Предсказуемо, но всё равно жаль. Почти две рундины я была спокойна за тебя… Да и Ирисия уже не чужая стала.
— И мне! — грустно поддержала маму сестра. — Если получится, то потом была бы счастлива продолжить с ней знакомство. А уж если станет твоей женой…
— Не станет, Сарка. Натворил я делов, которые не исправить.
— Зря так говоришь, Ликк! — не согласился со мной отец, хлопнув по плечу. — Знаешь, сколько раз мне Литария отказывала, с глаз прогоняя? Четыре! А теперь двоих детей воспитываем! У вас же с экангандой лишь первая размолвка, а ты уже нос повесил! Тем более, вы, интриганы, упустили очень важный момент! Разведка работает даже тогда, когда нет боевых действий! Встречи прекращать нельзя до самого финала, чтобы Тени не насторожились! Так что погуляешь ещё чуток со своей возлюбленной! Передай это Соггерту при встрече и скажи ему от меня лично, что хоть и умный он, но дурак штатский!
На душе стало тепло. Глядя на своих родных, я в полной мере ощутил себя Ладомолиусом, которым вместе по силам одолеть всё — от злобного коварства прихлебателей Гиргопа до сердечных неурядиц!
Ближе к вечеру, прихватив с собой Патлока Болтуна и Пирата, отправился в столицу, со светлой грустью покидая родной дом.
37. Трущобы и орландцы
— Чего лицо скривил? — спрашиваю у Патлока, как только мы въезжаем в столицу.
— Так, Ваш Милсердие… — вздохнул слуга. — Тама Заноза без нас хозяйничает. Дом, уверен, весь вылизан до блеску. Теперь ни чихни, ни ногой на помытое не ступи. Точно говорю, себя хозяйкой почувствовала и снова всю кровушку из меня пить начнёт.
— Смотрю, не договорились с ней полюбовно.
— Договориться-то договорились, ри Ликкарт, только слова — это одно, а вот душевности меж нами нет. Чё так не любит меня Альда? Я уж и по-хорошему, и с характером, а она, значится, лишь куксится, будто бы потерянной девственности лишать её собираюсь. Да ни в жисть! Вот же достанется кому-то такая злыдня! Токмо думаю я, что в девках и помрёт — нет самоубийц с такой связываться.
— Ладно…С этим разбирайтесь сами — не дело ридгановское со слугами нянчится. Срабатываетесь хоть?
— Тут полегче, — кивнул Болтун. — С колёсным скрипом, но привыкаем. Заноза же девка умная и понимает, когда зубы показывать стоит, а где дело начинается. Пару советов стоящих дала — спасибо за науку. Ток, всё одно тяжко: ей укажешь на неправильное, так она личным оскорблением считает. Поступит потом, как надоумил, но с такой мордой, будто одолжение сделала.
После приезда в дом первое, что услышал — это гневный голос Занозы за спиной:
— Куда прёшь по чистому полу! А ну, быстро отряхни свои сапоги вонючие!
— Так и отряхнул уже! — раздражённо ответил Патлок. — Нормальные сапоги! Дорогие! Каждый день мою! Ты не на меня гавкай, а лучше хозяина поприветствуй нормально!
— Ой! Ваше Милосердие! — склонилась в поклоне Альда. — Добро пожаловать! В доме всё хорошо и, — стрельнула она глазками, входя в роль, — в спальне особенно.
— Опять ругаетесь при мне!? Надоело слушать! Быстро в кабинет! — заявил я во всеуслышание.
Как только оба оказались в нём, продолжил уже более тихо:
— Значит, так. Сейчас мы с Патлоком идём гулять по городу, вызывая Теней на встречу. Альда, приготовь голубой костюм.
— Сию минуту, — кивнула она. — Только, ри Ликкарт, лучше я с Вами. Неизвестно, как бесцветные отреагируют на условный знак, и могут представлять угрозу, с которой я лучше справлюсь.
— От деревенщина! — хлопнул себя по ляжке Болтун. — Тута столица! Где это видано, чтобы знатный ридган с бабой борга прогуливался? Слуга — оно самое то! И защитить, значится, сумею без твоих ножиков под юбкой!
— Мои ножи твоим не чета, хлыщ столичный! Я ими…
— Достаточно, — слегка повысив голос, прекращаю намечающуюся очередную перепалку. — Пусть и не по форме, но по содержанию он прав. Да… Мне действительно это надоело, поэтому приказываю обоим обращаться друг к другу на ВЫ! Вежливо! Как хозяин ридган приказываю! Кто ослушается — пеняйте на себя! Вопросы?
— Понял, стал быть, Ваш Милсердие.
— Слушаюсь, ри Ликкарт.
— Ну раз дошло, то не смею задерживать!
