Игорь Гарин – Закат христианства и торжество Христа (страница 46)
Пораженный проницательностью Иуды, Иисус говорит ему: «Отойди от прочих, и я сообщу тебе тайны Царства [Небесного]». Что это за тайны? Именно Иуде Иисус открывает секрет и природу богосыновства: Сын Божий означает присутствие в человеке Божьей искры, открывающей ему тайны неба и земли. Такую искру Иисус ощущает в себе, и Иуда чувствует ее в Учителе: «Я знаю, кто Ты и откуда Ты пришел, — говорит Иуда Христу. — Ты пришел из страны бессмертия…» Те люди, которые несут в себе Божью искру, открывают другим путь в блаженную страну. А усмехается Иисус только потому, что апостолы, так и не уразумевшие идеи Учителя, продолжают молиться не милостивому Богу Иисуса, но мстительному Богу Ветхого Завета, который, по версии гностического евангелия, не любит людей и является источником их страданий. К тому же им, ученикам, неведом его, Учителя, тайный замысел.
В земной драме Иисуса, — повествует это евангелие, — Иуде, как и самому Христу, предназначена жертвенная роль: Иисусу настало время вернуться в Царствие Небесное (в «Евангелии Иуды» — Барбело), а для этого ему необходимо избавиться от «человека, Меня облекающего». В стремлении к царству чистого духа человеку необходимо совлечь с себя, преодолеть плоть, умереть физически, дабы возвыситься духовно. Иисус просит Иуду выдать его римлянам, чтобы плоть его была принесена в жертву. Именно на Иуду Иисус возлагает задачу помочь ему избавиться от тягот материального существования.
Естественно, Иуду страшит возложенная на него миссия: «Мне было видение, — признается он. — В нем апостолы побивали меня камнями». «Да, — отвечает Иисус, — тебя будут проклинать в поколениях, но ты в конце концов воцаришься над ними… Подними глаза свои и взгляни на облако, и на свет в нем, и на звезды его окружающие. Та звезда, что выше всех, — твоя звезда». И тогда Иуда соглашается выдать Иисуса первосвященникам.
Заканчивается «Евангелие Иуды» с краткостью, которую один из комментаторов назвал хемингуэевской: «Они подошли к Иуде и сказали ему: „Что делаешь ты здесь? Ты ученик Иисусов“. Иуда ответил им, как они желали. И он получил деньги, и он отдал Его им».
О невозможности включения в христианский канон текста «Евангелия Иуды» говорит такой его фрагмент: «Вот, Бог принял вашу жертву от рук священников, то есть служителей заблуждения; Господь же повелевающий, Тот, Который Господь над всем, в конце дней посрамит вас». Даже если здесь речь идет о еврейских «служителях заблуждения», я считаю одну эту фразу глубочайшим прозрением Иисуса в отношении церковных исказителей любой религии.
Характерна реакция церкви на появление нового апокрифа. Уже через неделю после его обнародования Папа Римский Бенедикт XVI заявил: «Иуда был жадный лжец, который поставил свою страсть к деньгам выше своих взаимоотношений с Иисусом и своей любви к Богу. Для Иуды реальны только власть и успех, любовь в счет не идет». Коротко и ясно, но сильно попахивает религиозным догматизмом. Я уж не говорю о новых, современных попытках очернить инакомыслие и возможность иных версий реальности — речь идет о возложении вины за смерть Иисуса на мифическую общину каинитов, якобы молящихся каноническим библейским злодеям, в том числе Каину, Исаву и Иуде.
Справедливости ради, не все католики согласились с папой и новыми гонителям «ереси». В марте 2005 года в австрийском городе Линце в бывшем храме урсулинок была представлена художественная инсталляция «Реквием по нашему другу Иуде Искариоту». В сопровождающем тексте сказано: Иуда должен быть причислен к лику святых. Ведь он не совершил самоубийства, это другие апостолы с ним расправились. Иуда изображен с нимбом вокруг головы и назван предстателем за всех самоубийц, за всех исключенных и отлученных, за всех осмеянных и отступников.
В Ватикане глава Папского комитета по исторической науке, монсеньер Вальтер Брандмюллер склоняется к тому, что реабилитация Иуды вполне возможна и что он не был злым, а выполнял свою часть Божественного плана. Более того, влиятельный католический писатель Витторио Мессори считает, что демонизация Иуды давно стала непопулярной и что он сыграл одну из главных ролей в мистерии казни, воскрешения и искупления грехов человечества Иисусом Христом.
