Игорь Конычев – Управитель (страница 49)

— Что за?.. — Распутин смолк, так и не договорив.

Даже с такого расстояния мы с наставником увидели гигантские щупальца, обвившиеся вокруг ближайших построек. Кладка одной из башен неизвестного мне дома не выдержала и сломалась. Очередная волна гнева Чернобога захлестнула мой разум кровавым приливом. Проклятый драгун не знал, что за существо перед ним, но был твердо уверен в двух вещах: это точно враг, и он должен умереть.

— Это не полоз, — боевой драгун Распутина замер, как гончая, почуявшая добычу.

Пока мой наставник фокусировался на неизвестной твари, я решил действовать. Оттолкнувшись от земли, что было силы, Чернобог взвился в сырой воздух. Казалось, он стремился к темным низким тучам, но полетел вперед, навстречу новому бою.

Кощей промедлил лишь пару мгновений, после чего Распутин послал его следом за мной.

— Вы должны вернуться в Академию! — крикнул мой наставник, используя усилитель голоса.

— Мой долг — помогать людям, — парировал я, не сбавляя темпа и не оборачиваясь.

— Вы не закончили даже первый год обучения. — Не сдавался Распутин. — Это слишком опасно!

— Вы прекрасно знаете, на что я способен. Прямо сейчас там, — палец кованой перчатки Чернобога показал на объятую дымом столицу, — гибнут люди! Им нужно помочь.

— Для этого есть Императорские драгуны. Они несут службу…

Я не дал Григорию Ефимовичу договорить, уверенно заявив:

— Тогда считайте меня добровольцем.

— Упрямец! — не выдержал Распутин.

— Предпочитаю слово «целеустремленный».

Мы почти одновременно пересекли Поясной путь, сейчас переполненный повозками и автомобилями — все гражданские, кто только мог, бросали пожитки и пытались покинуть Москву. Людей охватила паника: они кричали, молились и заламывали локти.

Краем глаза я заметил, как из форпостов вокруг столицы выскакивают военные драгуны. Эти панике не поддавались. Несмотря на то, что им противостояло невиданное доселе чудовище, управители боевых доспехов выстроились в боевые порядки и бесстрашно направились в сердце разгорающегося боя. За ними на машинах темно-зеленого цвета ехали обычные солдаты, за их транспортом в качестве прицепов катились пушки. Толку в бою с гигантской тварью от них не будет, но, если на свет выползут еще и сектанты, никакая помощь не станет лишней.

По мере того, как мы с Распутиным приближались к цели, вокруг становилось все темнее. И дело было вовсе не в спускающейся на Землю ночи. Противоестественный черный туман волнами разливался из того места, откуда торчали многочисленные бледно-фиолетовые щупальца.

Даже усиленное зрение драгунов притупилось и пошло рябью. Но это не помешало нам с наставником ворваться в толщу черного тумана. В тот же миг помимо шума бури, грохота рушащихся зданий и истошных человеческих криков пространство заполнили звуки взрывов, выстрелов и жуткий душераздирающий многоголосый вой.

— Кошмар… — дрожащим голосом произнесла Злата и снова стиснула мое тело в своих кольцах.

Монстр появился в колоссальной воронке прямо у стен Кремля. Вода в Москве-реке потемнела. Она бурлила, пузырилась и кровавыми брызгами разлеталась в стороны. Щупальца хватали все, до чего могли дотянуться, и обрушивали вниз, где огромные клыкастые пасти перемалывали сталь, плоть и даже камень при помощи нескольких рядов острых кривых зубов.

Кладка крепостной стены крошилась и падала в воду, не выдерживая безумного натиска твари. Красные Императорские драгуны отважно бросались на врага, используя все возможное оружие. Им на помощь прибывали все новые и новые боевые доспехи, но их было удручающе мало — много управителей вместе с доспехами погибли или пострадали в участившихся засадах и битвах с полозами на подступах к Москве. Другие сейчас находились на фронте, где не прекращались нападки французов. А сил оставшихся не хватало, чтобы справиться с новой нежданной угрозой.

Сотни извивающихся щупалец вырывались из-под покрасневшей от крови воды за новыми жертвами. Каждое из них превышало по длине и ширине современные товарные поезда. Они смахивали не успевших убежать с берега людей вниз, где несчастные становились пищей для ненасытной твари. Тонкие щупальца выбивали окна и прошибали стены, доставая жителей Москвы даже в их домах.

Но были и те, кто прыгал в воду добровольно. На лету я заметил множество изуродованных мутациям извергов, который с улыбкой прыгали прямо в разинутые пасти, дабы напитать божественное, по их мнению, существо. Солдаты открыли по извергам огонь, но и сами стали жертвой пробудившегося монстра.

Даже драгуны не могли оказать твари должный отпор. Несмотря на самоотверженность, они гибли десятками. Мощные щупальца обвивали боевые доспехи, разрывали их на части, добирались до управителей и пожирали их в мгновение ока.

