Игорь Демин – Тени старого мира (страница 33)

Одноэтажный дом в три окна. Беленые стены и заботливо выструганная мебель. Белоснежные простыни. Пуховая перина. Рина прерывает поцелуй и поднимается над ним точеной мраморной статуей. Она только что оторвалась от губ Босого. Он еще чувствует их вкус. Она сидит на его бедрах. Ее небольшая грудь вздымается. Волосы рассыпаются по лицу, закрывая горящие страстью глаза. Босой тянется к ней.

Видение пропадает.

— Перестань так на меня смотреть, — наследница вождя Степных волков прищурилась, подозревая неладное.

Босому стало неловко от того, что он заглянул в их возможное с Риной будущее. Думала ли о подобном сама девушка? Не потому ли Рину так взбесила сделка с Ирмой, что в мыслях она давно считает Босого «своим»?

Кошмар между тем продолжал клубиться внизу, и ничто его не брало, даже в воображении.

Босой раз за разом обшаривал взглядом заваленный трупами чудищ атриум, но не находил ни единой подсказки. Да и была ли она, это подсказка? Считать, что места обитания «новой фауны» должны обязательно содержать в себе подсказки по уничтожению защитников и их главарей, было бы слишком наивно. С другой стороны, если логовища — это лишь тренировочные площадки для хозяев планеты, то каждая из локаций должна обладать таким непременным свойством как «проходимость». Способ уничтожить центрального чудища должен был быть, причем такой, чтобы справиться мог даже слабый еще не развитый гррах.

Например, королеву крыс оказалось возможным взорвать простейшей человеческой гранатой. Дойти до нее сквозь десяток уровней наполненных кровожадными грызунами подземелий теперь казалось намного более сложной задачей. Хотя и это наверняка для рядового грраха не проблема. Взял с собой парочку пулеметов или стреляющих белыми сгустками пушек — и крыс разорвет на мелкие кусочки. Хотя вряд ли гррахи так делают. Наверняка они предпочитают ручные разборки, чтобы получить как можно больше бонусов к развитию.

Если же не приносить с собой в подземелье мощное оружие массового поражения — значит должна быть возможность убить туманного монстра, так сказать, с использованием ручных средств. Нужно только подумать. Потратить на это достаточное количество времени и усилий.

— Ты заметил, как там у него сухо? — Рина показала пальцем на углы нижнего этажа атриума. — Живет как в пустыне. Вокруг вода, лужи, ручьи, река и даже подземные болота. А там — ни капли.

Сердце ловчего гулко ухнуло и забилось быстрее. Забилась в пароксизме удовольствия слишком долго молчавшая интуиция.

Босой открыл перед глазами калькулятор вероятностей и поставил в один кружек клубящегося внизу монстра, а во второй — воду.

Необходимое количество выносливости — 150 %

Одновременно с запросом невероятного количества выносливости навык подсветил третий кружок. Это означало сразу три вещи.

Первое. Решение есть! Туманный монстр и вода как-то связаны — Рина верно подметила. И это не могло не радовать.

Второе. В задаче есть третий ингредиент. Можно бесконечно искать, какой он и что вообще из себя представляет, но такой поиск лучше бесцельного блуждания в полной темноте. Третье. Когда недостающий элемент будет найден, калькулятор существенно снизит запросы на выносливость и подарит видение процентов, может быть, даже за десять.

— Ты даже не представляешь, насколько важно то, что ты сейчас сказала, — похвалил охотницу Босой, — но пока это не решение, а только его отголосок. Есть еще мысли?

— Я и это не считала за мысль. Удивилась сама и с тобой поделилась. Это как в небе увидеть падающую звездочку. Или метеор. Или красивый цветок. Я скажу: «Смотри!» — и не подумаю, что это важный символ.

— Может быть, еще что-то заметила? Какие-то наблюдения или мысли? Не хочется больше ничем поделиться?

— Нет, — Рину смущал напор Босого, и она начала жалеть, что начала этот разговор.

Она не могла понять, всерьез ее хвалит командир или от скуки шутит.

— Подойдет, для начала, любая мысль, связанная с водой и этим монстром. Или только с этим монстром. Или просто с водой.

— Мыслей о воде у меня сколько угодно, — съязвила в ответ Рина, — вода мокрая. Воду пьют. Вода течет. Она течет здесь изо всех щелей. Прямо у нас под ногами течет. Стекает вниз, на второй уровень, оттуда на третий, на четвертый и пятый. Прежде она не спускалась так низко, но постепенно дренажные канавки забивались и выходили из строя. Теперь ручейки просачиваются до самого низа, но до пола не доходят.

— Ты хочешь сказать, — Босой еще не чувствовал озарения, но идея нуждалась в развитии, — он пьет эту воду?

— Вряд ли. Смотри сколько на верхних уровнях солевых наплывов. Вода текла здесь годами, а до низу добралась совсем недавно. Она скорее проблема для монстра, чем способ утолить жажду.

