Игорь Колесников – Ставропольский протокол: Зов Архонта (страница 13)

Его сознание, перегруженное данными, властью и ответственностью, тонуло в тёмных, безвидных глубинах, чтобы хоть как-то восстановить силы. Он проспал восемнадцать часов без единого движения. Скрытые медицинские сенсоры тихо фиксировали сверхбыстрое восстановление нейронных связей и очистку организма от коктейля стрессовых нейротоксинов.

Проснувшись, он был свеж, холоден и сосредоточен, как отточенный клинок, вынутый из ножен. Первым делом он подключился к сети и выслушал накопленные доклады.

– Строительство на космодроме «Восток» идёт с опережением графика на пятнадцать процентов. Российская сторона предоставляет материалы и рабочую силу согласно протоколу. Наши специалисты внедряют ключевые системы: плазменные двигатели орбитального маневрирования, квантовые навигационные ядра, модуль регенерации топлива из марсианской атмосферы. Наша доля в конструкции корабля – тридцать пять процентов, как и договорились. Запуск в 2032 году оценивается как высоковероятный.

Игорь кивнул про себя. Марс ждал. Это был важный, но предсказуемый фронт работ.

Гораздо более интересным оказался другой доклад – от группы Т-600, оставленных для скрытого мониторинга геоактивности в районе сибирского строительства.

– Зафиксированы аномальные тектонические импульсы сверхнизкой частоты. Эпицентр – приблизительно в двухстах километрах к северо-востоку от зоны строительства городов номер семь и номер восемь. Характер импульсов не соответствует известным моделям естественной сейсмичности. Напоминает фоновое излучение работающего сверхмощного гравитационно-магнитного двигателя. Либо – признаки направленного процесса планетарного масштаба. Интенсивность нарастает по логарифмической шкале. Поверхность в районе эпицентра демонстрирует устойчивый подъём со средней скоростью ноль целых пять десятых сантиметра в час. Предварительный прогноз: пробуждение или активация неизвестной геологической или техногенной аномалии дремлющего типа.

Архонт не удивился. В его ледяных глазах мелькнуло нечто, похожее на ожидание охотника, услышавшего шаги долгожданной дичи.

– Отправить группу «Гевельт». Полный состав. Под прикрытием Т-600 из пятого оперативного отряда. Абсолютная секретность, режим «Невидимка». Я хочу знать, что именно там пробуждается. Его размеры. Предполагаемое назначение. И уровень опасности.

Часть 5: Открытие

Группа «Гевельт» – элитное подразделение исследователей-диверсантов РССН, специалисты по «необъяснимому» и аномалиям – высадилась в указанном квадрате через шесть часов после приказа.

То, что показали их приборы, а затем и то, что они увидели собственными глазами, могло бы привести в состояние парализующего ужаса любого, даже самого закалённого учёного или военного.

Это не было природной аномалией.

Это было пробуждение.

Из-под земли, медленно, неотвратимо, с тихим, давящим гулом поднималась не скальная порода и не пузырь магмы. Поднималась конструкция. Огромная, невероятно сложная, состоящая из материала, который одновременно напоминал чернёный титан и тёмный, мерцающий изнутри янтарь.

Её линии были чужды и прекрасны – одновременно органичные, как скелет древнего исполинского зверя, и невероятно точные, геометрически выверенные, как деталь гигантского механизма. Она и была источником тех самых низкочастотных импульсов, которые теперь можно было ощутить кожей – как лёгкую, постоянную вибрацию почвы.

Это не было творением человеческих рук или известной науки. Это было нечто древнее, инопланетное или допотопное, дремавшее в сибирской литосфере неизвестно сколько тысячелетий или эпох. И колоссальная активность РССН, масштабные строительные работы, выбросы огромных объёмов энергии – всё это, видимо, послужило спусковым крючком, разбудившим спящего гиганта.

Но самое шокирующее ожидало их, когда они установили сверхсекретную связь с только что построенными ближайшими городами.

Данные с удалённых датчиков и первые визуальные контакты показали нечто необъяснимое. Жители новых городов – НПС, клоны-«легионеры», первые гражданские переселенцы – не проявляли ни малейших признаков страха, паники или даже удивления.

Более того, оперативный сбор биометрических данных с их имплантированных чипов выявил резкий, синхронный всплеск определённых паттернов нейроактивности. Казалось, эта пробуждающаяся древняя машина… резонировала с ними. С их искусственной, частично запрограммированной, «игровой» природой.

Как будто они были частью одной и той же огромной, забытой системы. Одного грандиозного, непостижимого замысла, в котором люди, клоны и эта машина были лишь разными компонентами.

Архонт, принимая этот сбивчивый, полный оговорок и изумления доклад в своей цитадели, позволил себе редкую, едва уловимую, но глубокую улыбку.

Его города. Его игровая реальность. Его «Синестезия».

