Игорь Дмитриев – Возвращение Марины и Тани в XVI век (страница 18)

–Но про прутики уговора не было! – продолжала возмущаться Таня.

–А это уже и неважно. Время такое, вспомни, мы ведь учили, чуть что – сразу секут прутиками, особенно девок. Так что, Танечка, считай нам повезло, что до сих пор прутиков не попробовали.

Конечно знала Марина, что никакие «прутики» им на грозят, но решила пошутить над подружкой, да и стимулировать ее, чтобы от дела не отвлекалась. Видимо, перспектива «попробовать прутики» подействовала на Таню, она придумала, как «север» найти. От пришедшей идеи даже замерла.

–Маришка! Да нам надо нарисовать план, а когда узнаем где «север», то и сориентируем его соответствующим образом. Но он уже будет нарисован. А ты еще к нему картинки нарисуй. Мельницу, дом воеводы, еще что-нибудь интересное.

–Молодец, здорово ты придумала!

И подружки начали рисовать план поместья воеводы. Таня по «методу подобных треугольников», а его она выучила на озере с дядей Костей, мерила расстояния, Марина рисовала, а когда вечером приехал воевода, то у него и уточнили, где «север». Отрок, Богдан его звали, возил девушек по боярскому поместью. Показывал границы.

–Богдан, – спросит Таня, – а вот та рощица – боярская?

–Нет, княжна, это уже нашего соседа, боярина Бориса. А наша – вон та, слева.

Рисует Таня план, а Марина этюды делает: поле, рощу. Просит отвезти к речке поближе или к пруду. Удобная колясочка, прямо из нее рисуют девчонки. Иногда выйдут, да и то, чтобы ноги размять. В полдень, когда самая жара, Богдан отвозил княжон к речке, там попрохладнее. К этому времени им и обед привозили. Дворский Игнат так распорядился. Сам следил за тем, как его собирают, чтобы ничего не забыли. Жарко, и есть не хочется. А от речки прохладой веет.

–Маришка, давай искупаемся? – предлагает Таня.

–А рубашки где сушить? – Видела Марина на реке девок в рубахах, видимо решила, что они купаются.

–Так мы голышом искупаемся. Сейчас тепло, высохнем быстро.

–А Богданчик как же?

–Попрошу отвернуться и не подглядывать.

Девчонки искупались с удовольствием, очень хорошо освежились. Подглядывал ли Богдан – неизвестно. Ведь похвалиться в том, что видел голых «боярышень» нельзя, дядя Игнат велит шкуру спустить!

Рано утром уезжали Таня с Мариной из поместья, поздно вечером, уже за темно возвращались домой. «В поле» рисовали начерно в свои блокноты, а когда приезжали домой, при свечах аккуратно перерисовывали на большой кусок выделанной кожи, который дал воевода. Таня рисовала условными обозначениями, Марина добавляла рисунки наиболее интересных мест. Нарисовала мельницу, пруд, реку. Да еще из своих этюдов для воеводы картину нарисовала. Три дня делали план девчонки, на четвертый принесли его боярину.

–Умнички! Какая же красота! Вот уж с пользой поработали! – похвалил он девушек, любуясь работой. – Чем я могу вас наградить за это?

–Спасибо, боярин Александр, но мы и так тобой обласканы. Не надо нам никакой награды, – ответила Марина.

–Боярин, а можно в награду свозить нас к Аленке в гости? – робко попросила Таня, сама же, смутившись от такой дерзости.

Нарисовала мельницу

–Любезные мои, конечно же можно! Я ведь уже обещал вам. Но там близка граница с крымцами14, да в лесу на большой дороге разбойники пошаливают. Одних вас отпустить нельзя, пропадете. А у меня нет сейчас людей свободных, чтобы с вами ехать могли, да и сам я занят. Потерпите, милые княжны. Обязательно отвезу вас к Аленке, навестите вы ее.

Эх, молодость, молодость! Живут девчонки «сегодняшним днем», нет у них забот никаких. Не думают, что дома волнуются родители, ищут их. Ведь пропали дети! Смеются эти «дети», вспоминают своих мальчиков, и не думают о том, что может быть эти «мальчики» места себе не находят, переживая о пропавших подругах!

Устроил воевода Марине с Таней и в деревню поездку. Дал одеться им в простые платья, платочки повязали, лапти надели. Сам осмотрел и костюмы их осмотрел. Дал в помощь молодого толкового мужика, из дворовых своих. Запрягли для них лошадку в телегу и отправились княжны «в народ». Очень понравилась девчонкам поездка. Они и в избы заходили, с бабами и с детьми разговаривали, осмотрели крестьянские поля. Вечером, возвращаясь домой, свои впечатления записали в блокнотики.

Марина и Таня решили так: съездить к Аленке и сразу же – домой. Но только никак не получается к Аленке съездить. Не разрешает воевода одним ехать, говорит, что не спокойно на юге. Так прошла неделя, как девочки переселились в XVI век.

Глава 8 Раскаяние

Вроде бы хорошо живут Марина и Таня у воеводы. Спокойно. И у князя Владимира с Марусей погостили. И у воеводы делом заняты, да еще и с пользой! И польза без прутиков. Девчонки хозяйство изучают, смотрят, запоминают, вечером в блокнотик записывают, много рисуют.