От такого зрелища гнев Чернобога достиг своего пика и смешался с моим собственным. Зарычав от злобы, я на лету активировал печати и принялся обстреливать ближайшие щупальца. Распутин поступил так же.

Разряды силы проклятых драгунов врезались в дрожащую тошнотворную плоть чудовища, обжигая ее и разрывая на куски. Столпом черного пламени я начисто срезал сразу четыре отростка, но их место почти сразу заняли новые, а со временем и старые щупальца отрастали заново.

— Оно регенерирует, — я не поверил своим глазам. — Жрет и здоровеет!

Новый приступ гнева Чернобога едва не разорвал сдерживающие печати. Мои руки, словно сунули в огонь костра. Стиснув зубы, я взял силу под контроль и направил ее на щупальца. В этот раз привычные столпы черного пламени закружились, образуя мощные вихри. Они уничтожали одни отростки за другими, но все без толку — существо, подобно Лернейской гидре, отращивало новые конечности взамен утраченных.

— Нужно отыскать сердце! — крикнула мне на ухо Злата.

— Оно где-то внизу, — я уклонился от размашистого удара щупальца и взглянул на покрасневшую от крови воду.

Стоило мне отвлечься, как тварь едва не схватила Чернобога, но вовремя вмешался Распутин. Его Кощей промелькнул рядом размытой тенью, начисто срезая извивающиеся отростки.

— Так не победить! — крикнул мне наставник. — Нужно отступать.

— Черта с два! — огрызнулся я.

В ушах звенели крики умирающих, сердце разрывалось на части, а отчаяние превращалось в злость. Обгоревшими пальцами я вцепился в подлокотники трона управителя и уставился вниз, где под водой скрывалось тело неизвестного древнего монстра.

— Нужно заставить его подняться! — крикнул я Распутину, который отбивался от щупалец.

— Не выйдет, — крикнул тот, не отвлекаясь от боя. Он поднырнул под одним отростком, срубил другой, швырнул оружием в третий, а сам вцепился в четвертый и вырвал его, будто сорняк, после чего брезгливо отбросил в сторону.

Копье Кощея поразило цель, исчезло и вновь появилось в руке владельца, чтобы спустя лишь долю секунды вновь попробовать на вкус кровь врага. Я не отставал и, взяв меч двумя руками, рубил им направо и налево, отсекая щупальца, словно косарь колосья пшеницы.

Отбившись, я устремился к воде, но меня окликнул Распутин:

— Не вздумайте! Вы просто захлебнетесь!

Но я и не собирался нырять в воду, а пролетел прямо над ней, пытаясь отыскать хоть какой-то намек на местоположение основного тела монстра. Несколько зубастых пастей клацнули в опасной близости от шлема Чернобога, но не смогли причинить ему вреда.

С дюжину раз я выпустил черное пламя вслепую, метя в те места, где вода бурлила особенно сильно.

Ничего…

— Злата! — прохрипел я. — Можешь помочь?

Сила дочери Великого Полоза приятными прохладными струями прошла через мое тело. В глазах у меня потемнело, но спустя секунду зрение вернулось. Только сейчас все изменилось: я видел не четкую картинку, не черный дым, а разноцветные пятна. Сами щупальца и пасти казались блеклыми и серыми — они не излучали тепла. Лишь там, где конечности монстра покрывала человеческая кровь, горели яркие отметки. Они мелькали то тут, то там, но внизу замедлялись, а потом и вовсе пропадали.

Подсвеченная зрением Златы горячая кровь быстро остывала под водой, но у меня все же получилось разглядеть оставленный ею след. От клацающих пастей тянулись едва различимые алые нити. Все они сходились в одной точке…

Пока я был занят, щупальца обвили руки и ноги Чернобога. Они рванули доспех в разные стороны, но воронёная броня выдержала. Гнев древнего драгуна воплотился в черном пламени, охватившем доспех. Оно сразу же перекинулось на щупальца, превращая их в пепел.

Оказавшийся рядом драгун отвлек несколько отростков на себя.

— Граф! — крикнул он.

Я сразу узнал голос корнета Евгения Дюжина, с которым познакомился в одном из форпостов. Он вместе с товарищами по оружию тоже прибыл к месту боя.

— Под водой! — заорал я, что было сил. — Бейте сюда! — и первым выпустил силу печатей в то место, где сходилась остывающая человеческая кровь.

Спустя миг ко мне присоединился Распутин. Его драгуна с ног до головы покрывала едкая слизь, струящаяся в теле нашего врага. Она с шипением испарялась с матового доспеха, исчезая прямо на глазах.

Третьим ударил Дюжин. Несмотря на то, что его наверняка удивили мои слова, он сразу же поддержал нашу с Распутиным атаку. Следом за корнетом, оказавшиеся поблизости Императорские драгуны сконцентрировали свою силу в одной точке. Уже отчаявшиеся и готовые встретить достойную смерть внутри своей брони, они передавали приказ по цепочке.