Игорь Гринчевский – Руса. Покоритель Вавилона (страница 2)
— Это правда! — немного поскучнев, подтвердил македонец. — Был такой случай.
Надо же, а я думал, что Ефремов этот эпизод выдумал[8]. Получается, пусть пока и заочно, но жизнь свела меня ещё с одной героиней моего детства. Между тем Лагид продолжал восхвалять моих жён, меня, мой род и всех земляков.
— Надеюсь, вы все сумеете помочь войску божественного Александра, пусть и отсюда, из тыла! Выпьем же за это!
Естественно все выпили. А я продолжал про себя считать. Нам начинает не хватать многого — рабочих рук, помощников высокой квалификации, древесного угля, дерева даже камыша… Впрочем, с последним мог помочь Волк.
— И-и-и-р-раз! И-и-и-р-раз! Суши вёсла! — зычно прокричал гребной указчик. Едва эта команда была выполнена, прозвучала новая: — Вёсла втянуть! Поднять парус!
«Звезду Таврии» Волк потерял в том легендарном сражении за сокровища Александра Македонского[9]. И хоть он и договорился с Русой, свой корабль он назад не получил. Оставалось радоваться, что Еркаты освободили из плена членов его прежней команды и некоторых других, чтобы «добить» до штатной численность экипажа миопарона.
Свой корабль он переименовал в «Любимца Ранхи[10]», в полном соответствии с новой задачей. Вардан Рыжий вместе с Библиофилом продолжали гонять оставшихся пиратов на Понте Евсинкском, а для перевозки грузов на Восточном море хватало мирных кораблей и бывших пиратов Апшерона[11]. Ему же, Савлаку Мгели, пришлось вместе с командой уйти подальше, слишком уж много вокруг обиженных ими.
Труднее всех, похоже, будет со жрецами столичного Храма Огня, очень уж они привыкли к мысли, что именно «волчья стая» перебила их отряд[12] пару лет тому назад. И хоть Руса пригласил некоего Проникающего-в-суть-вещей, которому Волк и его люди подробно рассказали, что как раз в тот момент «на широкую ногу» гуляли на постоялом дворе в трёх днях пути от места нападения, это самое «алиби» не могло пересилить неприязнь «огненных».
Вот и пришлось согласиться на эту разведку.
— Рябой, разиня ты эдакая! — взревел рядом голос Йохана Длинного. — Осторожнее, а то опять гиком рёбра помнёт и за борт выкинет! Возись с тобой потом, подбирая.
Интересная задумка, кстати. Правда, Руса смог изложить лишь самые основы да рисунки приложить: «если ветер вот так дует, а нос направлен сюда, парус надо вот так ставить… И поплывёте вот сюда!»
Рисунков этих было несколько, но смысл был понятен. Получалось, что можно даже против ветра идти. Правда при этом приходилось вилять, как портовой девке кормой, но зато команда не особенно утруждалась. Мелочь? Ну да, на вёслах можно и быстрее. Но зато если из-за островка или протоки выскочат лодки местных, экипаж не встретит их уставшим. И Волк сможет решать — принимать бой или сбежать.
Что? Кто трус? Идите как вы, подальше, пацанов «на слабо» ловить. Разумеется, новое оружие позволяет перебить противников в три-четыре раза превышающих по численности его экипаж. А дальше что? Добычи с местных савроматов[13] не возьмёшь, лодки не продашь, да и самих их до работорговца не дотащишь. А разведка предстоит длительная, вот и приходилось иногда убегать.
Основная же цель разведки — точно разузнать силы местных, их численность, готовность торговать и то, какие товары они имеют, и в каких нуждаются. Тогда проще будет безопасность Астрахани обеспечить. Руса на этот порт большие виды имел. Ну и заодно предложил обкатать на просторах Ранхи новое парусное вооружение.
Руса был уверен, что можно строить парусные корабли намного больше триремы и ходить на них по морям. Если это окажется правдой, вперёд шагнут и торговля, и пиратство, и война на море. А Савлак Мгели, в этом деле будет первым! От перспектив иногда кружилась голова…
Мой опыт в мореходном деле ограничивался парочкой прогулок на веслах в Парке Горького, да несколькими прогулками на речных трамвайчиках в качестве пассажира.
Но среди множества прочитанных книг про «попаданцев» застряли в памяти книги Красницкого[14]. В одной из них главный герой силами команды за пару дней переделывал ладью так, что она могла ходить даже против ветра.
Я в такое не поверил и высказал скепсис своим ученикам. После чего один из них пригласил на очередное занятие своего отца-яхтсмена. Тот и пояснил, с рисунками, как и что надо было изменить.
Не буду врать, что я всё тогда понял, и тем более — запомнил. Но суть уловил. Всё дело в том, что при определенных конфигурациях паруса он работает как бы крылом самолёта. Там ведь воздух тоже набегает встречно, а подъёмная сила действует перпендикулярно курсу. Всё дело в физике, а точнее — в законе Бернулли. На грот, который герой Красницкого пытался выкроить, сила может действовать почти перпендикулярно направлению ветра. А дальше вектор силы можно было разложить на два — тот что направлен по курсу корабля, и другой, перпендикулярный. Второй почти не вызывает движения, ему киль мешает.
