Игорь Колесников – Разлом горизонта (страница 4)

Воздушные бои бушевали вокруг города, но наземные войска их почти не видели, сосредоточенные на своей задаче.

Первая долина была чистая, будто и не было ничего, Ингвар почесал затылок, он не понимал, почему так. Столько убивали и не ясно кто это был. Генерал выругался и все присутствующие солдаты, воины смотрели друг на друга, пытаясь понять происходящее. Генерал Телевар сказал:

– Интересно, что это за сила была? Ингвар собери всех людей в городе, и оставьте его, идем к позициям нашей артиллерии, хочу проверить одну теорию! Обещаю, город будет восстановлен, но быть в нем уже не безопасно и нецелесообразно. – сказал генерал, кивая будто солгавшись со своим суждением.

– Хорошо, мой генерал! – сказал Ингвар и повернувшись, что отдать приказ, но его остановил генерал.

– Теперь ты полковник моей 2 бригады, а вся вторая бригада, твои городские! – сказал генерал, отпуская Ингвара.

–Благодарю, генерал за назначение! – сдержанным спокойствием от неожиданного назначения сказал новый полковник.

Ночь вся была в работе по снятию и передислокации позиций из города, на утро в лагере генерала Телевара, всё было перенесено из города. Остаток ночи, Ингвар ели поспал немного со своими людьми, разбив лагерь в новом месте. После пробуждения, время 8:30 утра, Ингвар разбудил своих людей на завтрак. Завтрак прошел успешно. Вести пришли в столовую от командира 1 роты Ростислава, что все эвакуированные люди из города, располагаются в лагере беженцев, чтобы в дальнейшем их распределить по городам, по работе, по жилью. Ингвар кивнул и пожал руку Ростиславу, за первую хорошую новость в это утро и пошел в главную палатку к Телевару.

Телевар его как раз ждал, но не успел Ингвар и сказать слова, как генерал ему сделал жестом рукой, мол иди за мной. Они вышли из шатра и Ингвар увидел всех схваченных людей, семьями и с мешками на головах. Генерал приказал с одного снять маску, воин это выполнил, Ингвар увидел чиновника, который за день до атаки на город ему хамил, а теперь он стоит на коленях в надежде, что его отпустят и это ошибка.

Ингвар усмехнулся и спросил:

–Это предатели родины?

–Да! Ты знаешь закон военного времени, прощения им нет! -ответил генерал.

– Тогда приступайте, вот флешка со всеми их схемами кражи казны! – сказал Ингвар, отдавая генералу флешку.

Генерал махнул левой рукой, и воины отрубили головы 700 предателям с семьями по законам военного времени. Ингвар знал, что он не остановит генерала, тем более все доказательства были в архивах столицы, до атаки на город.

1.1.1 Битва в городе

Бомбардировка началась внезапно, но прицельно – удары обрушились лишь на окраины и ключевые системы ПВО. Словно противник знал точное расположение каждой цели. Следом с холмов хлынула «черная орда». Весь склон почернел от их масс, а небо покрылось мрачным покрывалом вражеской авиации, методично выжигавшей объекты военной и промышленной инфраструктуры, щадя жилые кварталы лишь пока.

Окраинные системы ПВО были смяты первыми ударами. К счастью, Ингвар успел получить и разместить у жилых зон новые комплексы, доставленные прямиком из столицы. По его приказу защитники города открыли шквальный огонь, стараясь удержать небо. Артиллеристы и воины действовали расчетливо, экономя боеприпасы. Целились геометрически точно, по расчетам, – визоры отказывались видеть вражеские дроны.

Сигнал пришел мгновенно: биометрические датчики зафиксировали смерть лорда и автоматически передали полномочия командующего гарнизоном и войсками округа капитану Ингвару. Тот немедленно отдал приказы: городской страже и полиции – срочно эвакуировать население; основным силам – готовиться к обороне у крепости, а на окраинах – вступать в бой, сдерживая натиск.

Чиновники, нажившиеся на казне, спешно бежали, прихватив награбленное. Ингвар активировал директиву приказа №12: «Найти и задержать предателей для предания военному суду с последующей высшей мерой – казнью через сожжение и стирание памяти антенной «67 Прон»». Эвакуация шла полным ходом: жители относительно безопасных районов покидали город беспрепятственно. Но северная окраина оказалась в ловушке – враг замкнул кольцо блокады, устроив кровавую бойню. Ингвар приказал включить «ядерную сирену» – пусть те, кто считал тревогу учением, очнутся и бегут.

Милиция сражалась храбро, но приказ о прикрытии эвакуации на севере запоздал. Когда они начали отход, враг уже контролировал огромные площади, отрезав пути к спасению для тысяч. Артиллерия била по захваченным переулкам лишь точечно, когда цель была видна. Ситуацию переломило подоспевшее подкрепление округа – воины перехватили инициативу, а милиция сосредоточилась на выводе граждан из домов под их прикрытием.

