Игорь Гатин – Лихие 90-е (страница 15)
– Дядя Саша, мы же договаривались, ничего конкретного не обсуждать. Ты хотел познакомиться, посмотреть на Виктора. Вот он… – Олег поддержал игру и делано суетился. Ромка снова перевёл взгляд на чеченца. Теперь он смотрел ему прямо в глаза.
– Ну ладно, ладно. Вы там подумайте, посчитайте тогда, чтоб вам тоже выгодно было. Через Олега тогда связь держать будем, – дядя Саша миролюбиво замахал руками. При всём старании казаться радушным его улыбкой можно было колоть орехи.
Олег рассчитался, и они поднялись, дядя Саша вызвался их проводить. Рукопожатие у него оказалось железное. У Ромки сложилось впечатление, что он вышел взглянуть, на чём они приехали, и особенно внимательно смотрел на номер, будто запоминая.
Всю обратную дорогу Олег травил анекдоты, явно оставшись довольным встречей. А уже в общаге, отдавая двести долларов, сказал, что Ромка был на высоте. У Ромки имелась куча вопросов, но он сдержался, не задав ни одного.
Природа не терпит пустоты, и свято место пусто не бывает – одна тема сменяется другой, если человек ищет, а не сидит на жопе ровно. Ромка испытывал внутренний дискомфорт от любого застоя, а потому нашёл то, что искал, – нового шефа по имени Олег. Именно так он обратился к Фролову, встретив его в коридоре на следующий день.
– Привет, шеф!
– Привет, привет! – Олег рассмеялся. Смех у него был хороший, добрый. – Ну ладно, раз уж зовёшь меня шефом, делаю тебе предложение. Хочешь стать генеральным директором советско-вьетнамского совместного предприятия «Премьер»?
– Хочу! Что делать надо?
– Деньги зарабатывать…
– Договор! – Они пожали руки.
Ни о зарплате, ни об условиях не было сказано ни слова, но уже на следующий день Ромка приступил к обязанностям генерального директора СП «Премьер». Назначение подписали учредители – Олег и улыбчивая вьетнамка Фан Ким Кук, фигурой похожая на девочку, которой при ближайшем рассмотрении оказалось за сорок. Обязанности его, как он скоро понял, заключались в том, чтобы не позволять пьяному Олегу раздавать деньги направо и налево. Да-да, новый шеф – тоже Олег и тоже пьющий… Что поделать, тогда все пили – на переговоры приезжаешь, сразу бутылка водки на столе – и не все умели останавливаться. Новый шеф был умный, он нанял Ромку – свою трезвую тень, которой полагалось везде сопровождать Олега и не пить. Ромку это более чем устраивало, пить он уже устал. Уровень общения нового Олега оказался на несколько порядков выше, чем у предыдущего. Правда, с зарплатой вопрос подвис – работать за фиксу Ромке представлялось неправильным, не его это было, – в итоге договорились на процент от прибыли, которую предприятие заработает.
Откуда у Олега деньги, и деньги очень большие, оставалось неясно, компания никакой деятельности не вела. Да и компании как таковой фактически не существовало. Существовал только Олег и его деньги. Фан Ким Кук – номинал, СП «Премьер» – ширма. Это Ромка понял очень быстро. Теперь ещё появился он – генеральный директор без зарплаты, фактически и номинал, и ширма в одном лице. Но этого он пока не понимал…
Олег близко общался с руководством крупного СП «Сиблес» и дружил с председателем правления коммерческого банка «Новый век» Виктором Авдеевым – молодым обаятельным алкоголиком, которого Ромка изображал в ресторане. При этом они оказались совершенно не похожи. Виктор происходил из интеллигентной московской семьи, с детства являлся типичным мажором, и, как оказался предправления банка, оставалось неясным. С Олегом у них имелись общие интересы по части выпивки.
Очень быстро Ромка стал своим в обеих структурах, его все узнавали, улыбались и здоровались. Особенно секретарши. Почему-то Олег запретил ему знакомиться с ними ближе.
Параллельно они создавали из «Премьера» видимость настоящей фирмы. Сняли офис, наняли секретаршу Олю, менеджера Марину и сразу двух водителей, Серёгу и Андрея. Ромка, используя недавние навыки, быстро приобрёл автотранспорт – голубую, зеркально тонированную девяносто девятую и вишнёвую девятку. Машины обошлись фирме дешевле рынка, и Олег остался доволен. Ромка также остался доволен, потому что получил от каждого из продавцов по пятьсот долларов комиссии. Купили оргтехнику – пару компьютеров, факс, ксерокс.
