Игорь Коган – Страх смерти. Танец с тенью: как превратить страх в источник жизни (страница 1)
Игорь Коган
Страх смерти. Танец с тенью: как превратить страх в источник жизни
Предисловие ко второму изданию
Прошло несколько лет с тех пор, как я дописал первую версию этой книги. Тогда я думал, что главное – научить человека не бояться смерти. Научить смотреть на неё как на партнёра или даже как на учителя. В этом была моя правда, но она была неполной.
За эти годы я не только узнал новые данные о природе страха смерти – из нейробиологии, из исследований посттравматического роста, из клинической практики. Я еще изменился сам. И вместе со мной изменилось моё понимание страха смерти и его роли в нашей жизни.
Я перестал видеть в нём только препятствие, которое нужно преодолеть, или тень, с которой нужно активно взаимодействовать, «танцевать». Я увидел в нём нечто большее, что меня потрясло.
Это не было мгновенным озарением. К этому выводу меня подвели годы терапевтической практики, чтения и, что самое главное, собственное проживание утрат и приближение к черте. Но я не был бы честен, если бы не сказал, что у этой мысли есть свои предшественники. Ирвин Ялом, например, один из самых глубоких исследователей экзистенциальной тревоги, писал, что страх смерти – это «фоновое напряжение», которое никогда не исчезает, но может стать источником исцеления, если мы перестанем его избегать. Ялом говорил, что «вглядываясь в солнце» смерти, мы начинаем видеть свет жизни ярче. Я иду дальше: я предлагаю не просто вглядываться, а черпать из этого света энергию для каждого шага и жить ею.
От партнёра к источнику
В первой версии книги я писал о том, что смерть – это лучший учитель. Что она придаёт ценность дням, помогает расставлять приоритеты, пробуждает от спячки. Это всё так. Но сегодня я вижу дальше.
Страх смерти – это не просто напоминание о конечности. Это не просто стимул жить осознанно. Это самая настоящая жизненная сила, которую мы по ошибке принимаем за врага.
Когда мы чувствуем страх, то на самом деле мы чувствуем дрожь у границы своего существования. Эта дрожь – не слабость. Это вибрация самой жизни, которая проходит сквозь нас. Мы боимся, потому что нам есть что терять. А значит, у нас есть то, что мы любим. У нас есть к чему стремиться и ради чего просыпаться по утрам.
Парадокс в том, что мы пытаемся заглушить этот страх медитациями, отвлечением, убеждением себя в том, что «всё будет хорошо». А нужно-то совсем другое! Нужно
Страх смерти проявляет в человеке то, что неотъемлемо от невидимых сил природы, составляющих само основание жизни. Мы пугаемся, потому что касаемся этого основания и не знаем, как с ним быть и что с ним делать.
Здесь я опираюсь на наследие двух великих мыслителей. Карл Густав Юнг, исследуя коллективное бессознательное, говорил, что человек подключён к силам, которые выходят далеко за пределы его личного «я». Он называл эту глубину Самостью – архетипом целостности, который одновременно и пугает, и притягивает. Страх смерти, с этой точки зрения, – это дрожь и трепет перед прикосновением к собственной глубине, к той части психики, где индивидуальное переплетается с вечным. А Анри Бергсон, прекрасный философ жизни, ввёл понятие «жизненного порыва» (élan vital) – той внутренней силы, которая движет эволюцией, творчеством, и является самим преодолением. Я убеждён: страх смерти – это не что иное, как обратная сторона этого порыва. Мы пугаемся, потому что чувствуем его мощь и собственное бессилие и не всегда умеем с ней обходиться, но научиться этому можно.
Кроме этих великих мыслителей я просто обязан назвать имя Виктора Франкла. Именно он, пройдя через ужасы концлагеря, открыл, что даже в самых безнадёжных обстоятельствах человек способен найти смысл – и этот смысл даёт ему силы выжить. Франкл учил, что главная движущая сила человека – не удовольствие и не власть, а воля к смыслу. Но я бы добавил: эта воля часто рождается именно из столкновения со смертью. Когда мы осознаём, что время ограничено, мы начинаем искать, для чего мы жили. И в этом поиске страх становится не тормозом, а двигателем.
Не могу не вспомнить также и Альберта Швейцера, которым я долгое время был увлечен в своей молодости и которого я очень уважаю. Он писал о благоговении перед жизнью и учил тому, чтобы ценить жизнь во всех её проявлениях. Но его «благоговение» – это этическое отношение к миру. Я же пишу о другом. В этой книге я говорю о том, как внутренняя встреча со страхом смерти пробуждает не просто уважение, а жизненную силу, которой мы не замечали в себе. Это не простое благоговение перед чем-то внешним, а благодарность за то, что мы живы и можем чувствовать даже самую острую тревогу как подтверждение нашего существования.