А вот православный клир единодушно поддержал мнение патриарха Московского и всея Руси Алексия II, назвавшего новое евангелие вредной гностической ересью. Цель подобных сочинений, заявил патриарх, — «показать равноценность добра и греха». Поддерживая Алексия II, Российское библейское общество заявило, что шумиха вокруг «Евангелия Иуды» раскручивается на Западе исключительно с коммерческими целями. Обращаю внимание на то, что если на Западе история с «Евангелием от Иуды» вызвала громкий резонанс, то в России прошла почти незамеченной, ограничившись указанным эпизодом.
Крупный знаток Библии Луис Пайнкауд недавно сказал, что нынешняя реабилитация Иуды — прямое следствие коллективной вины христиан за клевету на евреев и за холокост. Ведь начиная со смерти Христа, Иуда для христиан стал символом еврейства: его продажности, предательства, жадности до денег и т. д. А тут оказывается, что Иуда — лучший друг Иисуса, единственный, на кого он мог положиться в самом важном деле жизни и смерти… В свете невиновности Иуды — новое евангелие становится отправной точкой для борьбы с антисемитизмом, на протяжении двух тысячелетий так или иначе эксплуатируемым христианской церковью.
Иоанн
Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь.
Четвертое каноническое Евангелие от Иоанна написано в 95–100 гг. н. э. в Эфесе, ставшим после разрушения Иерусалима одной из восточных столиц христианства[176]. Я не разделяю такую точку зрения. Традиция приписывает авторство одному из учеников Иисуса Иоанну Заведееву — апостолу любви, дожившему до глубокой старости, хотя, как мы уже видели, «любимым учеником» в этом тщательно отредактированном евангелии вполне могла быть Мария Магдалина, находившаяся у креста распятого Иисуса среди близких ему женщин.
Согласно преданию, Иоанн претерпел мученичество в Риме во времена Нерона, был сослан на полупустынный остров Патмос, где написал знаменитое «Откровение» («Апокалипсис»), а затем поселился в Эфесе. Согласно житию, проповедь Иоанна повсеместно сопровождалась многими чудесами, споспешествующими обращению язычников.
Иоанну традиционно приписывается авторство пяти книг Нового Завета: «Евангелия от Иоанна», 1-го, 2-го и 3-го послания Иоанна и «Откровения Иоанна Богослова» (Апокалипсис), записанных его учеником Прохором.
«Евангелие от Иоанна» существенно отличается от трех синоптических евангелий, с которыми Иоанн был, несомненно, знаком. Евангелие написано для евреев диаспоры с использованием текстов Ветхого Завета, взятых не из Септуагинты, а из древнееврейского подлинника. Многие иудаистские формулировки приводятся в подлинном арамейском звучании. Христианские историки II–III вв. — ученик Иоанна Паппий, Климент Александрийский и Ориген считали, что четвертое евангелие написано очевидцем и потому имеет большую историческую ценность.
Имя Иоанна в четвертом евангелии вообще не упоминается; вместо него фигурирует уже указанный анонимный «любимый ученик», из-за чего авторство Иоанна ставится под сомнение. Хотя Паппий, Ириней и Евсевий засвидетельствовали такое авторство, последнее оспаривалось уже в древности (пресвитер Гай, секта алогов и др.). Из известных оппонентов Иоаннова авторства упомяну имена Гердера, Штрауса, представителей тюбингенской и либерально-протестантских школ. Кроме уже указанных обстоятельств, сомнение вызывало то, что Иоанн Богослов создал столь совершенное произведение в возрасте около 100 лет.
Уже начало этой книги свидетельствует о существенной трансформации автором образа Иисуса-Логоса: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог… Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть». (Ин. 1:1,3)[177]. Через Логос человек может достичь единения с божеством) — эта мысль, положенная в фундамент христологии, является отправной для последующего обожествления Иисуса Христа. Здесь важно отметить, что одновременно это начало полемики с гностиками и александрийцами (в частности — с первым еретиком христианства Керинфом), проповедовавшими историю Иисуса как обыкновенного человека, за праведность и мудрость объявленного Мессией.
По свидетельству Климента Александрийского, Иоанн заметил некоторую неполноту в сказаниях о Христе, содержащихся в трех синоптических евангелиях, которые говорят только о внешних событиях в жизни Христа, и потому написал евангелие духовное.
В четвертом евангелии значительно острее чувствуется спор автора с иудейской средой, не признающей божественности Иисуса. И наоборот, возвышеннее звучит свидетельство Христа о своей Божественной тайне. Раздел, обычно именуемый Книгой Знамений (Ин. 1:19–12:50), свидетельствует о знаках высшей небесной природы Христа. Суперидея Иоанна — сначала показать схождение в мир Логоса (Слова Божьего, Иисуса) и затем — его восхождение к Отцу. Что касается самого евангелиста, то он определяет цель своего евангелия так: «Сие написано, дабы вы уверовали, что Иисус Христос есть Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его» (Ин. 20:31).