Игорь Гиркин – Добрая и Светлая Сказка о Принцессе-Лани (страница 28)
— «Ну хорошо! Но сражения я сейчас не допущу, пожалуй…» — ведьма задумчиво скрестила руки на груди: «Отложу его «на потом»! Когда времени будет достаточно! А пока…»:
С последними словами колдуньи из темной воронки, возникшей прямо посреди травы, на поляну вывалился перепачканный в глине Гийом — бледный как смерть, немного нелепый в совершенно не идущих ему доспехах, лишившийся оружия и шлема…
— «Где я? Что случилось? Энниолла?! Это ты?» — Гийом поспешно протирал испачканные линзы Приближающих Кристаллов, немного по-птичьи оглядываясь вокруг.
— «Конечно это я, милый!» — Зиорра мгновенно оказалась рядом с юношей и по-свойски кокетливо толкнула его плечом в тщедушную грудь, завлекательно улыбаясь. Гийом покачнулся, но всё же устоял на месте и тоже неуверенно-застенчиво улыбнулся, продолжая вертеть головой: «А это кто? Тролль? Что он тут делает?»
— «Какая разница, милый! Обними и поцелуй меня скорее — мы так долго не виделись!» — Зиорра была чертовки хороша и естественна в принятом на себя образе!
— «Но… мы тут не одни…» — замялся Гийом, по-прежнему опасливо поглядывая на тролля: «Вдруг кто-нибудь ещё увидит и решит, что мы уже близки с тобою?»
— «Да какая разница, если мы любим друг-друга!» — при слове «любим» Зиорра скорчила рожицу, но лицо сохранила, а потом, увидев, что Гийом выпученными глазами уставился на Статую Стрелка, не стала терять времени, притянув его голову к своей и поцеловав в смятые нерешительностью и смущением губы…
И… опять ничего не произошло. Совсем ничего. Гийом неуверенно вернул Зиорре-Энниолле её поцелуй, обнял её за талию, а потом вновь начал вертеть головой, через мгновение остановив восхищенный взгляд на золотом троне Короля Троллей:
— «А этот трон — из чистого золота, простите?» — обратился он к Вахха Ббиту, несколько изумленно наблюдавшему сию сцену.
— «Да, червонного, старинной работы» — кивнул Тролль.
— «А камушки настоящие?»
— «Конечно! А как же!»
— «Не продаете? Если да, то за какую цену, смею поинтересоваться?» — Гийом уже не обращал никакого внимания на окружающее (на псевдо-Энниоллу, в том числе) — он подошел к трону, достал из кармана большой Приближающий Кристалл в серебряной оправе и с длинной ручкой и начал придирчиво рассматривать детали инкрустации, скептически кривя губы и тихо приговаривая: «Работа не такая уж и старинная… Римейк работы прошлого века, наверное… Огранка камней плохая, чеканка — тоже. Золото — с примесями…»
— «Что это с ним?» — изумленно спросил Вахха Ббит у Зиорры, частично вернувшейся в свой собственный облик.
— «Ну, ты же слышал моё заклинание?» — вполне спокойно ответила та:
«Мне отдадут свое лобзанье
И станут тем, в чем их призванье!»
— Призвание этого мальчишки — торговаться и искать выгоду, жульничая по-мелочи. А рыцарские увлечения и иллюзии ему только мешали следовать своим природным наклонностям! Сейчас я их своим заклятием убрала — вот он и позабыл после моего поцелуя про все остальное, и про Энниоллу — тоже! Сейчас Тахрир отвезет его на любой ближайший рынок, оставит там и наш Гийом немедленно начнет покупать и продавать, продавать и покупать, продавать и продавать — пока будет способен говорить и стоять на ногах. Через несколько лет он либо умрет от переутомления, либо станет миллионером… Помнишь старую-престарую детскую сказку про Дядюшку Скруджа — у которого вместо глаз — золотые червонцы заморской чеканки? Вот и он таким же станет!»
— «А почему этот Черный Рыцарь окаменел?» — засомневался Король Троллей: «Его призвание, получается, стоять остаток дней своих, согнув колени, в качестве украшения в каком-нибудь парке? Но я о нем слышал, что он очень способный военачальник и неплохой маг!»
— «А вот этого я и сама не пойму!» — Зиорра с некоторой досадой пожала плечами: «Я втайне надеялась (она открыто ухмыльнулась в лицо Вахха Ббиту), что его настоящее призвание — Власть, Зло и Жестокость — тогда бы он, после моего поцелуя, превратился в могучего Черного Дракона, сожрал бы тебя в два счета, а меня бы оценил, наконец, по достоинству и мы, вместе с ним, стали бы править Миром! Но, раз этого не произошло, — сойдет и так! Всё равно — не плохо! Пожалуй, я его действительно поставлю где-нибудь в
— «А если он освободится от твоих чар?» — Король Троллей тоже умел лукавить — слова ведьмы про Дракона он не пропустил мимо ушей — просто сделал вид, что не обратил на них никакого внимания.