Прорыв давался тяжело. Воины продвигались медленно: по крышам, улицам, переулкам – рейдовыми отрядами, выбивая врага метр за метром. Главный вопрос витал в воздухе: «Кто они?!» – но ответа не было. За рейдами шли вспомогательные силы, зачищая освобожденные дома, а третьи – прикрывали тылы от внезапных атак. Рабочие мужики помогали женщинам и детям уходить, указывая воинам безопасные маршруты.

Через полчаса с юга подоспел воздушный флот. Истребители вступили в яростный бой, отсекая врага от города, создавая пространство для маневра и ослабляя бомбовый натиск. Противник действовал крупными колоннами и клиньями – в одиночку их машины, похоже, теряли ориентацию. Адмирал воздушного флота Семён и генерал Телевар, сразу заметили слабое звено. Он приказал запустить дроны особой конструкции – малозаметные, покрытые черной материей, поглощавшей излучения и маскирующей их от вражеских сенсоров. Эта идея маскировки под солнце принадлежала ему самому.

Телевар, подходя с войсками к городу, отдал приказ: выпустить дроны вглубь вражеских построений и подорвать их дистанционно. Цель – разорвать цепи управления, посеять хаос и обрушить обломки на наземные силы врага. Одновременно он направил войска в город с трех сторон, охватывая противника в клещи, парируя угрозу полного окружения.

Семьсот невидимых дронов врезались в стройные вражеские клинья. Телевар нажал кнопку. Радиус взрывов оказался поразительно широким. Вражеские построения развалились на части. Этим моментом воспользовались истребители Телевара, нанеся массированные точечные удары. Под их прикрытием царские войска ворвались в город, чтобы выбить захватчика и наконец узнать его лицо.

Истребители усилили натиск, дробя остатки вражеского строя. Войска с трех направлений вливались в городские кварталы. Поступил новый приказ: разбиться на мелкие рейдовые группы и зачищать каждый метр, параллельно помогая оставшимся жителям беспрепятственно покинуть адское пекло.

1.1.2 Последствия от неизвестности

Тишина, воцарившаяся над руинами города после отражения атаки, была гнетущей. Не та тишина покоя, а тяжелая, придавленная прахом разрушений и пеплом сожженных надежд. Город был отбит, но победа горчила во рту пеплом поражения. Ни тел врагов для опознания, ни обломков их техники, ни единой зацепки – лишь выжженная земля да горы собственных мертвецов. Ингвар, стоя на импровизированном командном пункте у подножия полуразрушенной крепостной стены, сжал сенсорный планшет с последними отчетами так, что экран затрещал и рассыпался осколками у него в руке. Острая щепа впилась в ладонь, но боль физическая была ничто по сравнению с яростью беспомощности.

– Кто?! – вырвалось у него хрипло, не вопрос, а вопль в пустоту. – Кто они?! Напали без предупреждения, без причины, без лица… И исчезли! Как призраки!

Телевар, наблюдавший за развертыванием новых патрульных дронов с экрана своего терминала, тяжело вздохнул. Лицо генерала было высечено из гранита усталости и непробиваемой решимости.

– Призраки оставляют следы, Ингвар. А эти… – Он махнул рукой в сторону мертвого города. – Эти словно тени. Но тени не убивают. – Его пальцы замерли над клавишами. – Запускаю «Глаза». Полный радиус восемьсот километров. Спектральный, тепловой, магический резонанс… Пусть ищут хоть пылинку аномальную. – В небо с тихим жужжанием устремилась первая волна новых дронов – небольших, юрких, невидимых невооруженному глазу.

Но дроны не могли заменить живых. Не могли они и заглушить стенания, доносившиеся с огромного поля у западной стены. Там, где еще вчера колосилась пшеница с угодий, теперь развернулось кладбище. Нет, не кладбище в привычном смысле. Это был адский конвейер смерти. Ряды. Бесконечные, душераздирающие ряды. Тела, завернутые в серое полотно – воины, ополченцы, женщины, дети… Их было так много, что земля под ними казалась черной. Воздух был густым от запаха гари – горели погребальные костры, куда отправляли тех, кого не смогли опознать или чьи тела были обезображены «черной субстанцией» до неузнаваемости. Этот сладковато-приторный смрад смерти смешивался с пылью и гарью пожарищ, создавая невыносимую атмосферу.

Похоронная процессия растянулась на километры. Не парадный марш, а бесконечная, изможденная река горя. Шли молча. Плакали тихо, сдавленно, истерически. Несли на плечах носилки с теми, кто еще вчера смеялся, спорил, мечтал. Священники разных культов, их голоса хрипли от бесконечных заупокойных молитв, пытались внести толику порядка и утешения в этот хаос скорби. Но их слова тонули в море рыданий.