Игорь Гиркин – Добрая и Светлая Сказка о Принцессе-Лани (страница 26)
«Ну что же мне делать? Как поступить!? Кто всё же станет моим Рыцарем? Гийом — милый, привычный и такой близкий, с которым хорошо и удобно, или Стрелок — пугающий, загадочный, тревожный, но такой интересный?» — но тут девушка всплеснула руками: «Какая же я глупая! Ведь войска отца осаждают Арктур! Там скоро будет бой и могут погибнуть люди! И мой Гийом тоже может погибнуть! Какой ужас! Конечно, надо скорее мчаться к нему! Нет никакого выбора! Гийом в опасности, а Стрелок — нет!»
Приняв решение, Энниолла действовала очень быстро: подойдя к окну и отдернув гардину, она повелительно произнесла, глядя прямо на обалдевшего от радости и восхищения тролля:
— «Тахрир! Мне необходимо попасть в Арктур! Я должна срочно спасать Моего Любимого Гийома! Ты сможешь достать лошадей и карету? Или хотя бы верховую лошадь?»
— «Прынцессочка-а-а! А зачем тебе Гийом?» — насколько мог, сладко и вкрадчиво выдал Тахрир: «У тебя же есть я — твой Тахрирчик! Я могу быть твоим любимым!»
— «Ты что, не слышал моего приказа?» — строго взглянула на него Энниолла.
— «Энниоллочка-а-а! Я слышал, но я все равно не смогу достать тебе лошадку!»
— «Это почему же?!»
— «Дело в том, что мы — тролли — страшно любим лошадей, в смысле — конину! А лошади, поэтому, страшно не любят нас! Я могу принести тебе любую лошадь, но для этого мне надо её сначала убить — все эти копытные начинают беситься от одного нашего запаха!»
— «Я наложила на тебя заклятье! Ты обязан доставить меня в Арктур — как хочешь! Мне все равно — как ты это сделаешь — хоть сам превратишься в лошадь!»
— «Я попробую!» — Тахрир задумался и ожесточенно начал чесать себя за ушами: «Я знаю, кто может мне помочь! Но мне надо сбегать недалеко — обещаю, что обязательно доставлю тебя в Арктур прямо сегодня! Ладно?» — он вопросительно уставился на Принцессу своими глазами-плошками.
— «Хорошо! Я тебе верю, Тахрирчик!» — принцесса сочла нужным улыбнуться: «Беги!»
Тролль кубарем соскочил на землю и стрелой метнулся в кусты — только ветки затрещали. Если он и услышал посланный ему вдогонку вопрос: «А к кому ты обратишься за помощью?!», который прокричала Принцесса, выглянув из окна, то возвращаться, чтобы ответить на него, Тахрир не стал.
Ждать Энниолле пришлось часа два. Она провела время с пользой — тщательно уложила вещи, позанималась своим любимым Изящным Рукоделием, потом погадала еще немного на картах и, в недоумении, даже всплеснула руками: Таро, не смотря на принятое ею Решение, снова выложили перед ней двух королей, причём тот, что постарше, оказался даже немного ближе. «Ну что за шуточки!» — возмутилась Принцесса (она любила поговорить с картами): «Почему Вы меня сегодня обманываете? Стрелка не может быть в Арктуре!»
Однако дальше раздумывать над непонятным поведением карт Энниолле не пришлось.
— «Прынцесса! Я тута!» — Тахрир орал под окном: «Бери вещи, спускайся сюда! Сейчас поскачем!»
Даже не выглянув в окошко, девушка надела шляпку, взяла в ручки саквояж и сумочку, присела «на дорожку», окинув немного печальным взором свои милые покои (все же неизвестно — когда придется увидеть их снова!), а потом быстро и решительно спустилась по лестнице в парк.
К своему удивлению, кроме того же самого тролля она никого и ничего там не увидела:
— «А где же лошади, Тахрир?» — вырвался у Энниоллы возглас искреннего изумления.
