Игорь Дмитриев – Олег. Детство и юность (страница 3)

Довольны дружинники московские, спрашивают Сергея, почему бы всей силой не напасть на татар? Объяснил, что большие силы в лесу не спрячешь, а малыми татар не победишь. Своих стали считать, и оказалось, что около пятидесяти человек потеряли, но и татары сотни две. А главное, татар на день задержали. На второй засеке задержали татар на один день. Тары еще сотни три потеряли, но и в отряде Сергея осталось меньше двух сотен бойцов, много раненых. Велел Сергей раненым уходить, но отказались они, сказав, что пошли биться до конца, и уйдут только со всеми вместе! И сам Сергей уже ранен.

Татарский хан Дюдень не может русинов понять. В бой не вступают, как звери лесные нападают и опять в лесу прячутся. Какие-то завалы устраивают. Все равно его войско идет к Москве, ну не так быстро, но Москва будет взята. Большая добыча ждет его, все ценное заберут, жителей в плен угонят, а кто будет сопротивляться – всех убить!

–Что это твои русины делают? – спрашивает хан князя Андрея Городецкого.

–Да, это у моего брата, у Даниила, Чужак есть сумасшедший. Вот он с дружинниками и воюет.

–Если бы ты, князь, был такой же «сумасшедший», не пришлось тебе помогать, сам бы справился! А если бы и князья ваши такие были, мы вовсе бы не пошли на русинов, – ответил Дюдень, и приказал своим воинам доставить ему этого «сумасшедшего».

Пока идут татары по дороге, время от времени нападают на них маленькие отряды русинов. Выскакивают из леса, постреляют из луков и назад в лес. К третьей засеке подошли татары. За ней и лес кончается, начинается поле большое, да рощицы. Собрал Сергей оставшихся дружинников, осмотрел их. Всех, кто был серьезно ранен отправил в лес, велел искать место для лагеря, куда оставшиеся в живых придут. Осталось у Сергея меньше ста человек. Сам Сергей с самой сильной полусотней встал за засекой, а остальных разделил на две части и сбоку у дороги поставил, в лесу. Велел им обстрелять татар из луков и уходить в лес.

Но не послушали его воины, обстреляв татар из луков, бросились на них в рукопашную, да полусотня Сергия ударила. Страшный бой завязался, татарам показалось, что на них напали главные силы, из Москвы дружинники князя Данилы пришли, и отступили к основному отряду. Но и у Сергия от его трех сотен осталось человек двадцать.

Приказывает Сергей воинам оставшимся, чтобы уходили в лес, а он останется, и отступление прикроет. Не послушали дружинники приказа, не оставили Сергея, скрутили его, благо раненый и сопротивляться не мог, на коня взвалили и в лес с ним ускакали. А татары еще день стояли, засады опасались. Разведку во все стороны отправляли.

300 спартанцев один день сдерживали персов в узком ущелье, летописец описал их подвиг. 300 русинов-москвичей сдерживали армию Дюденя три дня. Некому было описать их подвиг.

Глава 3 Московское разорение.

Злой пришел Дюдень к Москве. Вместо «легкой прогулки», обещанной князем Андреем Городецким, неделю шел от Переславля, да почти тысячу воинов потерял – а и боя не было! Надеялся Москву разграбить, а Москва была пустой – все жители ушли, скотину увели, все ценное или унесли, или закопали. Ни князя нет, ни бояр нет, ни дружинников. И казны княжеской нет! Вернулся князь в Москву, объясняет хану. У тебя на переговорах был, а вернулся – пусто. Все разграблено. Велел хан тогда сжечь Москву, а стены – сравнять. Зажгли татары Москву, а сами ушли, нечего им делать в пустом городе.

По разбойничьим тропам уходил дед Иван с маленьким Олегом. Хоть и долго по ним ехать, но и безопасно. Мальчик в тележечке, а сам рядом идет, бережет лошадку, без нее не уйти, много всяких вещей нужно, чтобы обустроиться в одиночку на новом месте.

Третий день путешествия подходил к концу, когда небо осветилось заревом. «Дедко, что это?» – спросил Олежка, показывая на зарево. Остановил дед лошадку, повернулся к зареву. Истово стал креститься: «Сашенька, я сберегу твоего мальчика, не оставь своего Сережу. Ему очень нужна помощь, а за сыночка не беспокойся, сохраню его», – дед Иван считал Сашеньку святой еще и когда жива была, а уж после смерти и не сомневался, потому и просил о помощи для Сережи. «Москва наша горит, Олежко» – отвечает дед. «Дедко, а где тятя? Он татар бьет?» – опять спросил Олежка. «Ох, бяда, Олежко, бяда, сиротинка!» – только и сказал дед. А скоро они въехали на большую поляну.

Смотрит Олег, не поймет, куда приехали. Вся поляна в каких-то не то норах звериных, не то в землянках полуразрушенных – показывал ему папка и раньше землянки в лесу. «Вот мы, Олежко, и дома. Здесь, княжич мой, и зимовать будем. Давай устраиваться с Богом». Встал дед на колени, повернулся в сторону зарева, стал креститься и поклоны класть. Помолившись, выбрал дед самую чистую землянку, подремонтировал ее, печку сложил. Тепло у него. А как стали татары вокруг Москвы деревни разорять, побежал народ в леса прятаться, тут и соседи у деда с мальчиком появились. Деревню в лесу построили, и дед с мальчиком из землянки в избу переехали. Дед знахарством занялся – людей лечил, а за это ему кто-что может, то и несет. Хорошо живется Олегу с дедом, сытно и спокойно. Дед стал учить его понемножку: как следы различать, да какие травы собирать, да как лекарство готовить. В лесу Олег ходит, как по дому своему. Все ему понятно, ничего он не боится.