Было не очень понятно, зачем всё это великолепие нужно, поскольку никакой внятной идеи, чем заниматься, по-прежнему не существовало. На все вопросы Олег отвечал: «Не торопись, вот наладим офис – и всё будет». Вокруг него постоянно крутились всевозможные прохиндеи с безумными проектами, цель которых сводилась к тому, чтобы выжать из Олега деньги хоть на эти проекты, хоть на любые другие. Поскольку Ромка занимал первый рубеж обороны, ему первому и приходилось выслушивать бред фантастических прожектов, а потом сдерживать натиск соискателей средств, страждущих пробиться к телу самого! Откуда прожектёры узнавали, что у Олега есть деньги, было не очень понятно, но все они так или иначе являлись разной степени близости его знакомыми-приятелями, которыми человек неизбежно обрастает к сорока годам. Если он не мизантроп, конечно. Олег ни разу не был мизантропом – имел лёгкий общительный характер и не умел отказывать людям. Он был мягким человеком, и люди этим беззастенчиво пользовались.
Ромка сидит в своём офисном кабинете за столом, на котором сразу два телефонных аппарата: один обычный дисковый, второй – крутой радиотелефон Panasonic, состоящий из базы и трубки с выдвижной антенной. Заходит секретарша Оля – молоденькая блондинка с миловидным личиком и фигурой сорокалетней женщины – из-под длинной тёмно-зелёной юбки выпячивает зад угрожающих размеров, ниже выглядывают ноги в плотных нейлоновых чулках, бесформенные, как ласты тюленя, которые она при ходьбе заворачивает носками внутрь, словно боясь выронить плод. Оля влюблена в Олега. Тот пока держится.
– Рома, там опять этот, с усами. Говорит, ему Олег назначил.
– Пусть зайдёт.
– Он не хочет к тебе. Хочет к Олегу.
– Олег в общаге дрыхнет после вчерашнего.
Оле неприятно упоминание общаги, поскольку там Наташа. Она вздёргивает носик.
– Я ему объясняю, что президента нет и, возможно, не будет сегодня. А он говорит, что будет ждать, сколько потребуется.
– Передай, что Олег просил меня с ним переговорить.
Заходит усатый.
– А-а-а, Роман! Добрый день, добрый день! А куда же Олег запропастился? А мы договорились! – Усатый излучает радушие и крайнюю степень приязни.
– Добрый день, Владислав Александрович! – Ромка широко улыбается в ответ. Ему не приходится кривить душой, он так устроен, что всегда непосредственно реагирует на радушие, хоть бы и показное.
– Что это ты меня по отчеству? Мы же прошлый раз перешли на «ты». Влад, просто Влад…
– Хорошо. Извините. То есть извини. – Ромке неуютно тыкать человеку вдвое старше себя. Даже если он считает его мудаком.
– Ты передал Олегу, что я тебе рассказывал про этот пароход с сигаретами?
– Да. Мы пока не можем этим заниматься. И профиль не наш, и объём слишком большой.
– Вот! Я как раз поэтому и пришёл! Мне удалось найти ходы на таможне, всё ввезём как детское питание!
– Владис… Влад, у нас нет таких денег, это…
– Вот! А самое главное, есть уже покупатель на весь объём, надо только дать взятку таможенникам сто тысяч долларов – и миллион в кармане! Я гарантирую, что через неделю верну в десять раз больше!
– Влад…
– Смотри, я всё продумал! Мы не будем передавать деньги, пока не увидим документы. Деньги против документов!
– Влад, парохода нет в порту…
– В смысле? Как это нет?
– Я звонил в Питер. У меня там есть люди. Человек съездил в порт, поговорил с начальником смены. Пароход был. Ареста груза не было. Пароход разгрузился и неделю назад ушёл обратно в Гамбург…
– Ну значит, опять придёт!
– Влад, мы не занимаемся сигаретами. Тем более в таком объёме. В этом бизнесе башку отстрелят в пять секунд.
– Хорошо. У меня имеются связи в Ханты-Мансийском округе. Есть возможность влезть в нефтянку. Денег сначала вообще не нужно!
– Влад, мы не полезем в нефтянку!
– А почему ты говоришь «мы», когда Олег не в курсе?
– Потому что я генеральный директор, и это относится к моей компетенции.
– Ну это мы ещё посмотрим!
Дверь хлопнула. Ромка подождал пару минут и осторожно выглянул в приёмную: усатого не было. Оля играла в тетрис на компьютере, который, кажется, лишь для этого и существовал. Марина, подтянутая тридцатипятилетняя стерва, также влюблённая в Олега, неприязненно смотрела ей в затылок и отчитывала водилу Серёгу Стодвадцатикилограммовый Серёга, раздобревший бывший мастер спорта по гребле, равнодушно зевал. Второй водитель, худой интеллигент Андрюха сидел на стуле, мрачно глядя в окно. Его недавно бросила жена. Ромка негромко произнёс:
– Серёга, поехали обедать.
– Есть, шеф! – Широкая физиономия просияла.
– Роман, Сергей мне нужен, я должна отвезти документы в банк. – Марина постоянно зондировала границы своих полномочий в компании и пыталась плести интриги, для которых ей не хватало участников.
– Возьми Андрея. Андрюх, сгоняй в банк с Мариной.
Водитель поднялся, безучастный к мирскому, и направился на выход. Его сутулая спина словно выражала упрёк присутствующим в том, что они могут обедать, играть в тетрис и заниматься прочей ерундой, когда в мире происходят трагедии вселенского масштаба.