Игорь Конычев – Граф (страница 20)

— Долго придется ходить, — подыграл я цыганке. — Мой драгун справится быстрее.

— Я все понял, — севшим голосом сообщил нам цыган. — Вы нас больше не увидите.

— Вот и хорошо, — кивнул я и пожелал. — Доброй ночи.

Цыган не ответил.

Мы с Деей вернулись к Демону.

— Подвезти? — я сел в седло и протянул ей руку.

— Конечно, — в этот раз она приняла ее и устроилась впереди меня. — Не пешком же мне возвращаться к тебе, барин, — последнее слово она произнесла несколько игриво.

— Ко мне?

— Да. Или не примешь цыганку? — она гибко извернулась и подмигнула мне.

— Кажется, у меня нет выбора, — улыбнулся я.

— Верно, — серьезно кивнула Дея. — Ведь от судьбы не уйдешь.

9. Меняется все

Утро началось не с кофе. Хмурый Прохор разбудил меня едва ли не в полдень, так как прибыл Нечаев. Он приехал один, на личной машине без водителя и теперь ожидал меня в гостиной. Наспех умывшись и одевшись, я спустился вниз, чтобы поприветствовать гостя.

— Никогда бы не подумал, что вы такой соня, граф, — улыбнулся одними лишь уголками губ Петр. Он встал с кресла, чтобы пожать мне руку.

Хватка у Нечаева, несмотря на худощавое телосложение, оказалась довольно крепкой. Впрочем, я не спасовал и ответил ему взаимностью. За время пребывания в новом теле мне пока не удалось развить достойную мускулатуру, но дарованная драгуном сила с лихвой окупала временную нехватку собственной мышечной ткани.

— Вчера много всего произошло, — уклончиво ответил я, так как не собирался посвящать Петра в детали нашего с Деей ночного путешествия. До имения мы добрались едва ли не под утро, так что выспаться мне не удалось, несмотря на позднее пробуждение.

— Понимаю, — учтиво кивнул Петр, опускаясь обратно в потертое кресло. Он указал мне на толстый конверт, который лежал рядом с ним на небольшом столике. — Князь Орлов передал вам вторую часть оплаты за череп и кровь полоза, — с этими словами Нечаев достал из-за пазухи еще один конверт и положил сверху. — А это от меня за ликвидацию секты Червя в монастыре.

— Благодарю, — на душе у меня стало немного легче от осознания того, что финансовое положение начало выправляться.

— Господа, — в гостиную вошла Дея с подносом в руках, — ваш чай.

Я едва рот от удивления не раскрыл, увидев на ней черную форму горничной с белым передником. Одежда сидела идеально, и оставалось лишь догадываться, кто и когда сумел подогнать ее под фигуру цыганки. Хотя, вполне возможно, что в имении прежде были и другие горничные, форма одной из которых подошла Дее.

— Я попросил вашу новую горничную приготовить и для вас тоже, — произнес Нечаев, с любопытством разглядывая Дею. — Вы умеете подбирать кадры, граф.

— Похоже на то, — пробормотал я, хотя не предлагал Дее работать на себя, а просто предоставил ей крышу над головой.

— Желаете ли чего-нибудь еще? — цыганка стрельнула глазами в мою сторону. Кажется, она наслаждалась новой ролью.

— Нет, спасибо.

Дея поклонилась и покинула гостиную.

— Где вы ее нашли? — поинтересовался Нечаев, когда звук шагов девушки затих.

— На дороге подобрал, когда она хотела украсть моего коня.

Петр принял сказанное за шутку и улыбнулся, но почти сразу же вновь стал серьезным:

— Арсений Иванович сообщил мне, что состояние Дарьи Сергеевны удовлетворительное. Могу ли я поговорить с ней с глазу на глаз?

— Честно говоря, я к ней еще не заходил. Дея! — позвал я. — Сходи и проведай графиню Полянскую. Извести ее, что прибыл Петр…

— Аркадьевич, — подсказал Нечаев.

— Петр Аркадьевич, — закончил я.

Ответ не заставил себя долго ждать:

— Будет исполнено, барин, — голос Деи прозвучал почти за дверью несмотря на то, что и я, и мой гость слышали, как она уходила.