–Дедко, – покажет Олежка на заячий след, – кто это?

–Это, Олежка, заяц. Шкурка у него теплая, варежки можно сделать, шапку, а тебе и шубку.

–А это кто? – показывает на волчий след.

–Это – волк. Зубы острые, когти большие! Страшный зверь!

–Дедко, а он нас укусит? – боязно мальчику.

–Укусит? Нет, Олежка, не укусит! У нас лук со стрелами острыми, у нас копье длинное, да ножик булатный! Не страшен нам волк. А шкура хорошая у волка.

–А это, дедко, ты босиком наступил? – показывает Олежка медвежий след.

–Нет, это хозяин леса ходил, мед искал, добычу караулил. Мимо пройдем, не будем хозяина тревожить. Ты – мал, а я – стар.

–Я вырасту и не дам тебя обижать лесному хозяину.

–Спасибо, Олежка, спасибо, добрый княжич, – дедушка Ваня обнимает мальчика.

–Дедко, а это кто? – Олег показывает цепочку маленьких двойных следов.

–Это мышка, видишь, в норку побежала!

Нравится мальчику мышка – ни когтей огромных, ни зубов острых, на такую и он может охотиться!

–Дедко, а как на мышку охотятся?

–На мышку? – удивляется дед. – Нет, княжич, не будем мы на мышку охотится. Пусть бежит себе!

А в другой раз показывает дед Олежке, как надо в лесу дикий мед искать. Взял он плошку, положил в нее немного меда и пошел с в лес. Ходит по лесу, смотрит, не прилетит ли пчела на мед. Прилетела пчела, взяла меда и улетела. Дед смотрит, куда пчела полетела. Пошел в след за пчелой, пока не потерял из вида, другую пчелу ждет. Так пчелы и привели к дуплу, в котором у них улей. Нарвал дед какой-то травы, натер ей мальчика, да сам натерся. «Смотри, Олежка, боятся пчелки эту траву, – учит дед, – не подлетят к тебе. А ты стой тихонько и смотри за мной. Пчела подлетит, даже если сядет на тебя, не гони. Стой тихо, она сама улетит, ничего не сделает тебе. Понял, княжич?» «Понял, буду тихо стоять. Дедко, а тебя пчелки не покусают?» – волнуется за деда Олежка. Достал дед дикий мед, и не покусали их пчелы.

–Дедко! Дедко! Смотри какие свинки полосатые!

Это Олег увидел выводок кабанчиков. Не знает он, что рядом с ними гуляет злая и страшная кабаниха. Нравятся мальчику поросятки, хочет погладить их.

–Олежка, стой! Не трогай поросяток! Пойдем скорее отсюда! – тихо, осторожно уводит дед маленького Олежку от кабанчиков подальше.

–Дедко, а почему не трогать их? Они вон какие махонькие! – удивляется Олежка.

–Ты, Олежка, никогда в лесу деток звериных не трогай! Рядом с ними мамы, а они очень сердитые! – учит дедушка мальчика. – Вот скажи, ежели тебя кто обижать станет, что сделает дедка или тятька?

–Ты, дедко, его копьем стукнешь! А тятя мечем стукнем и конем задавит! – отвечает Олежка.

–Правильно, княжич! Так и зверюшка не даст обижать свое дитя.

Всегда дед рядом с мальчиком. Учит его лесной грамоте. Лес для деда – раскрытая книга! Показывает Олежке, какой зверь и что делает. Как он охотится, как подстерегает добычу, где живет, какой себе «домик» строит. Все знает дед. Учит Олежку, как в лесу ночевать, как пищу готовить. Много премудрости в лесу. Все дед знает, всему мальчонку учит.

Олежка по тяте своему очень скучает. Ведь как хорошо жили, всегда был с ним тятя рядом, а вот татары напали и ушел он татар бить. И уже зима прошла, и опять лето пришло, а тяти нет! Спрашивает Олег деда, а дед только крестится, да твердит одно: «Бяда, Олежко, бяда».

Вернулся в Москву с войны Сергей и не узнает города. Стены разрушены, дома сожжены, люди или разбежались, или в плен к татарам попали. Нет ни деда, ни сына, и не знает где искать. Спрашивает Сергей, не видал ли кто-нибудь его мальчика с дедом? Нет, никто не видал. Совсем затосковал. В город князь вернулся. Начал город заново отстраиваться. Пытается Сергей от горя своего за делами забыться, но не идут у него из головы ни Сашенька, ни Олежка! Ищет он своего мальчика, всех расспрашивает. Нет, не знают. Глаза опускают, не могут в глаза смотреть, боярин ведь город спасал, жизнью рисковал, а они не смогли его мальчика уберечь. Стал искать о. Михаила, и его нет нигде, и церковь сожжена. Позже узнал, что о. Михаил сгорел в церкви. Отчаяние овладело Сергеем, да кто-то страшную весть принес, что видел, как деда с мальчиком татары угнали. Совсем отчаялся он, и жить не хочется.