Игорь Даждев – Первый от человечества (страница 62)

Из бочкообразного тела, на союзных бойцов выплёскивается жидкость. На первый взгляд она безобидна. В какой-то момент голова уже убитого бочкообразного бойца, выплёвывает сгусток фиолетового пламени. Жидкость воспламеняется.

Грохочет взрыв. Он не щадит никого, ни своих, ни чужих. На непродолжительное время, на поле боя образовывается проплешина. Дальше союзники действуют аккуратнее. Не прогрызают бочкообразное тело, и не пытаются его порвать. Вместо этого они берут его под контроль, с помощью вирусов, и направляют назад.

Теперь уже противники разрываю бочки у себя в тылу. Глупое поведение. В очередной раз убеждаюсь, что рядом с Родильной Камерой противника, нет ни одного разумного игрока.

Нужно ловить момент - время действовать. Наш выход.

Я с Миэрой, и с Гр не бьём войску противника в тыл. Другие союзники и так прекрасно справляются. У нас есть цель - послаще, пожирнее, поважнее. Делаем резкий рывок в сторону Родильной Камеры противника.

Первой добирается Миэра. Вгрызается в Биологические фабрики. Успевает разорвать три из них, к моменту, когда подходим мы с Гр. Наша цель - лишить противника подкрепления, и максимально ослабить.

Все войско противника, дерущееся на границе химического шторма, разворачивается и течет назад. Начинается резня. Союзники рвут и поглощают бойцов противника. Они не оказывают никакого сопротивления. Союзники бьют в спины бойцам противника. Тем все равно - спешат на помощь Родильной Камере.

На голову Родильной Камере противника начинают сыпаться камни. Они облеплены разными боевыми организмами. Цаорани, - так зовут авиатора, - времени зря не теряет. Он не ждет приказа, он все делает самостоятельно. Успевает расплодить особенно забористые вирусы, и одноклеточные организмы.

Сам Цаорани не стоит в сторонке. Когда заканчивается последний каменный снаряд, пикирует на голову Родильной Камеры противника и начинает наносить ей повреждения. Вовремя перенаправляю его бойцовский азарт на биологические фабрики. Теперь рвём их уже вчетвером.

Все что производят биофабрики, теперь охотится только на нас четверых. Подкрепление с фронтов не успевает прийти на помощь Родильной Камере - уничтожено союзниками. Они также присоединяются к истреблению биофабрик.

Победа кажется близкой и манит своей короткой юбкой, когда на поле боя выходят разумные.

- Хозяин, у нас гости. – В голосе Миэры не капельки паники. Она искренне рада достойному противнику.

Отвлекаюсь от управления войском и наблюдению за боевой обстановкой - начинаю осматриваться. Быстро нахожу гостей. Они особо и не прячутся.

Да, именно разумные - несколько. За противником стоят рабы. Их много - около тридцати. И я не уверен, вижу ли всех, или остальные где-то спрятались. А может это первые добравшиеся, и остальные на подходе?

Каждый представляет собой большой шарообразный организм. За каждым, войско многоклеточных организмов. Теперь они не будут дохнуть как глупые марионетки.

Волна.

Сразу вычислю главного. Вокруг него крутится три хоровода из Теней. Ни у кого из противников нет такого внушительного эскорта. Есть четырнадцать - это у двоих. Видимо особо доверенные рабы. Есть из семи - это среднее звено, таких всего пятеро. Ну а большая часть из разумных противника вообще не обладают «Теневым» сопровождением.

Шарообразные организмы, парят над поверхностью. Некоторые из бойцов тоже - пытаются прятаться в невидимости, но я и союзники, прекрасно их видим. Вокруг каждого из разумных противников бегают по кругу и танцуют, уже виденные мной раньше, пентаграммы. Также всех окружает защитное поле.

Они наваливаются всем скопом. Откуда взялись - непонятно. Только что нет, и в следующий момент уже вгрызаются в наши боевые порядки, и начинают терять своих неразумных бойцов.

Бойцы из них так себе - не смогли слить ни кого из союзников. Но армии потрепали изрядно. Приходится отойти на прежние позиции. Отходим не далеко. Все еще находимся на чистой территории, где не беснуется химический шторм.

Есть определённые успехи - мне с союзниками удаётся, уничтожит более половины биофабрик. Но еще добрая сотня производств, продолжает штамповать бойцов.

- Анги.