Почти полтора часа фланирования по городу не принесли никаких результатов. Уже на пути к дому подошла старая нищенка.
— Благородные господа, — жалостливо завыла она. — Помогите бедной женщине — подайте на пропитание. Красоту и силу давно растеряла, а кушать хочется.
— Держи, бабушка, — протягиваю ей монету.
— Вот спасибо, красавец! Дай боги тебе жену умницу и детишек крепких! — начинает нищая рассыпаться в благодарностях, хватая меня за руку.
Чувствую, как в ней оказывается скомканный клочок бумаги. Вот и вышли на связь со мной бесцветные!
Немного отойдя в сторону, незаметно читаю послание… «
— Клюнули. Патлок, сейчас ты должен меня покинуть.
— Удачи, — тихо произносит Болтун.
Разыгрываем с ним небольшую сценку очередного моего недовольства, и остаюсь один, отправив слугу прочь. Прохожу несколько улочек, ища менее людное место. В какой-то момент рядом со мной поравнялась знакомая неприметная карета, и я оказываюсь внутри её. Опять быстрая езда по Гратилии, смена транспорта, и вот уже с завязанными глазами сижу в очередной комнате.
— Добрый день, ри Ликкарт, — раздаётся за спиной голос Эриноса. — Смотрю, Ваша затея оказалась не такой уж и безнадёжной, раз срочно вызвали на встречу.
— Я бы тоже посмотрел, но глаза завязаны, — с раздражением отвечаю ему.
— Не глупите! Прекрасно же всё понимаете! Кстати, за первыми двумя каретами следили…
— Возможно. А вы следили за следящими, а следящие «пасли» ваших следящих. Всё логично. Насчёт затеи — правы. И план есть. В последнее время сблизился с экангандой. Как и обещал, влюбилась, дура, по полной, забыв и простив прошлое.
— Да. Мне уже доложили о ваших с ней прогулочках. Наследничка Тойбрелу ещё не сделали? — с гнусным смешком спросил Эринос.
— Может, уже и сделали, но пока брюха не видно. А вот с канганом сложности… Не далее как вчера сделал предложение Ирисии. Она согласна, но отца боится. Говорит, что никогда не даст разрешения. У меня родился план, как избавиться от проблемы. Покушение. Что скажете на такое? Не будет папаши — трон мой!
— Подробности?!
— Намечается свидание с овцой. Вино, поцелуйчики и прочее, не относящееся к делу. Есть человечек, что предоставит для этого свои стены. Надо, чтобы Тойбрел узнал о свидании и кинулся мне башку отрывать. Точно, кинется! По словам Ирисии, он в ней души не чает. Как узнает — не моя забота. Здесь Ваши связи, Эринос, пригодятся. Рассчитать маршруты и поставить нужных людей, думаю, не так и сложно. Канган мёртв… На наше «любовное гнёздышко» тоже совершено нападение, которое я отбиваю, спасая эканганду, в которой половина столицы души не чает. Она согласна на замужество, Гратилийский вор превратился из изгоя в символ отваги — свидетелей куча. Всё сошлось, и помешать некому! Сижу на троне, входя в Совет Теней!
Долгое молчание, во время которого успел вспотеть и замёрзнуть несколько раз. Наконец, бесцветный подал голос.
— Удивляете…
— Такого опытного человека удивил — остальные удивятся ещё больше.
— Я обдумаю Ваш план, ридган, который кажется приемлемым. Единственное, с чем сразу не согласен — с выбором места. Нужный дом для встречи укажем мы сами.
— Мне всё равно где… Хоть в городском нужнике на площади! Важен результат. Ещё… Если нас проследили, то стоит придумать причину сегодняшней встречи.
— Скажи Соггерту, что запугивали, недовольные твоим бездействием. Хочешь, пару синяков поставим?
— Слишком картинно. Достаточно, если перед ним устрою истерику и попытаюсь выйти из дела. Уговорит, конечно, но выторгую преференции.
— Ликкарт, — ласково произнёс Эринос. — Почему Вы раньше не вступили в Братство? С вашими талантами…
— Почему? Из кожи лез, чтобы заметили. Другое дело, что приживалой входить не хотел. Выгода тем больше, чем больше оценивают потери от разрыва сотрудничества. Как видите, я стараюсь.
— Вас заметили очень сильно… Мне пора. Да! Ухожу я, а Вы добираетесь домой сами. Извините за неудобства, но сегодняшняя слежка безопасников вносит свои коррективы.
— Какой город здесь?
— Внешний.
— Шляться среди швали? Пусть довезут хотя бы до границы со средним.
— Сами… Всё сами! Не волнуйтесь — в трущобах Гратилийскому вору ничего не грозит.
Эринос исчез, а я, просидев с десяток минут неподвижно, скинул с глаз повязку. Вроде никто убить не пытается, значит, делаю всё правильно.