Игорь Кузнецов – Русские предания (страница 62)

В Гжатском уезде, в Рождественской волости, есть деревня Зубкове. Заселена она сто с небольшим лет назад, а в прежнее время на этом месте был непроходимый лес и местность называлась Прокудино. В этом лесу жил со своей шайкой атаман-разбойник Аркадий, гроза местных жителей, приятель Емельки Пугачева. Однажды к Аркадию приехал гонец с письмом от Пугачёва, который звал его к себе на помощь, погулять по Волге. Аркадий согласился и стал собираться в путь, а вместе с тем разорять свое жилище и прятать в землю сокровища, так как он надеялся возвратиться и вновь поселиться тут же. Положенным сокровищам он составил опись и тоже зарыл в землю. Один из разбойников притворился больным и остался на месте. Когда атаман Аркадий ушел, этот разбойник вырыл опись и в продолжение сорока лет отыскивал и рыл клады, по, вследствие сделанного заговора, так и умер, не сумев их выкопать. Перед смертью он рассказал о приметах соседским крестьянам, от которых перешло это предание в деревню Зубково.

А в версте от деревни Зубково, на пустоши Каргиной г. Колачевского, есть, — говорит предание, — семь гряд, восьмая кругом их; на три шага на восток должен быть колодезь, сруб дубовый, треугольный. В этом колодце на перекладинах, положенных крест-накрест, висит бочонок на цепи, наполненный золотом. Отыскивая это место, я напал на другое, по выемке похожее на колодезь. Разрывая, мы отрыли дубовый сруб, четырехугольный. Это действительно колодезь. Из этого колодца проведена труба, аршин десяти. Более рыть мы не стали, так как вода мешала работать, а народу было мало, вследствие чего я прекратил работу, не убежденный, однако, в том, что там ничего нет; может быть, там и есть что-то.

Близ хутора Блинове, в березняке, одна женщина зацепилась за что-то ногой и, посмотрев, увидела кольцо. Приподняв — на вершок, оттянула дверцу и видела собственными глазами ящик золотой монеты, а на нем положены крест и Евангелие. Закрыв, она передала об этом мужу, и, отправившись ночью тайком, чтобы взять сокровища, они места никак не могли найти. Об этом мне сообщил муж этой женщины, человек непьющий и правдивый, крестьянин из деревни Дорогины Савелий Захаров, и ныне живущий с женой в своей деревне. На это место, рассказывают, однажды напал и священник из села Семеновское, и взял золота, сколько мог унести, по вновь этого места не нашел.

В той же волости, близ деревни Дубровицы, — говорит предание, — в плотине на реке зарыт котел с деньгами, а при слиянии двух речек — бочонок с золотом. А на горе, где были поповские огороды (лет восемьдесят назад), под камнем — котел с монетою. Камень, вероятно, зарос травою и землею, и потому его не найдут, но гряды еще довольно заметны. Весною на реке, почти ежегодно, вымываются и приносятся на берег серебряные монетки, которые находят крестьянские дети.

В Гжатском уезде, близ деревни Соколово, протекает речка Могиленка, которая в одном месте образует угол; в этом углу, по преданию, зарыт гроб с золотом. В самой деревне, — говорит предание, — кладов бездна: есть, например, ключ, в который опущен кувшин с монетою каким-то поваром, унесшим деньги у барина. В недавнее время там выпахана ручка чугунного котла, а лет двадцать назад — котел с медною монетою. На погосте, между церковью и колокольней (где они стояли — неизвестно), были зарыты семь бочонков золота. Там уже рыли, но кроме гробов ничего не нашли. Отыскал еще и погреб, но и в нем ничего не найдено.

В версте от деревни Соколово, — говорит предание, — есть колодезь с дубовым срубом; в нем сделаны палата, засыпанные сверху костьми. Искатели клада нашли это место, докопались до костей, стали их выбрасывать, — вдруг что-то зашумело — и из костей посыпались серебряные деньги. Они были спрятаны в подвязке из кожи, которая сгнила. По всей вероятности, это находка со времен нашествия французов. В колодец бросали их тела, не раздевая, и в подвязке вместе с телом брошены деньги.

В Жигулях

В Жигулевских горах,

по народным поверьям, множество кладов

Раз шли Жигулевскими горами рабочие люди, и вышли к ним навстречу разбойники, а уж ночь подошла. Повели они прохожих в свой стан, а в станс огонь разложен и кругам удалые молодцы сидят. Струсили рабочие люди, не знают: худа ли, добра ли себе ждать. Один побоялся, видно, чтобы последнее не отняли, взял да и сует под пенек три золотых. Разбойник, должно быть, атаман, увидел да как закричит:

— Ты чего хоронишь?

А у того, бедного, руки трясутся, и не знает, что ответить.

— Что, деньги? Показывай!

Взял мужик, отдал ему свои деньги. Атаман повертел, повертел их на ладони, засмеялся да и говорит:

— Или ты думаешь, что мы позаримся на такое добро.

Взял да и бросил его золотые в траву.

— Пойдем, — говорит, — за мной.