— И как он решает эту проблему?

— Спуститься бы ниже… — Рина насколько смогла опустила светильник.

— Не стоит, — удержал ее за руку Босой, — Погожин сказал, что они не знают, где начинается граница, после которой наступает неотвратимая гибель. Я бы не советовал даже лампу на веревке спускать, потому что смерть можно передать и по веревке.

— Тогда плеснуть.

Рина вышла из атриума и скоро вернулась с наполненной водой емкостью, которую она соорудила из металлического ящика. Около ведра воды полетело блистающей струей вниз.

Ничего не произошло. Жидкость собралась в лужицу, не вызвав со стороны монстра ни волнений, ни других реакций.

— Думаем, — ободрил разочарованную охотницу Босой, — ключ есть, нужно только его найти.

Потянулись долгие минуты мучительных размышлений. Время тикало в наручных часах, которые ловчему подарил Рой, долгими тягучими как ягодный сироп секундами.

— Может быть, — предположила Рина, — в воду нужно что-то добавить? Вот только что? Там внизу и так жуткий коктейль из яда, кислоты, крови и разлагающейся плоти. Вообще, если Сыны каждые несколько месяцев зачищают эту шестиэтажную клоаку, почему весь атриум с низу до верху не забит телами мертвых чудищ?

— Черт их разберет, — Босой в очередной раз задумался, почему Рина умудряется задаваться вопросами, которые ему и в голову прежде не приходили, — может время от времени их смывает вода?

— Как мы уже выяснили, нет. Да и Сыны наверняка об этом бы знали.

— Значит, сами они и пожирают. Новое поколение поедает остатки прежнего. Это, к слову, объясняет и отсутствие толковой кормовой базы. Скрипы слишком сложная добыча, чтобы прокормить такую ораву.

— Бррр… — Рина брезгливо поежилась. — Но даже если этак, как это нам поможет?

Босой, не особенно веря в успех, открыл калькулятор вероятностей и вставил в одну ячейку монстра и в другую — труп рядового кошмара. Калькулятор между этими понятиями никакой связи не нашел, хоть обкорми его выносливостью. Зато как только он заменил рядового бойца на вонючку, его тут же накрыло видением, всего за десять процентов выносливости.

Активирован навык калькулятора вероятностей.

Выносливость 20 %.

— Они едят друг друга, — Босой вынырнул из наваждения, так быстро, как только сумел это сделать, — рядовые охотятся за самыми слабыми скрипами, жиреют и кормят собой вонючек. Вонючек же поглощает их главнюк, который витает внизу.

Охотница еще не знала о новом умении командира, но поняла, что его неожиданные прозрения происходят не просто так.

— И все равно я не вижу, как это нам поможет. Ты как-то говорил, что слипиков в подземельях Дуста можно победить, отравив личинки жуков. Но здесь-то нам кого травить?

— Получается, — Босой говорил медленно, растягивая слова, чтобы успевать одновременно с этим размышлять, — мы снова вышли к тому, что в воду нужно что-то добавлять. Это может быть яд. Или какая-то кислота. Или просто грязь. Что может быть ядом для подобного организма? Наверное, когда я разовью «волновое» зрения до невероятных высот, я смогу просто отыскать вещество, которое его убьет. Но столько времени у нас нет, да и вообще я не уверен…

— Он ее высушил… — Рина стояла на краю площадки и всматривалась в нижнюю площадку атриума.

— Чего? Ты меня не слушаешь. Давай размышлять вместе.

— Это ты меня не слушаешь. Он ее высушил.

— Кто? Кого?

— Монстр высушил воду, которую мы на него вылили.

— Как высушил?

— Кверху жопой, командир. Он ее высушил, совсем. Всего за несколько минут.

Босой наконец догадался посмотреть вниз. Лужи на прежнем месте не было.

— Может быть выпил?

— Тогда не осталось бы пятна. Вода была грязная. Если грязную воду выпить, не останется ничего. Если высушить — вся грязь осядет.

— Да там этой грязи — по уши.

— Нет, я запомнила форму лужи. И теперь там грязное пятно.

Босой непонимающе посмотрел на спутницу. В голову совершенно некстати полезли картинки из видения, где они одни на белых простынях.

— И что нам это дает?

Рина взяла его руку и раскрыла кверху ладонью.

— Что будет, если я положу сюда ледышку?

— Она растает.

— А если большой кусок льда?

— Он отморозит руку… Но где мы возьмем столько льда?

Атриум заволокло паром. Поднятая из глубоких скважин холодная до зубовного скрежета вода била из трех брандспойтов. Погожин метался по верхнему уровню, пытаясь рассмотреть происходящее внизу. Жар обжигал его лицо. На коже оставались крупные красные пятна, но для майора не существовало боли, только радость близкой победы. Еще никогда Сынам Гранитного не удавалось убить главного защитника логовища кошмаров.