Игорь Гардер – Юность (страница 34)

— Извините, но исходя из симптомов, что вы описали, я могу предположить, что у него забит нос. У меня есть отличное средство, что поможет ему прочихаться, но учтите: если оно попадет в полость желудка, то ваш дядя будет страдать от диареи. Но можете не беспокоиться, даже в этом случае у него не будет проблем с отсутствием кашля. Всего десять серебряных монет, и я бы не расстроился, если бы никто ничего не узнал.

— Да и зачем ему знать, что за лекарства он принимал? А то еще понравится, не буду его подвергать искушению. Мне для здоровья любимого дяди денег не жалко, для меня главное — результат, и тот, что мы с вами оговорили.

— О, не извольте беспокоиться, лекарства отличные, и запора точно не будет в течение часа, а вот почихать придется часа три. Но не больше, у орков очень сильная иммунная система, — заверил аптекарь, сгребая деньги с прилавка.

Дальше мы побежали на базар, мне надо было прикупить веревок и хороших прутьев, что заменят розги, и прочную сеть для упаковки одного орка. И еще мелочи вроде краски и другого. В гостиницу я успел прийти раньше наставника и спокойно успел установить растяжку.

Мы с гоблинами только расстелили сеть на полу, как дверь распахнулась, и наставник сделал шаг в комнату. Он, выходя из освещенного коридора, зашел в полумрак комнатки и, естественно, не заметил растяжку. Но это старый волчара, хоть и споткнулся, сделав два шага, но удержал равновесие, очутился аккурат на сети, что мы расправляли. Я, недолго думая, ее дернул, он должен был упасть, а мы завернуть его в сеть. Но, как говорится, мы полагаем, а боги располагают, и события идут совсем не так, как мы планируем.

После моего рывка наставник нелепо замахал руками, упал на спину, затылком припечатался о косяк и поплыл. Я не стал ждать, пока он придет в себя, и, накинув сеть, замотал его в нее, а потом и в половик, что лежал рядом. Получилось похоже на сцену из кинофильма про Шурика. Я не удержался и вырезал отверстие в районе пятой точки.

— Ты понимаешь, что делаешь? — прорычал наставник

— Всего-навсего отдаю долги! Ты мне на днях одолжил десяток ударов по мягкому месту, вот, решил вернуть должок, — с улыбкой, не сулившей нечего хорошего, произнес я, протирая прутик мокрой тряпочкой.

— Я тебя ремнем, а ты меня розгами собрался сечь! — прорычал он, не сводя с меня глаз, что наливались кровью.

— Ой, ты еще скажи, что так нечестно. Я не сторонник логики зуб за зуб, глаз за глаз. Я парень простой: за выбитый зуб ломаю челюсть, а за глаз проломлю голову в трех местах. И не забуду выбить при этом парочку зубов, ну и, соответственно, мой глазик поменяю на два других, — сказал я, рассекая розгами воздух.

— Может, не надо? — произнес он с нескрываемой угрозой в голосе.

— Надо, Федя! Надо! — процитировал я советский кинофильм. — Может, тогда запомнишь: когда порешь другого, будь готов к тому, что он может обидеться и отомстить.

— А не боишься моей мести? — буквально прорычал он.

— Боюсь. Но не отступлю. Да, я в курсе, что месть порождает месть, но я не божий одуванчик и не позволю над собой издеваться.

— Я тебя учил уму-разуму.

— Знаешь, наука пошла впрок, и вот теперь я тебе преподношу ответный урок. Ладно, трепаться можно час, два, но не пять минут. Так что приступим.

Все время, пока мы говорили и пока готовил розги, я каждые пару минут делал вид, что пью из глиняного кувшина. Специально делал несколько шагов, брал кувшин, обозначив глоток, его ставил обратно и так раз за разом. Говорят, если производить одни и те же манипуляции перед человеком, они отложится в его подсознании, и он неосознанно их повторит. Я старательно его программировал, чтобы после экзекуции он выпил из кувшина и получил дополнительное удовольствие от напитка. Я думаю, вы поняли, что я добавил в этот напиток.

После порки я не стал проводить ревизию орка, что смотрел на меня с налитыми кровью глазами, а спокойно собрал все бумаги, что нашел. Грамоту я так и не осилил, а среди этой макулатуры должны были быть бумаги, необходимые для поступления в военное училище. Гоблины в спешке носились по комнате, собирая вещи и упаковывая их в баулы. Во дворе я с трудом к седлу одного из хоргов прикрепил две клетки так, чтобы они свисали каждая со своего края, для равновесия. В одну из них посадил щенков, а в другую дракончиков. Гоблины сверху уложили вещи и сами разместились, кто на крупе устроился, кто залез на клетки, а Серж с гордым видом взялся за поводья. Хоргу явно не понравилась идея с использованием его как вьючного животного. Я как мог успокоил старика, поглаживая и шепча ему на ушко, что, дескать, только ему можно доверить такую важную роль. Хотя я мог говорить все, что угодно, тут был важен мысленный посыл, а мне пока легче его сформулировать в словесной форме.