Пошли рабочие, — ни живы ни мертвы. И привел он их в такое место, где все богатство в груду свалено: золота, серебра, камней самоцветных, платья — всего вдосталь.

— Вот, — говорит, — берите, сколько хотите, и идите с Богом!

Разбогатели после того мужики…

В Жигулевских горах, недалеко от г. Ставрополь[13], Разил положил клад и сверху камень с надписью: «Кто отвалит сей камень, тот найдет много злата». Некоторые отваливали этот заветный камень, начинали отрывать клад, но встречали другой камень с надписью: «Кто отвалит сей камень, тот найдет много злата, но сам он весь облысеет, и род его переведется».

Вообще, в пещерах Жигулевских гор кладов множество. Раз богомолка выбрала там себе одну пещеру, повесила образок и начала молиться. Настала ночь, и явился Разин; тотчас со всех сторон пещеры выкатились бочки с золотом; он выгнал богомолку и сел считать деньги.

Клады Поволжья

В селе Аргаше (Корсуньского уезда) в лесу есть низкое место; там нечаянно забрел крестьянин в пещеру и увидел старичка седенького. Сидит он и считает деньги. Это был сам Стенька Разин. У крестьянина глаза разбежались на золото, и он попросил себе денег у старичка, который согласился, но с уговором:

— Возьми, — сказал он, — только донеси до двора и не усни по дороге.

Насыпал Разин крестьянину в полу кафтана денег, тот понес их и дошел уже до своего гумна, как здесь сон его до того одолел, что он уснул.

Проснулся, а денег как не бывало.

В селе Шатрашанах (Буинского уезда) лежит казны видимо-невидимо; тут клад — всем кладам отец. За рекой есть земляной вал, и в этом-то валу вырыт большой выход, который немного осыпался, а дверь в нем немного осела; поэтому можно видеть внутренность выхода в яркий солнечный день. На этот клад было письмо у старого шатрашанского мельника.

Шел раз по Шатрашанам прохожий, не то хворый, не то с разбитыми ногами; остановился он отдохнуть на мельнице и разговорился с мельником. Слово за слово, зашла речь о вале и о кладе; прохожий показал письмо мельнику, как взять этот знаменитый клад. На расспросы мельника, откуда достал прохожий это письмо, последний передал ему следующее.

Нанялся один странник бурлачить на Волгу, да и захворал на судне; его высадили на берег в Жигулевских горах. Побрел он по тропинке и сбился с пути. Долго бродил он в лесу, наконец наткнулся на другую тропинку, которая привела его к землянке. Думая, что это жилье угольщика, бурлак вошел в землянку, помолился Богу, поклонился хозяину, — а тот был седенький старичок, — и стал проситься ночевать у пего.

— Пожалуй, ночуй, — говорит старичок, — только выдержишь ли ты, страху много будет.

— Ничего, дедушка, чего мне бояться! Только приюти от темной ночи, — сказал бурлак.

А сам раздумывает: если разбойники наедут, так у меня взять им нечего…

— Ну, Бог с тобой, — говорит старичок, — оставайся…

Бурлак лег спать, а старичок все молился Богу на коленях с усердием. Вдруг в полночь разбудил прохожего страшный свист, гам, крик; двери с шумом растворились, и целая стая гадов, змей ворвалась в землянку. Налетели они на старика и стали грызть его тело, рвать кожу и высасывать из него кровь. Но как только пропели петухи, стая удалилась, и все стихло. Бурлак был ни жив ни мертв и, едва рассвело, начал собираться в путь. Старичок, который все время лежал на полу бледный, без движения, опомнился и стал говорить прохожему:

— Вот как мне суждено мучиться до скончания века; ведь я — Стенька Разин[14]. Если бы кто-нибудь достал мой клад в Шатрашанах, тогда бы я умер; тогда бы и все положенные мною клады вышли наружу, а их одних главных — двенадцать. На всякий случай вот возьми это письмо и попытайся, не удастся ли тебе как-нибудь достать этот клад.

У этого-то бурлака взял прохожий письмо и передал шатрашанскому мельнику. В письме было написано, как брать клад и какие страшные явления будут при этом: пройдут войска и звери страшные, ударят двенадцать громов, затрясется земля, приклонятся деревья и травы… Письмо гласило, что выход, в котором лежит шатрашанский клад, выложен обожженными дубовыми досками и стоит в нем икона Божией Матери, а пред иконой горит неугасимая лампада. Прежде всего нужно взять икону, потом достать ружье, заряженное спрыг-травой, а стоит оно в выходе за дверью. Из ружья нужно выстрелить и сказать: «Стеньке Разину вечная память!» Тогда умрет Разин, потому что в этом ружье заряжена его смерть. В выходе хранятся ломы и заступы, которыми нужно рыть клад. Казны и драгоценностей в кладе так много, что хватит на всю Симбирскую губернию — в сорок лет не пропить и не проесть, а именно: сорок пудовок (мер) золота, два сундука жемчуга. В приписке к письму сказано, что там лежит еще четыре рубля меди брата Стенькина, Ивана; их раздать нищей братии.