— «Я сам сейчас стану лошадью!» — тролль радостно и гордо выставил вперед ногу: «Меня обучили заклятию! Я сейчас произнесу его, превращусь в лошадь с упряжью, доставлю тебя на место, а потом снова превращусь обратно! Вот!» — не ожидая реакции собеседницы, Тахрир значительным (так ему самому казалось, а так, между нами — довольно визгливым) голосом, произнес:
Говоря левым ртом эти скверные вирши, Тахрир, одновременно, разжал четерёхпалый кулак, стряхнул себе в правую пасть какой-то серый порошок, прожевал, потом несколько раз плюнул себе под ноги и завертелся волчком: над ним возникло туманное марево, скрывшее его от глаз Принцессы на несколько мгновений, а когда туман рассеялся, посреди лужайки в нетерпении рыл землю копытом невысокий вороной конь… ну, почти конь — с четырьмя глазами и двумя мордами… но, действительно, под «дамским» седлом и в полной упряжи…
Скакать верхом на Тахрире было довольно приятно — заботясь о «своей Прынцессе», конь-тролль тщательно избегал чересчур резких скачков и сам направлял свой бег так, что Энниолла могла забыть об управлении поводьями. Седло тоже было мягкое и удобное, парное дамское стремя — подогнано как раз под её ножки… в общем — прекрасная прогулка! Особенно же радовало девушку то, что Тахрир в образе лошади не мог разговаривать по-человечески, а только ритмично еле слышно хрюкал в такт движениям. Прыгучесть же свою бедное создание не утратило вовсе — прямо на глазах изумленной стражи Прекрасная Всадница одним легким скачком перескочила через высоченную ограду парка настолько легко, что заостренные железные колья-пики остались в нескольких локтях ниже копыт вороного скакуна… Промчавшись галопом по чистенькому предместью, где собрались аккуратные домики замковой прислуги, провожаемая изумленно-радостными взглядами его обитателей и их приветственными возгласами, в самом радостном настроении (скачка рассеяла все опасения — жизнь снова показалась ясной и легкой, словно белоснежная пушинка), Энниолла мчалась по широкой просеке Княжьего Леса по направлению в Арктуру, располагавшемуся всего в 5 верстах от Замка. Звонкий стук копыт, пение лесных птиц, легкий шум листвы, слегка волнуемой слабым теплым ветерком — все эти звуки, в сочетании с запахом цветущих лесных кустарников, медовым ароматом липового цвета и блеском ярких лучей солнечного света, пробивающихся сквозь изумрудную листву и выхватывающих из травы белые искорки цветов земляники, складывались в Душе Принцессы в восторженно-торжественную и изумительно красивую мелодию. Захотелось остановить Тахрира, достать лютню и, пока Музыка не ушла, воплотить её отголоски в тихих звуках Волшебных Струн (ибо лютня Энниоллы тоже не была совсем обычной — Князь Андигон заказывал её в мастерских Академии Высокой Магии). И только стоило девушке подумать об этом, как Тахрир, словно почувствовав её желание, свернул на маленькую полянку, скрытую от дороги высокими кустами дикой сирени и барбариса. Тяжело поводя боками, тролль-конь замедлил ход, а потом опустился на колени, чтобы Принцессе было удобнее сойти на землю. И милая девушка, даже не задумываясь, — вся в плену очарования волшебной скачки, не заставила себя ждать — легко соскочив с седла на мягкую нежно-зеленую травку, она потянулась к саквояжу и, раскрыв его, достала свой инструмент. Пальчики побежали по застежкам чехла, освобождая лютню от плена тисненой вощеной кожи и бархатных подушечек. Казалось, еще минута — и к восторженному хору весеннего леса присоединится звучание Божественной Музыки…
— «Подожди, Энниолла! Ты собралась музицировать на Волшебной Поляне без моего разрешения?» — гулкий глубокий голос раздался, кажется, со всех сторон, заставив Принцессу вздрогнуть от неожиданности. Подняв глаза, девушка увидела прямо перед собой большой каменный грот, незамеченный почему-то ею в первую минуту, в глубине которого, на обильно украшенном самоцветами золотом троне сидел огромный двухголовый Тролль — размером раза в три больше Тахрира (снова принявшего собственный неказистый облик и отиравшегося рядом с пещерой).
— «Кто ты?» — только и могла изумленно прошептать Принцесса.
— «Я Король Троллей Вахха Ббит! Потомственный повелитель этого леса и всего Жемчужного Иридиана!» — Тролль гордо указал всеми тремя пальцами правой лапы на свои макушки, украшенные массивными золотыми обручами со вставленными в них спереди огромными, грубо ограненными изумрудами. Присмотревшись, Энниолла заметила, что говорит только одна голова Короля Троллей — левая, а правая, словно пьяная, с затуманенными, подернутыми белесой пеленой глазами, лишь вертит носом из стороны в сторону, глупо и криво улыбаясь.
— «Так вот ты какая, Принцесса Энниолла!» — Вахха Ббит заговорил снова, наклонившись чуть-чуть вперед и внимательно рассматривая свою визави: «Я много слышал о тебе, но все же не верил, что ты действительно так очаровательна! Не хочешь стать Королевой Троллей?»
— «Вот ещё! Хватит с меня уже женихов!» — Принцесса, до глубины души возмущенная тем, что её так неожиданно и невежливо напугали, топнула ножкой: «Сколько можно!? Драконы, единороги, черные и всякие другие рыцари, маги и тролли! А мне нужен человек! Просто хороший, добрый и ласковый человек!»
— «Я говорила тебе, что эта дура обязательно откажется!» — хриплый голос Зиорры трудно перепутать с чьим-либо другим и Энниолла вздрогнула вновь: «Она самому Черному Дракону отказала! Не тебе чета!» — Зиорра выступила из тени грота, скаля непомерно разросшиеся клыки и, кровожадно облизнув губы кроваво-красным звериным языком, продолжила: «У нее в голове — одна бестолковая Любовь! Что такое Власть, Богатство и Почести, ей, глупой, даже не ведомо. Ты помнишь наш договор? За то, что я одурманила твою Правую голову, ты должен предоставить мне возможность воспользоваться всей Магией Волшебной Поляны! Во имя Зла! Хо-хо-хо!» — произнеся эти слова, Зиорра зашлась зловещим хохотом. Принцесса же, совершенно опешив, не могла произнести ни звука.