Игорь Конычев – Управитель (страница 48)

— Да что тут произошло⁈ — воскликнул ничего не понимающий Зорский.

— Все потом, — отрезал я. — Помоги посадить Николая в машину. Едем скорее в ближайшее имение. Нужно срочно телеграфировать в Академию.

— Зачем⁈ — несмотря на возмущение, Лев вместе со мной донес Николая до автомобиля и усадил на заднее сидение, где Фёдор тут же обработал рану молодого человека и начал накладывать повязку.

— Подержите здесь, — обратился он к князю. — Садитесь рядом и прижимайте сильнее.

Позабыв обо всем, Лев послушно сел рядом с другом, положил его голову себе на колени и прижал чистую ткань поверх начавшей пропитываться кровью повязки.

— Его нужно к доктору, причем быстро, — тихо сказал мне Фёдор. — Как поступим?

— Сначала доставим Николая к ближайшему врачу. Потом нужно связаться с Нечаевым и сказать ему, что начальник Академии Радионов замешан в заговоре. Пусть проверит и остальных учащихся. Всех. Еще надо заняться огнем, чтобы не перекинулся на лес и…– я не успел сказать, так как со стороны леса раздался нарастающий шум.

Спустя несколько мгновений Чернобог перемахнул через забор и замер рядом с нами.

— Не знал, что он так может, — только и выдохнул Фёдор.

— Я тоже…

Между тем проклятый драгун опустился на колено и подставил мне свою ладонь. Забрало распахнулось, и я услышал встревоженный голос Златы:

— Поспеши! Беда близится!

25. Кровь на воде

Не успел я сесть на трон управителя, как Злата сразу же обвилась вокруг меня. Тело змеи мелко дрожало, от ее обычного спокойствия не осталось и следа. Стоило закрыться забралу, Чернобог энергично выпрямился, готовый в любой миг ринуться в бой.

— Что стряслось? — первым делом спросил я, сделав так, чтобы все сказанное осталось внутри кабины-шлема.

Но подслушивать нас было уже некому — машина Фёдора развернулась и теперь мчалась в сторону ворот.

— Беда, — прошептала Злата и непроизвольно крепче прижалась ко мне, стянув тело золотым жгутом. — Под Москвой что-то просыпается. Что-то древнее. Злое…

— Твой отец? — озвучил я первую же пришедшую на ум догадку.

— Нет. Это не он. Кто-то другой, не известный мне.

Волнение Златы передалось и мне, но я усилием воли отбросил ненужную сейчас тревогу. Нет смысла бояться раньше времени, а когда оно настанет, то и бояться будет уже поздно. При таком раскладе это дело выглядит совершенно бессмысленным, так что можно поберечь нервные клетки.

— Значит, нам в Москву? — я развернул Чернобога в нужную сторону.

— Быстрее! — вместо ответа поторопила меня змейка.

Древний драгун сорвался с места и устремился в направлении столицы. Из-за спешки, я особо не выбирал дороги, поэтому лес вокруг поместья Шереметьевых немного поредел. С высоты кабины управителя открывался отличный обзор, так что даже в условиях непогоды сбиться с маршрута было невозможно. Подсвеченная вспышками молний Москва маячила впереди.

— Где ты пропадала? — не отрываясь от управления, спросил я.

— Искала, — неопределенно отозвалась Злата.

— Что искала?

— Не что, а кого, — пояснила она. — Люди раскопали старый коллектор, нашли ходы в дома изменников, но не спустились ниже.

— Ниже той ямы, из которой ты меня вытащила, есть еще что-то? — удивился я.

— Да. Тот, кто пробудился, под ней.

— Матка? — предположил я, выводя Чернобога из леса. Пока драгун скользил над полем вдоль дороги, я вспомнил бой с осьминогоподобным существом среди извивающихся полозов. — Там же роились личинки и…

— Это была еда. Личинки, изверги, копии — все они лишь еда.

— Чего⁈ Полозы своих жрут? — поначалу я ушам своим не поверил, но всего через секунду решил, что такое вполне возможно. — Значит, под Москву свозили корм для одной древней твари? Но как она туда пробралась⁈

— Она там проснулась и, благодаря родичам, разрослась. Я пыталась подобраться ближе, но не смогла. Как только все разузнала, поспешила в эту твою Академию, чтобы предупредить. Дорогу нашла благодаря Чернобогу.

— Так это ты его ко мне привела? — спросил я, взглянув на треугольную мордочку дочери Великого Полоза.

— Не я, — совсем по-человечески покачала головой змейка. — Он сам.

— Такое возможно?