Марина, несмотря на кажущееся спокойствие и даже веселие, уже раскаивалась в своей затее переселиться в XVI век. Только сейчас, оказавшись «в прошлом» лишь вдвоем с Таней, увидела, какую ошибку, даже глупость, сделала. Понимает, что только благодаря дяде Косте прошлое путешествие было «легкой прогулкой». А она-то все ворчала да спорила с ним! И вот теперь нет его с ними, не надо спорить и что-то доказывать, и сама себе хозяйка, но не радует это Марину.

Отправляясь в XVI век, Марина специально сбивала Константина со следа. Ведь думала, объявится капитан "в прошлом" в тот же день, что и она с Таней. Но идет вторая неделя, а Константин не появился. И нет ни Олега, ни Игоря – никого! Они с Таней по-прежнему одни. «Может быть, и правда очень хорошо запутала следы, и никто не понимает, где нас надо искать? – думает Марина. – Ведь в прошлый раз родители знали, где мы находились, я фотку посыла папе. И Олег фотографировал здания. Наверное, поэтому, дядя Сережа без труда определил, в какое время переместились? И Константин примчался уже на следующий день. А сейчас неделя прошла, и нас никто не ищет. А вдруг и искать не собираются? Ведь сама говорила Тане: «Погорюет Олег и утешится с другой девушкой…» А если и правда утешился с другой?»

Марина от таких мыслей внезапно проснулась, ей стало страшно. В комнате было темно и сквозь щели в ставнях свет не пробивался. «Значит, еще ночь» – решила она. Тихо в комнате, только слышно, как сладко во сне посапывает Таня. Повернулась на другой бок и попробовала уснуть, но сон не идет. Полежала, поворочалась – нет сна. Села на кровати, свечу зажигать не стала, боясь разбудить подругу. Хоть у них были отдельные комнаты, но спали в одной – очень уж темные и тихие здесь ночи! Просто жуть! А вдвоем не так и страшно.

Это уже не первый раз со дня переселения, когда Марина проснулась среди ночи. Она и раньше просыпалась от безысходной тоски. «Забыли обо мне дома. Конечно, сначала погоревали, а потом вычеркнули из своей памяти. Ведь у родителей есть сын Арсений, и он о них заботится. Олег встретил другую девушку, моложе меня, и утешился с ней… Я оказалась плохой дочерью и никудышной подругой. Ведь, практически, предала своих близких, обманула их. Говорила им об экспедиции, и что связи не будет. А сама – исчезла, сбежала в какое-то прошлое. Но ведь никто и не знает, не догадывается, что я в XVI веке. Олег, наверное, подумал, что я сбежала с мужчиной, который старше его. Сама ведь твердила парню, что ему нужна девушка моложе меня! Всех близких людей обманула и предала! Выходит, и жена из меня никудышная… А остальным до меня просто нет дела», – так думала Марина, ворочаясь в постели без сна.

Надо сказать, что депрессивность появилась у Марины после ее первого "путешествия во времени", когда она оказалась в XVII веке. Изнеженная девятнадцатилетняя девушка должна была жить в лесу в шалаше! Ее едва не сожгли на костре разбойники, и она жила у разбойников, и сама была разбойником. И хоть Марина никого не убивала и уж конечно не пытала, и даже старалась спасать пленных, но видела всю разбойничью жизнь. А потом – война. И Марина участвовала в боях и дослужилась до офицера, командовала ротой, была ранена в ногу. Повезло, что пуля кость не задела, а то могла и без ноги остаться! И все эти беды обрушились на «нежное создание», привыкшее к сдобной булочке утром и теплому халатику, да мягкой постельке. И хоть дома в XXI веке в госпитале ее хорошо подлечили, и психолог с ней работал, но Марина все равно иногда вспоминала пережитое и удивлялась, как не сошла с ума от виденных ужасов.

Но сейчас чувство было совсем другое, не тоска, скорее светлое и тревожное. Марина почувствовала в себе новую жизнь, почувствовала, что у нее ребенок. Но это не радовало ее.

Что с ней будет, если дядя Костя не придет? В прошлое путешествие с Таней шутили, что выйдут замуж за князей. Она и правда была уверена, что только стоит ей захотеть – и будет княгиней. Но теперь Марина увидела, что не только князь, самый последний мужичонка не женится на ней! Вот, Олегова мама с мужем была, жила боярыней при князе Данииле (показывал Олег свою книгу!) и то как ей тяжело было. Задумалась Марина, кому она такая неумеха нужна? Ничего не умеет! Ни прясть, ни ткать, ни шить, ни ходить за скотиной, ни в поле работать! Дома цветочек на юбке несколько дней вышивала.

А быть княгиней разве проще? Ведь весь дом на ней, и хозяйство, и слуги. Господи, да одни заготовки с ума сведут! Дома Марина помогала "делать заготовки" на зиму: засолили несколько банок огурцов. Разве можно их сравнить с тем, что заготавливает боярыня-воеводша? И дети… Не один-два ребенка, как в XXI веке, у той же боярыни будет шесть-семь, а то и больше детей. Все время беременная, все время рожать… Жуть.