Возможно, она была не просто прихотью властителя-мечтателя или гениальным социальным экспериментом. Возможно, она была ключом. Или, что более вероятно, – ответным сигналом.

Ответ был ясен, казалось, только ему одному. Он смотрел на главный экран, где рядом с сияющими иконками его новых, рождённых за пять дней городов теперь пульсировала ещё одна метка – тёмно-багровая, загадочная, живая.

Первый, самый шоковый этап проекта был завершён.

Теперь начиналось нечто иное. Гораздо более глубокое и, возможно, опасное.

Игра, как он и думал, только начиналась. И ставки в ней оказались выше, чем мог представить кто-либо в Невинномысске, в Кремле или в любой другой точке этой внезапно ставшей такой маленькой и хрупкой планеты.

Глава 5: Реальность стучится в дверь

Шестой день после начала великой стройки выдался на редкость ясным и тихим. В промзоне на окраине Невинномысска, где располагались основные логистические и производственные мощности холдинга «Семёрки», царило обычное утреннее оживление. До явления новых городов на спутниковых снимках здесь всё шло по плану. Теперь же в воздухе висело скрытое напряжение, прерываемое лишь привычным рокотом машин.

И это напряжение взорвалось, когда диспетчерская служба Дмитрия Аристократова получила сообщение от постов на периметре.

– Шесть… нет, десять единиц тяжёлого грузового транспорта. Идут по трассе со стороны Минеральных Вод. Категория «неопознанные». Оформления нет. Но… их сопровождают две машины.

– Какие машины? – вполголоса спросил Дмитрий, уже чувствуя ледяную тяжесть в желудке.

– Обе одной дизайн-линии. Хромированный металл, синие проблесковые маячки, агрессивные линии. Первая – патрульный автомобиль, компактный, похож на наш полицейский класс, но явно бронированный. Вторая – седан бизнес-класса, длинная база, тонировка, представительский вид. Маркировка на решётках: «Стрела» и «Ирбис». Номера серии «РССН». Колонна идёт плотно, скорость под сто. Посты ГИБДД их пропускают без остановок – видимо, получили команду сверху.

Через сорок минут эти десять машин, похожих на грузовики из постапокалиптического будущего – обтекаемые, тихие, с двигателями, которые не рычали, а глухо гудели – выстроились в идеальную линию перед центральным административным зданием.

Они приехали не по магистралям федерального значения. Маршрут был проложен иначе: выйдя из района Кисловодска, где дорога от новых кавказских городов Руссинской Неореспублики плавно влилась в существующую трассу, грузовики проследовали до Минеральных Вод, а оттуда – прямо до Невинномысска. Всю дорогу колонну сопровождали две машины РССН: головной дозорный автомобиль «Стрела» с синим проблесковым маячком и замыкающий седан «Ирбис» представительского класса. Патрули ГИБДД на постах, получив короткий сигнал с идентификатором «Особый груз. РССН. Сопровождение», лишь козыряли и пропускали колонну без досмотра.»

На площадке перед зданием «Семёрки» воцарилась гробовая тишина. Сотрудники холдинга, охранники ЧОП Аристократова – все замерли. Из здания вышла «Семёрка», созванная экстренно. Они наблюдали, как задние борта грузовиков бесшумно откинулись.

Из первого грузовика вышел водитель. Он был одет в комбинезон из плотной ткани, напоминавшей кожу, с нашивкой в виде стилизованного драконьего черепа и перекрещенных молотов. Его лицо было грубоватым, с щетиной, но глаза смотрели ясно и спокойно – слишком спокойно для обычного дальнобойщика. За ним вышли другие – мужчины и женщины в похожей униформе, но с разными нашивками: одни – с шестернями и циркулем, другие – с изображением горы и молнии.

– Норд… – выдохнул Виктор Громов, вглядываясь в лица. – Клянусь, я их где-то видел…

Дмитрий Аристократов, игравший в «Скайрим» не одну сотню часов, побледнел. Он узнал не просто «типаж». Он узнал конкретного персонажа. Тот самый норд-изгой из таверны «Властелин баранов» в Рифтене, которого он когда-то нанимал для сопровождения груза в Вайтран. Та же форма носа, тот же шрам над бровью. Тот же взгляд.

– Это… это невозможно, – прошептал он, ловя встречный взгляд Виктора, который играл в «ETS 2» и, судя по его ошеломлённому лицу, тоже узнал в одном из водителей модель лица, которую сам часто выбирал для своего виртуального дальнобойщика.

К ним подошёл старший по группе – норд с нашивкой ярла. Он не здоровался за руку. Он отдал чёткое, почти воинское приветствие, ударив себя в грудь.

– Ярл Эйрик Скальдругг, от Второй Республики РССН. По приказу Архонта. Вёз груз. Взамен пустые машины заберём, заправимся российской соляркой по вашему тарифу, – его русский был идеален, но с едва уловимым, певучим акцентом, который нельзя было спутать ни с одним земным диалектом.