— Сам видишь, — от разговора со мной Злата немного успокоилась и ослабила хватку. — Ваша связь крепка, как никогда прежде. Чернобог тебе свою силу дает, а ты ему свою.

— То есть, он может действовать сам благодаря мне? — такого поворота я не ожидал.

— Недолго и не в полной мере, но может, — кивнула Злата. — Почувствовал, что беда тебе грозит и на помощь отправился. Я едва успела в него забраться. Скажи, что приключилось в том доме?

— Графиня Шереметьева заключила союз с полозами, — вкратце изложил я суть дела. — А еще у нее гостила дочь Великого Полоза. Ты знала, что у тебя есть сестра?

— Нет, — черные глаза змеи удивленно расширились. — А она?..

— Мертва. Надеюсь. — Оторвавшись от вида стремительно приближающейся столицы, я взглянул на Злату. — Извини, но у меня не было другого выбора. То существо… оно отличалось от тебя. Не внешне, но внутреннее. Мне пришлось защищаться.

— Понимаю, — с печалью в голосе произнесла змейка. — Какой она была?

— Злой, — мне даже не пришлось подбирать нужное и ёмкое слово. — Такая же худая и бледная, как ты, с золотыми волосами и острыми чертами лица. Но у тебя глаза просто черные, а у нее с красными зрачками. А еще, по словам Шереметьевой, ей сложно давался человеческий облик, да и говорила она с трудом, словно только училась. И для все этого ей было необходимо есть людей.

Злата ничего не сказала. Некоторое время она молча смотрела прямо перед собой, но потом все же нарушила тишину:

— Значит, отец создал ее после моего пленения. Когда я помогла людям, он разочаровался во мне и решил завести себе другую дочь. — Черные глаза змеи влажно заблестели. — Более покладистую и жестокую. Думаю, он намеренно лишил ее человечности, чтобы она не совершила те же ошибки, что и я. Не вини мою сестру в сотворенном ею зле. Вини того, кто называет себя нашим отцом.

Я коротко кивнул. Причин ненавидеть Великого Полоза у меня уже хватало, но теперь их стало еще на одну больше. Это тварь, возомнившая себя Богом, ответит за все. Но один вопрос все же не давал мне покоя.

— Злата, а чем ты питаешься?

Змейка ответила не сразу.

— Думаешь, людьми? — судя по тону, она не обиделась, скорее огорчилась.

— Нет, — я не солгал. — Мне кажется, ты на это не способна.

— Правильно кажется, — Злата вздохнула. — Чаще всего я ем рыбу. Сырую. Раньше питалась только в облике змеи. Но потом, уже у тебя в доме, Дея дала мне попробовать то, что называется пирожным… — змейка мечтательно прикрыла черные глазки. — Хочу снова это съесть.

— Куплю тебе целый ящик, когда все закончится, — пообещал я и резко повернул голову, реагируя на движение справа.

По полю наперерез мне стремительно двигался матово-черный драгун. Неясным призраком мелькал он за стеной дождя, поглощая и растворяя в себе даже свет от частых вспышек молний.

— А вот и Кощей пожаловал, — пробормотал я, не ощущая энтузиазма касательно этой неожиданной встречи.

Так как Чернобог не сбавлял темпа, драгуну Распутина пришлось ускорится, чтобы заступить мне дорогу. Он замер между двух холмов, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Боевой доспех очень точно изобразил одну из любимых поз своего управителя.

Мне хотелось просто оббежать эту преграду, но я понимал, что этот человек просто так не отстанет. Пришлось остановиться напротив него.

— Граф Воронцов? — раздался из шлема искаженный металлическим скрежетом голос Распутина. — Вы там?

— Здесь, — подтвердил я.

— Хорошо, — Кощей удовлетворенно кивнул. — В таком случае, извольте объяснить, почему ваш драгун самовольно покинул территорию Академии, сломав не только ворота подземелья, но и стену? За такое полагается не только отчисление, но и судебное разбирательство!

Что же, теперь мне стало понятно, почему Распутин влез в ненавистный боевой доспех и покинул территорию Академии. Он узнал, что мой драгун действовал самостоятельно и решил во что бы то ни стало узнать о причинах такого поведения.

— Чернобог спешил ко мне, — я пожал плечами. — У нас возникло одно неотложное дело.

— Правда? И какое же? — даже в искаженном шлемом голос Распутина угадывалась насмешка.

Повисла недолгая пауза, которую нарушил грохот. Распутин резко развернулся, я запрыгнул на холм. Мы оба уставились на Москву, где почти в центре города в воздух поднялись клубы пыли и дыма.

— Началось, — едва слышно выдохнула Злата.