Вот я и пытался на бумажке Волку и Длинному объяснить, как и что. Интересно, что у них там получится? Увы, теоретические знания не всегда удаётся реализовать на практике. А польза от этого светила немалая…
Хотя главной задачей Астрахани в моих глазах было производство гидролизного спирта. А из него — уксуса и ацетона. Тростника в дельте Волги мно-о-ого!
Но если получится организовать торговлю, то прибыль от города увеличится. А кому ещё поручить такую непростую задачу, как не Волку?
Примечания и сноски к главе 1:
[1] Бел-шар-уцур — более привычные нам произношения: Валтасар, Бальтазар или Вальтасар. В честь вавилонского царевича, упомянутого в Книге Даниила.
[2] Автор на всякий случай напоминает, что до нашего времени дошли лишь сведения о Доме Эгиби и Доме Мурашу, ко времени романа уже исчезнувшим. Поэтому все сведения о Деловых Домах в романе, как-то их количество, названия, сфера занятий — плод фантазии автора.
[3] Гетайры или этеры — коннаягвардияпостоянного войскамакедонского царя из тяжеловооружённых всадников времён Александра Великого.
[4] См. роман «Война, торговля и пиратство…»
[5] Если верить Арриану, Птолемей командовал одной из пяти групп, на которые было разделено македонское войско, при повторном завоевании Согдианы в 328 году до н.э. Другие авторы говорят только о трёх группах, и Птолемея среди их командиров нет. Автор принял решение, что групп изначально было три, а позднее добавились ещё две, одной из которых и будет командовать Птолемей.
[6] Александр Македонский действительно был соблазнён слухами о сказочных богатствах Индии. При этом знал он о ней очень мало, и не все сведения были достоверными.
[7] Данные о численности войска Македонского сильно разнятся. К тому же, численность явно менялась во времени. Число македонцев измерялось несколькими тысячами, они служили стержнем. Поэтому автор принял за основу численность, указанную у Плутарха. Возможно, к Индийскому походу она изменится.
[8] Действительно, у Ивана Ефремова не было свидетельств о «расценках», но Таис Афинская существовала в реальности, действительно пользовалась популярностью как гетера и благосклонностью Александра Македонского. После его смерти вышла замуж за Птолемея и родила ему троих детей. Всё остальное, включая слухи о её роли в сожжении Персеполиса — лишь слухи. Но Ефремов мог и угадать.
[9] См. роман «Война, торговля и пиратство…», главу 24.
[10] Ранха — так называли Волгу древние персы. У древних греков, как уже отмечалось ранее, она называлась Ра.
[11] Кратко пересказать не получится, читайте «Война, торговля и пиратство…»
[12] См. роман «Профессия — превращатели».
[13] Савроматы — кочевыеираноязычныеплемена, были известны ещё Геродоту (V в. до н.э.). В начале IV века до н.э. продвинулись к западу в связи с экспансией сарматов, так что к моменту романа они заселяли низовье Волги и часть Северного Кавказа.
[14] ГГ не помнит точно, откуда это. Но имеется в виду роман Евгения Красницкого «Сотник. Не по чину».
Глава 2
«Если вас не устраивают правила…»
— Пан-крат! Пан-крат! — неистовствовал я, поддерживая Левона-младшего. Впрочем, я был не один, большинство наших болело за земляка.
— Пто-ле-мей! Пто-ле-ме-ей! — не менее активно поддерживали болельщики его противника. И там были не только македоняне и эллины, сопровождающие гостей, немало симпатий он внушил и жителям Хураздана, а особенно — жительницам.
Айки всё же редко имеют настолько хорошо проработанную мускулатуру, генетика не та. На стороне эллинов — многовековая школа выращивания атлетов, а Лагид даже среди них выделялся мощным телосложением.
Хорошим пловцом ему не стать, да и для бегуна он тяжеловат, но вот зато метать ядра, таскать тяжелую броню гетайра, бороться или биться на кулаках — это как раз для него. Вот сейчас он и «разминался» на площадке для панкратиона[1].
К моему удивлению, даже на фоне нашего Левона, дважды в своей жизни выходившего в финал соревнований Синопа, македонянин выглядел весьма достойно. Договор был на десять схваток, сейчас счёт был 5:4, и у Лагида имелись неплохие шансы вырвать ничью.
— Пто-ле-мей! — снова закричала прямо над моим ухом Софа. Да, здесь женщины допускались на соревнования в качестве зрительниц, хоть я и не понимал, чем их так привлекает вид потных, а иногда — и окровавленных мужиков, облепленных песком и в одной набедренной повязке. Хорошо хоть, в отличие от Спарты, их до участия в схватках не допускают.