Игорь Горячев – Тот, Кто Сможет Выжить (страница 21)

— О, Господи, этого нам ещё только не хватало! — сказал профессор. — Теперь замучают интервью. Как нам удалось героически не сгореть в Кратере? У меня душа в пятки ушла, когда замолк этот чёртов двигатель и мы камнем полетели вниз.

— И не говорите, профессор, — отозвался Виктор, — до сих пор коленки трясутся. Но зато какое приключение! Кому ещё за всю историю Вторжения удалось постоять на плазменном куполе над Кратером и прокатится на фантастическом аппарате Гостей! Теперь Нобелевка вам обеспечена и много малинового варенья в придачу!

Они захохотали.

7

— Но, может, конечно, показалось. Галлюцинация на эмоциональной почве, — сказал Виктор, потягивая кофе из чашечки.

Они обедали с профессором на крыше Института в кафе, после того как в Институте утихли первые эмоции после их чудесного спасения над Кратером и не менее чудесного возвращения назад в город в этой «раковине» Гостей по энергетической «тропе», как её уже окрестили местные физики. Им рассказали, что из Арка-сити хорошо был виден момент их падения. Вертолёт камнем падал вниз, но достигнув поверхности купола, попал словно на мягкий батут, который мягко прогнулся под ними, а потом также мягко выпрямился, не дав вертолёту рухнуть на землю. А потом все видели, как от Кратера протянулась эта удивительная дорожка и как «раковина» буквально за пару минут донесла их до Стены. А потом вернулась обратно к Кратеру и сразу же исчезла вместе с дорожкой.

— Да нет, Виктор, не похоже, — ответил профессор возбуждённо, тоже потягивая кофе. — Вы понимаете это же контакт! Контакт! Впервые за 30 лет мы увидели от них некое осмысленное послание. Похоже на то, что они пытались установить контакт лично с вами. Вернее ваша дочь, или скажем так, то существо, которое было вашей дочерью раньше, простите Виктор, посылало вам оттуда весточку. Да и наше чудесное спасение, тоже часть этого контакта. Так вы говорите, цветы формировали надпись, и надпись передвигалась по земле вместе с вертолётом. А потом был образ вашей дочери из цветов? Образ тоже передвигался по земле вместе с вертолётом?

— Да, пока мы не долетели до кратера. Там поле обрывается, и образ сразу исчез. Вы представляете моё потрясение?

— Ещё бы. Но странно, что я ничего не увидел. Похоже, эти образы предназначались только для вас.

— Или мой мозг выкидывает такие штуки. Иногда человеческая психика способна на такие вещи. Особенно если человек пережил сильное эмоциональное травмирующее потрясение.

— Я так не думаю, Виктор. Но раз уж вы у нас такой везунчик, у меня родилась идея провести серию экспериментов над Зоной с вашим участием. После обеда мы снова отправимся в зону. Я уже заказал другой вертолёт. Я совершенно уверен, что теперь нам уже ничего не грозит, даже если снова откажет двигатель. Пока никому ни гугу. Необходимо подтверждение.

После обеда они снова вылетели с профессором в Зону. Теперь с ними был только пилот. Они летели к Кратеру по обычному маршруту и оба смотрели через обзорные окна вниз. И внезапно Виктор увидел внизу целый фильм из цветов. Сначала он увидел… Да, равнина, с белой, покрытой словно снегом или белой солью, почвой, стелющийся над ней белый пар, гейзеры, чуть дальше невысокие холмы, покрытые лесом. Дальше появилось изображение небольшого дымящегося озерца необычной окраски. Берега окрашены в яркий оранжевый цвет, каёмка воды у берега зеленоватая, а дальше ближе к середине голубая.

— Вижу, вижу, я тоже вижу! — закричал профессор, направив вниз объектив видеокамеры. — Потрясающе! Я узнал это место. Я был там, когда ездил в Штаты. Это же Йеллоустоунский Национальный Парк. Большой призматический источник. Его ни с чем не спутаешь. Снимаю всё на видео!

Теперь они оба видели эти изображения.

И вдруг изображение внизу озарилось ослепительным светом и через несколько мгновений они увидели, как над горизонтом на изображении поднимается характерный гриб ядерного взрыва.

— Боже мой, — прошептал профессор. — Неужели ядерная война!

Но через несколько мгновение за ядерным взрывом последовал ещё более страшный взрыв. Каскадом взметнулись ввысь огромные массы земли, а затем они увидели, как из земли вырывается огромный огненный столб и закрывает собой на изображении всё небо.

— Это супервулкан, это супервулкан, — побледнев, прошептал профессор. Виктор тоже, глубоко потрясённый, смотрел на разворачивающееся внизу зрелище. Изображение было очень чётким, как на экране телевизора.