Эта книга – не о том, как перестать бояться. Она о том, как черпать силу из самого страха. Как превратить дрожь перед бездной в топливо для полёта. И, наконец, о том, как сделать страх союзником в самых важных решениях: в выборе пути, в отношениях, в творчестве, в заботе о себе.
Что нового в этом издании
Эта книга – не просто переиздание. Это – новая книга, рождённая из старой, но ушедшая дальше.
В ней вы найдёте:
Новую главу «Страх смерти как источник жизни». В ней я подробно разбираю три канала, через которые страх становится энергией: действие, любовь и осознанность.
Десять уроков от столкновения со страхом смерти, но теперь каждый из них завершается конкретным упражнением, которое можно сделать прямо сегодня.
21 день практики – пошаговый план превращения страха в жизненную силу. Это не теория. Это – ежедневные маленькие шаги, которые за месяц меняют отношение к себе и к жизни.
Новые истории из моей терапевтической практики и из жизни людей, которые использовали страх смерти как трамплин для перемен в своей жизни.
Я оставил метафору танца – она мне всё ещё дорога. Но теперь это не просто «танец с тенью». Это танец, в котором страх становится музыкой. И если вы готовы услышать эту музыку, книга укажет вам шаги.
Для кого эта книга
Для всех, кто:
чувствует тревогу, сам не зная почему;
избегает мыслей о смерти, но они возвращаются снова и снова;
потерял близкого и теперь вынужден пересматривать своё отношение к конечности;
стоит на пороге важных перемен и боится сделать шаг;
хочет жить полной жизнью, но не знает, с чего начать;
не хочет больше бояться, но готов не бороться со страхом, а приручить его и научиться им пользоваться.
Я написал эту книгу для вас. И для себя, конечно, потому что я сам всё ещё учусь слышать вибрацию жизни в том, что пугает меня больше всего.
Приготовьтесь к тому, что некоторые идеи покажутся вам дерзкими или даже странными. Это нормально, ведь парадоксы нужны не для того, чтобы их объяснять, а для того, чтобы их проживать.
Добро пожаловать во второе издание «Танца с тенью». Надеюсь, оно станет для вас началом пути, где страх перестанет быть врагом, а превратится в силу, которая приведёт вас к полноте жизни.
ГЛАВА 1. СТРАХ СМЕРТИ КАК НЕВИДИМЫЙ СПУТНИК
1.1. Что такое страх смерти и почему мы его избегаем
Страх смерти – самый древний из всех страхов. Он старше языка, старше религии, старше самого человека как существа, способного задавать вопросы.
Он появился в тот момент, когда первое живое существо почувствовало дрожь перед тем, что может исчезнуть. Когда инстинкт самосохранения впервые прорезался сквозь тьму инстинктов и заставил тело уклоняться от опасности.
Но человек – единственное животное, которое знает, что умрёт. Мы не просто чувствуем угрозу здесь и сейчас – мы способны предвидеть собственное небытие. Мы носим внутри себя знание о том, что наша история закончится, даже если мы не хотим об этом думать.
И, конечно, мы защищаемся от этого знания всеми возможными защитами и избегаем этой темы с поразительной изобретательностью. Мы строим города, в которых нет кладбищ в центре. Мы придумываем слова-замены: «уйти», «покинуть», «отправиться в лучший мир». Мы отводим глаза, когда в новостях говорят о смертности. Мы стараемся не смотреть на стариков и больных – потому что они напоминают нам об этом.
Мы готовы сделать всё, чтобы смерть оставалась где-то на периферии сознания, за горизонтом, где-то в чужой жизни, но не в нашей.
И при этом она все равно с нами. Каждый день. Каждую ночь. Каждый раз, когда мы просыпаемся от беспричинной тревоги, когда держим за руку умирающего близкого, когда мы вдруг осознаём, что время идёт быстрее, чем мы успеваем жить.
Что же такое этот страх?
Страх, у которого нет лица
Страх смерти – это не один страх. Это целый букет. Целая симфония, в которой каждый инструмент играет свою партию.
Это страх боли. Страх небытия. Страх потерять контроль. Страх оставить близких. Страх, что нас забудут. Страх, что жизнь была напрасной. Страх, что мы не успели. Что не прожили ту жизнь, которую хотели.
Это страх перед неизвестностью. Перед тем, что будет после. Перед тем, что ничего не будет.
Мы боимся не только смерти как события. Мы боимся самого процесса умирания – беспомощности, боли, унижения, зависимости от других. Мы боимся диагноза, который перечеркнёт все планы. Мы боимся старости, которая приближает конец. Мы боимся кошмаров, в которых нас преследуют или мы падаем в бездну.