— «Да как? Единственный способ вернуть его к жизни — это поцелуй девушки, которую он любит и которая действительно любит его! Во-первых, я не верю, что Любовь вообще существует: по-моему — это сказки, которыми людишки прикрывают свое плотское вожделение. Во-вторых, даже если предположить, что она есть — то кто полюбит Черного Рыцаря? Уж не Энниолла ли? То-то она с Гийомом предпочитает роман вертеть! В-третьих, даже если представить, что Принцесса к нему все же неравнодушна, то у нее есть ВСЕГО ОДИН поцелуй, которым она может снять заклятие. И ей придется выбирать — с кого снимать моё колдовство — со Стрелка, или с Гийома! Второй и последующий поцелуи будут совершенно бессильны — пусть хоть все губы сотрет! (Хо-хо! Правда, я здорово придумала?!). Ну и, наконец, в-четвертых, я совершенно не собираюсь ничем рисковать! Сейчас мы закончим дела с тобой — твою правую голову надо срочно усыплять (а то она вот-вот придет в себя!) — и тогда я совершу давно задуманную Месть — сожру живьем дочь ненавистного Князя! Ш-ш-ш-ш-ш-ш!!!» — полное злорадства мерзкое звериное шипение достойно завершило речь колдуньи…
Но едва Зиорра закончила свою искренне-злобную исповедь, как на первый план нашей Сказки снова вырвался скромный и не слишком приличный (как в отношении внешнего вида, так и, в особенности, поведения) персонаж. Слова Зиорры потрясли тролля-мутанта:
— «То есть как!?!?!» — взвизгнул Тахрир, выскакивая вперед: «Ты ведь обещала не только убить моих соперников, но и так заколдовать Прынцессу, что бы она любила только меня! А ты её, вместо этого, съесть собираешься? Не бывать тому! Не позволю!!!» — Тахрир от ярости прямо раздулся — шерсть его встала дыбом, глаза стали еще больше и загорелись ярким зеленым огнем — он стал сильно напоминать крупного кота, загнанного в угол большой дворовой собакой. Видимо, такое сравнение пришло в голову и Зиорре. Ведьма тоже яростно фыркнула и, не теряя времени, простерла в сторону тролля руки с кривыми когтями (от облика Энниоллы у колдуньи осталось теперь только лицо, да и то — искаженное злобой) и взвыла:
— сгусток серого пламени, сорвавшегося с кривых пальцев Зиорры, стремительно ударил Тахрира в голову и мгновенно окутал все его тело, но не успел он рассеяться, как прямо из пламени, с жутким воем рванулось вперед в длинном прыжке тело крупной серо-полосатой кошки, пало на лицо Зиорры и вцепилось в нее всеми четырьмя лапами и зубастой пастью…. Король Троллей, сжав трехпалыми лапами подлокотники трона, не скрывая восторга от небывалого зрелища, заворожено наблюдал, как с надрывным мявом драл Тахрир свою опешившую бывшую повелительницу, неловко и суетливо-неточно отмахивающуюся руками и отчаянно (вполне по-женски) визжащую…
— «Что тут творится?!!!» — громовой голос раздался над поляной как раз в тот момент, когда Зиорре удалось все-таки оторвать взбесившегося Тахрира от своего исполосованного окровавленного лица и она уже занесла кривые когти, готовясь порвать свирепого котяру, извивающегося в пальцах её левой руки:
— Правая Голова Короля Троллей, явно захватив власть над телом, произвела пассы руками, а потом сильно ударила в лоб кулаком Левую Голову, которая тут же безжизненно повисла на шее, очевидно — потеряв сознание.
— «Добро должно быть с кулаками!» — удовлетворенно отметила Правая Голова и начала внимательно рассматривать застывших в тех позах, в которых их застало заклинание, действующих лиц (только Сказочник, почему-то крайне хмурый и мрачный, избежал оцепенения, но он не привлек внимания Короля).
— «Так, что тут у нас? Понятно… Ведьма Зиорра! Кажется, своим долгим безумием я обязан именно тебе! Ну что же, хотя поплатиться тебе за это не придется, но некоторые твои планы я непременно сорву… Ого! Энниолла! Прекрасная Принцесса! И оба её Рыцаря тут же… и в каком состоянии! А заклятье-то какое! Зиорра, кажется, ты превзошла сама себя!»