В последний момент я вспомнил, что оставил губную гармошку в номере. Пришлось возвратиться. В номере я в первый раз в своей жизни увидел красного орка. Мой наставник стоял посредине комнаты красный как вареный рак. Казалось, еще немного — и из его ушей пойдет пар. Да ему сейчас не позавидуешь. В желудке такие бурные процессы, что мне отсюда слышно. Судя по всему, ему хотелось чихнуть, но он боялся лишний раз пошевелиться из опасения, что может обосраться. В отхожее место он тоже не мог побежать: кто-то приклеил подошву сапог к полу и налил клея в сапоги. Я знаю, что поступил жестоко, но он сам виноват, нечего было распускать руки. Как говорится, долг платежом красен. Взяв гармошку, я поспешил сделать ноги из отеля, не забыв помахать ручкой и пожелать всего самого наилучшего, и ушел, закрыв за собой дверь.

***

Выехав со двора, мы поехали в ночь. С направлением я пока не заморачивался, просто продолжил движение в том же направлении, что и до этого. Выбравшись достаточно далеко от городка, я сделал очередной финт ушами: просто объехал его по кругу и заехал с противоположной стороны. А что, по-моему, оригинальный ход сбежать и зайти за спину предполагаемой погони. Думаю, те, кто бросится за мной, уточнят направление, в котором я удалился, поспешат туда же, и я сомневаюсь, что будут при этом оглядываться.

А я непроста решил сделать круг, ведь забыл о главном, что нужно любому путешественнику при условии, что он путешествует по цивилизованному миру. Правильно, это деньги, они и накормят вкусно, и спать уложат в мягкую кроватку, и даже могут нежным голоском сказку на ночь рассказать. Нет, конечно, документы тоже важны, но если есть в кармане звонкая монетка, нужные бумажки можно выправить, думаю, что чиновников не остановит угроза лишиться свободы и собственной шкуры, если сумма будет достаточно соблазнительной. Китай тому пример: сколько ни расстреливают взяточников, но они все равно есть. Но, к счастью, мне не нужны бумаги, они у меня есть, осталось разобраться, какие именно мои из кипы бумаг. Я собрал все, абсолютно все бумаги, так что, думаю, его погоня продлится лишь до первого патруля. А там проверка бумаг — и добро пожаловать в местное отделения милиции/полиции/стражей правопорядка, кому как нравится.

Так вот, мне надо обзавестись звонкой монетой и продолжить путешествие к знаниям и офицерской должности. Вопрос стал ребром: где взять деньги? Идеи типа «иди и заработай честным трудом» не рассматриваются. Во-первых, это долго, во-вторых, этот способ не гарантирует, что они появятся в кармане. По своей прежней жизни сужу: сколько бы ни работал денег, всегда не хватало. Но и вариант с кражей или грабежом меня не устраивал, не то воспитание. Оставалась старая добрая афера. Сама афера, по моему мнению бывает трех видов: обманный отъем финансов у населения, добровольный отъем финансов в обмен на «воздух» и продажа «воздуха» все тому же населению.

Да, продажа воздуха и обещаний — это тоже бизнес с привкусом аферы. Достаточно вспомнить продавца светлого будущего Мавроди с его фирмой «три мужских туалета», известную как «МММ». Нет, я не собирался продавать воздух или обещания, я решил заняться шоу-бизнесом. А афера в том, что будут работать другие, а я буду с ними расплачиваться из тех денег, что они для меня заработают. У ворот стояли несколько повозок с актерами, они меня и натолкнули на мысль с шоу, они так и мечтали заработать для меня много кругленьких и звонких кружочков. Это сейчас они старательно переманивали немногочисленных зрителей друг у друга, не подозревая о своем счастье. Тут вам и две труппы актеров, и человек шесть музыкантов, в общем, каждой твари по паре.

Первым делом я направился к самой большой труппе актеров, у них было три повозки: одна приспособлена под сцену, а в других они переодевались для представления. Более вульгарного зрелища я еще не видел. Их репертуар сводился к побоям и имитации секса, а все остальное было прелюдией к этим двум действиям.

— Кто старший? — спросил я у одного из актеров, сидя верхом на хорге. Так я точно кажусь взрослей и солидней.

— Толстый Карл! Я его сейчас позову! — произнес актер и поспешил убежать.

— Что вам угодно? — поинтересовался толстяк, что буквально прибежал.

— Повтори! — негромко произнес я, мысленно приказав зарычать боевым псам, двое из которых сопровождали меня.

— Что вам угодно, господин? — ответил он, побледнев.