— Я так понимаю, вы наняли эту горничную не только за красивые глаза, — от внимания Нечаева не укрывалось ничего.

— У нее… много талантов.

— Не сомневаюсь, — серьезно ответил Петр.

Мы оба замолчали и попили чаю в тишине. Зная о том, что из Нечаева не вытянуть и слова, если он сам того не захочет, я ждал, когда он заговорит первым. Тишина тянулась довольно долго, прежде чем гость все же заговорил:

— Я вижу, что вы хотите задать мне множество вопросов. Но вынужден вас огорчить — ответить на них я смогу лишь после разговора с Дарьей Сергеевной.

— Хотите узнать у нее, как я справился вчера?

— Именно, — честно признался Петр. — И от ее слов будет зависеть ваше будущее.

— А что на счет ее будущего? — сменил тему я. — Вчера Дарья использовала магию в монастыре. Настоятель остался этим, мягко говоря, недоволен и сказал, что у нее нет разрешения митрополита на использование подобной силы.

— Этот вопрос я решу в ближайшее время. Уверяю вас, что Дарья Сергеевна не понесет никакого наказания.

— А что с ее опекуном?

— А что с ним? — не понял Петр.

— Отец Иоанн сказал, что граф Бобринский не обрадуется выходке племянницы, — пояснил я.

— Граф Бобринский… — лицо Нечаева помрачнело. — Он весьма благочестивый, праведный и набожный человек. Я бы сказал, даже слишком.

— Это может стать проблемой?

— Определенно, — подтвердил мои опасения Нечаев. — Ее решением…

— Я займусь сама, — Дарья вошла в комнату. Она все еще оставалась болезненно бледной, но держалась с достоинством. — Рада встрече, господа.

Мы с Нечаевым встали одновременно. Я хотел помочь девушке, но та ответила вежливым отказом и сама дошла до дивана, чтобы с облегчением опуститься на него. Не успела она усесться, как в гостиную вошла Дея и поставила перед Дарьей стакан.

— Теплое парное молоко для графини, — сказала она в ответ на вопросительный взгляд гостьи.

— Но я не просила…

— Доктор Ланский прописал, — заявила моя новоявленная горничная и безапелляционно добавила. — А если доктор прописал, значит нужно выпить. — Несмотря на вежливую улыбку, в словах Деи прозвучала едва ли не угроза, которая обескуражила Дарью настолько, что та безропотно взяла бокал и сделала большой глоток.

Горничная удовлетворенно кивнула и вновь покинула нас.

— Граф, — обратился ко мне Нечаев. — Позволите ли вы нам с графиней Полянской поговорить наедине?

— Конечно. Будьте, как дома, — я покинул гостиную и прошел в соседнюю залу, где встретил Дею.

— Напомни, когда я нанял тебя на работу горничной? — я посмотрел в темные глаза цыганки.

— Вчера ночью, — без заминки ответила она. — Вы сказали, — Дея умышленно выделила интонацией вежливое обращение, — что я могу оставаться здесь сколько пожелаю. На мой вопрос — на какие деньги я буду жить, вы предложили мне их заработать любым законным способом. Как видите, способ я выбрала, — она повернулась вокруг, демонстрируя мне свою одежду. — Евдокия мне даже платье по размеру подобрала. — Девушка эротично подняла подол юбки, обнажив сначала щиколотку и икру, а потом и округлое соблазнительное бедро. Там на подвязке крепились три коротких ножа.

Значит, у меня не только красивая горничная, но еще и боец. Звучит неплохо.

— И что же мне теперь, жалование тебе платить?

— А как же иначе, барин? — невинно захлопала длинными ресницами Дея. — Но поверьте, мои умения окупятся с лихвой.

— Не сомневаюсь, — игривый тон девушки не укрылся от меня. — Кстати, о твоих умениях — где ты научилась так двигаться?

— А где вы научились драгуном править? — вопросом на вопрос ответила Дея. — У всех свои секреты и своя природа, барин. Я — гаджо, грязнокровка. Никогда не знала своего отца, но мне не раз говорили, что им был злой дух, околдовавший мою мать.

— И поэтому ты умеешь двигаться так быстро?