- Да?

Она все еще находится в «Веретене». В восторге от новой игрушки. Но «Веретено» хоть и может передвигаться, но особой скоростью не отличается. Поэтому она не участвует в боевых действиях. Боюсь, - в один прекрасный момент не успеет вовремя отступить. Терять такой прекрасный инструмент не намерен. Сейчас Анги со своей игрушкой выступает в роли тылового обеспечения. Она рвется в бой. Это слышно по еле-еле недовольному тону. Большее недовольство не осмеливается демонстрировать - «Контракт» не позволяет.

- Отводи «Веретено» назад, в химический шторм.

- Поняла, сделаю.

- Мы все тоже туда отступаем. За пополнением.

Переходим на территорию химического шторма - спешим к ближайшей «Базе». По дороге хватаем спящие армии. После бойни не так уж и много осталось, а новые еще не успели добраться.

- 7.2.3.6.?

- Тут.

- Образцы проекторов силовых щитов взял?

- Конечно же, и не только их.

- Отлично. Беги к Родильной Камере. Мне нужны брандеры закрытые такими щитами. Чтоб они с легкостью добирались до Родильной Камеры противника. Несмотря на сопротивление.

- Понял, сделаю. И еще пару сюрпризов подготовлю.

- Г.Р.Ж.?

- Г.Р.Ж. говорит. Тут.

- Как там дела с отростком Родильной Камеры?

- Г.Р.Ж. говорит. Добрался до конца. Выпустил вирусы. Будь прокляты их создатели. Удалось понять, что в конце отростка.

- И что там?

- Г.Р.Ж. говорит. На конце отростка большая живая камера. В её центре ядро Родильной Камеры.

- Считать информацию можешь?

- Г.Р.Ж. говорит. Нет. Уже пытался, заполнил весь объём памяти, считывающего организма. Но все считать не получается. Нужно или очень много таких организмов, или другой считыватель, более вместительный.

- Тебя не заметили?

- Г.Р.Ж. говорит. Нет, не заметили, ни когда вирусы пускал, ни когда считыватель подсоединял.

- 7.2.3.6.?

- Понял, уже делаю.

- Г.Р.Ж. не отсвечивай. Постарайся, чтоб вообще не заметили.

- Г.Р.Ж. говорит. Мне понадобится помощь, нужно завалить вход в тоннель, который я прорыл. Мне бы сюда еще «Базу» на всякий случай.

- Будет тебе база. Но сначала завалим тоннель. Ты прокопай еще один, но только в сторону нашего ареала.

- Г.Р.Ж. говорит. Будет сделано. А то я уже тут скучать начал. Может в сторону нижнего биома?

- Нет. Не нужно светить этим местом. Если противник найдет твой тоннель, то он сразу узнает о нижнем биоме, а там, и до нашей Родильной Камеры недалеко.

- Г.Р.Ж. говорит. Логично. Копаю в сторону ареала.

- Новичок, тот который бросал брандеры за стену. У тебя как дела?

- Сижу. Жду. Противник меня не замечает. Несколько раз неподалёку проплывали шары в окружении Теней. Не заметили.

- Тебя как звать?

- Тамб ро Канб ро Винб ро Губибус ро…

Уже перестали удивлять длиннющие имена союзников. Разница культур, пропасть между мировоззрениями, дичайшие традиции - все это есть, и от этого никуда не деться. Вот и сейчас терпеливо дожидаюсь, когда новичок закончит. Благо время терпит.

- Буду называть тебя Тамб, или тебе лучше Ро?

- Лучше Тамб. – Сказал очень быстро, выдал себя. Ему очень не хочется называться «Ро».

- Договорились. – Не сдерживааю любопытства, - А что в твоём имени значит слово «Ро»?

- Это старое слово моего народа. Переводы везде разнятся. Но самое близкое определение – «Убивший и надругавшийся над останками». Такую приставку к имени получают на поединках Чести и Достоинства. Я убил и надругался над останками Камба, Вимба, Губибуса, Трамба и всех кого перечислил. Я не достоин, называться «Ро». Меня не поймут.

- Все я тебя понял.

Уже жалею, что задал Тамбу вопрос. Хоть интерес и удовлетворил, но осадок остался.

- Цаорани ты где? – Морально приготовился к очередной порции «бульканья».

- Над. Противником. Он. Меня. Не. Достаёт. Но. Видит. Что. Делать?