Затем они увидели словно с большого расстояния, со стороны, город, и сразу узнали в нём Арка-сити. К городу справа приближалось огромное цунами. Но засветился и поднялся рядом с городом купол Рассвета и этот купол начал разрастаться верх и вширь. Они увидели как цунами накрывает город, обрушивается на купол, ударяется об него и опадает, отступая, а границы купола продолжают разрастаться во все стороны всё дальше и дальше и убегают куда-то к границам Зоны…

Затем эти картины купола и города распались и исчезли и вдруг на земле явственно проступили три лица. Это были лица профессора, Виктора и… Шейлы.

— Невероятно! — прошептал профессор. — Это же мы! Что бы это значило?

И затем из цветов сложилось ещё одно лицо… Виктор открыл рот от удивления… Ника… Лицо Ники.

— Ника! — воскликнул он.

— А это что за девочка? — спросил профессор. — Вы знаете её?

— Знаю, — сказал Виктор. — Потом расскажу, профессор, а пока наблюдаем.

Рядом возникли ещё три лица… Лица двух мужчин, молодого, лет 35, со светлыми волосами, несколько меланхоличного на вид, и пожилого, лет под 60, седого, но с живым, острым взглядом, и миловидной женщины лет под 40, с каштановыми волосами. Но эти лица им были не знакомы. Затем появилось ещё одно лицо. Парень лет 17–18, смуглый, с тонкими красивыми чертами лица, явно араб, в арафатке…

— А это кто? — воскликнул профессор. — Парень… сарацин?!

— Похоже, да.

— Вам он знаком?

— Первый раз в жизни вижу?

— Вот так дела!

Затем изображения распались, и больше ничего не происходило.

Когда они вернулись в Институт и попытались просмотреть плёнку, они, к своему великому удивлению, ничего не увидели. Просто поле, цветы, но никаких изображений.

— Странно, — сказал профессор. — Я совершенно точно помню, что чётко всё снял на камеру. Похоже, Гости шутят с нами. Хотя, какие тут могут быть шутки, с ядерными взрывами и всемирными катаклизмами.

— Да нет, профессор. Я догадываюсь, в чём тут дело. Просто Гости хотят нам сказать, что эта информация касается только нас, то есть вас, меня, Шейлы и этих остальных, кого мы увидели. Больше это никто не должен видеть. И нам, видимо, никому не следует ничего рассказывать. Явно, что это послание адресовано только нам. Видимо скоро Землю действительно ожидает глобальный катаклизм. Судя по изображению, сначала ядерная война.

— Ядерный взрыв, который спровоцирует взрыв Йеллоустоунского супервулкана.

— А потом Цунами.

— Второй Великий Потоп?

— Видимо.

— И что же?

— Нас приглашают.

— То есть?

— Они приглашают нас к себе. То есть нас и этих людей, кого Они нам показали.

— Почему именно нас и их, а как же остальные семь миллиардов?

— Профессор, мне неизвестно по какому критерию они отбирают людей. Но тридцать лет они занимались именно этим. Они отбирали людей, вы же прекрасно это знаете.

— Да, и судя по тому, что они нам показали, с их стороны ожидается Экспансия. Уже полный охват Земли. На изображении Купол нейтрализует цунами и продолжает расширяться. Видимо, таким образом он смогут нейтрализовать всемирный Катаклизм. Хорошая для нас новость.

— Не думаю, что это хорошая новость для всего человечества. Представьте, если Зона разрастётся и охватит собой всю Землю и здесь проявится их Мир. Кто из людей сможет выдержать и пережить эти энергии?

— И кто сможет устоять…, — задумчиво сказал профессор. — И небо скрылось, свившись, как свиток; и всякая гора и остров сдвинулись с мест своих. И цари земные, и вельможи, и богатые, и тысяченачальники, и сильные, и всякий раб, и всякий свободный скрылись в пещеры и в ущелья гор и говорят горам и камням: «Падите на нас и скройте нас от лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца, ибо пришёл великий день гнева Его, и кто может устоять?

— Поражаюсь вашей памяти, профессор.

— Так что же, Апокалипсис?

— Да, — сказал Виктор, — Он самый. Но судя по тому, что нам показали. Люди сами себе его устроят. Всё начнётся с ядерной войны.

Они снова сидели на крыше Института и молчали, каждый по-своему осмысливая эту неожиданно обрушившуюся на них грозную весть. Профессор попыхивал трубочкой. Виктор смотрел вдаль на Зону, над которой снова парили аэростаты и летали вертолёты. Сомневаться не приходилось. Гости шутить на такие темы не будут. Неужели вот так вот просто, думал Виктор, наступает день и обрывается связь времён и человечество уходит в небытие, само подписав себе приговор… чтобы уступить место Им, Гостям, Новому Виду. Кстати сколько осталось? День, два, неделя…

— Но они не назвали сроки. Когда же всё это произойдёт? — сказал профессор. Похоже, их мысли текли в одном русле. — Видимо, счёт уже идёт на месяцы, если не на дни.

— Видимо, мы узнаем об этом в своё время, — отозвался Виктор.

— Хорошо, — сказала профессор, но как же мы найдём этих остальных? Кстати, кто эта девочка, про которую вы сказали, что знаете её?