Игорь Чиркунов – Проект ИКАР. Накануне закрытой беты (страница 51)

— Хотели укатать старика, салаги!

— Так не честно! — возмутился красный «брат», — Ты отвисался в динамике, пока мы, как честные тестировщики палили дыхалку.

— Так это ж не я предложил погоняться в долине! Сами и напросились!

— Да чё случилось то? — Рыжего раздирало любопытство

— Чего-чего, — пробурчал синий, — угробил нас старый, и издевается.

И отправился к окну раздачи.

— Подбили старика погоняться в долине, — пояснил Борисыч, — думали загнать меня подальше от склонов, чтоб там и сдох, а сами свалить поскорее обратно в динамик. Черта лысого вам, сопляки. Вас еще в проекте не было, а ваши родители еще в школе «мама мыла раму» писали, когда я уже в воздух поднимался.

— В общем, — обвел нас взглядом красный, — не дотянули мы до динамика, не рассчитали. Шкалы обнулились, и все! А этот ... хрен старый, долетел-таки до склона. Возле камня и встретил, с ехидной улыбочкой!

И отправился за первым «братом».

Борисыч же устроился за одним столиком с Рыжим-Орланом.

— А тут у вас что за брифинг? Или секретно? Там мы уйдем, только скажите

— Старый, тебе что-нить взять? — донеслось от окна раздачи.

— Ну прихватите чего-нибудь старшему товарищу, — отозвался тот.

— Ничего секретного. Обсуждаем, не много ли времени занимает обучение полетам, — ответил я на вопрос Борисыча.

— По-моему, нормально, — утвердительно качнул головой старый пилот, — летать — дело не для всех! Не для слабаков!

— Борисыч, — с укоризной посмотрела на него Майка, — мы же не в реале. Здесь игра! — она обвела вокруг себя рукой, — Поймите же вы все, игра — это коммерческий проект. Приносит она деньги тем, кто все это затеял — она есть, не приносит — закрыли лавочку, и всем «пока». — девушка изобразила рукой прощальный жест.

— Так уж и «пока», — насупился старик, — с чего ей деньги не приносить? Народ идет, как крысы под дудочку, денежку тащат. Сейчас мы икаров доведем до ума, еще народ подвалит. Это ж полет! Это ж вам не дурацкими железками размахивать!

На счет «дурацких железок» у меня было другое мнение, но я промолчал.

— Хорошо, смотрите, — со вздохом продолжила пояснять Майка, — представьте, повелся чел на рекламу, взял себе крылатого персонажа, вошел в игру, мечтая как он с небес будет всех «нагибать», начал осваивать. И что? И тут выясняется, что научится летать он, при хороших раскладах — только через неделю, если не больше!

— Постой, какая неделя? — подошли к нам Чук с Геком. Один из них, я так и не запомнил, кто из них кто, принес сразу два подноса, поставил второй Борисычу.

— Неделя, или больше! Не забывайте, что это мы, тестировщики можем посвятить игре почти все свое время. Большинство пользователей должны еще и на работу ходить, чтоб тот же самый доступ оплачивать.

— Подумаешь, неделя! — Борисыч отхлебнул из стакана, — Я пять лет учился, и то потом в части доучивали. Хочешь летать, считай учиться всю жизнь. А как научился... — пожилой икар погрустнел, добавил тише, — пора и на пенсию.

— Борисыч, миленький, — Майка прижала обе руки к груди, — мы все тебя здесь очень любим, и уважаем твой опыт. Но пойми же ты наконец, как тут у нас все устроено. Сначала владельцы игры с удивлением увидят странную статистику: новая раса, в разработку которой вбуханы тонны денег, не пользуется популярностью. То есть люди, посмотрев красивую рекламу, конечно, берут себе крылатого перса. Но только через пару дней уходят на рерол... А потом посыплются жалобы.

— «В это невозможно играть»! «Нас кинули!» — поддержал Майку молчавший до этого Орлан

— Да, — кивнула ему девушка, — именно так. А потом... потом икаров просто прикроют! Ресурсы они жрут, а отдача нулевая. Всем крылатым скажут «извините», и пойдем мы кто в маги, кто в воины.

— Ну уж нет, — скрипнул зубами Борисыч, — я всю жизнь летаю, мне стезю менять поздно. Закроют здесь, пойду вон, на консоли летать. Хоть на экранчике, но полет не брошу!

А я вспомнил еще одного человека, который говорил, что без полетов ему не жить. Эх, Феникс, Феникс, втравил ты меня в историю

Глава 23 Поворотики

Из таверны я вышел со сложными чувствами. С одной стороны, что мне до этих икаров? Во-первых, скоро альфа-тест кончится, вернее перейдет в следующую стадию, и моего ухода никто не заметит. То есть ни Феникса, ни Глеба я тем самым не подставлю. Во-вторых, я в полушаге от того, чтоб доказать «крылатым снобам», что я не хуже их, что я тоже что-то могу и полет — это не только их прерогатива! А значит, и этот сдерживающий фактор вот-вот отвалится: полетел, доказал, прежде всего самому себе, что не слабак, следовательно... Я даже прикрыл глаза, представив как рука сжимает рукоять, мысленно выполнил несколько движений... А вот и вражеский меч, принятый на поднятый в квинте клинок и тут же переход в атаку. Эх...

— Что улыбаешься? — спросила шагающая рядом Майка.

Я не ответил. С другой стороны... Вздохнул, челюсти сжались, почувствовал, как брови поползли к переносице: для двух моих друзей икары были жизнью и уйти сейчас, все равно что бросить в трудную минуту.

Даже для трех — конечно назвать Борисыча своим другом слишком смело, но старый пилот вызывал огромное уважение.

— Не хмурься, отлично летел. Сейчас закрепим, и к обеду станешь полноценным икаром!

Майка поняла мои гримасы по-своему.

Ну да, еще и это... Вот радоваться мне или нет? Я же вроде полетел? Или это еще не полет?

Вновь, не переставая шагать прикрыл глаза... Водопадом обрушились эмоции. Неужели это я? Неужели и правду лечу?! Подо мной земля, пусть недалеко, но я над ней, и ни что меня не держит, кроме ветра под крыльями! Почему-то мелькнули давно забытые детские мечты. Ах да, еще во сне мне иногда снилось, что я высоко в небе, раскинул руки и парю от одного облака к другому... Господи, как же описать то, что я чувствовал тогда во сне, и сейчас, буквально полчаса назад?! Сердце сжалось от невозможности выразить ощущения и чувства, что заполнили мою грудь.

— Рус, ты похож на идиота с этой блаженной улыбкой. С тобой точно все в порядке?

Я взглянул на Майку. В глазах — ироничные бесенята. Хм, точно! Полет — это как секс: пока не попробовал объяснять бессмысленно! Но зато потом... Для некоторых так вообще превращается в смысл жизни. Да и для остальных, явно не рутина!

Внезапно захотелось схватить Майку в охапку, закружить, поцеловать, ... Стоп-стоп-стоп! Я с силой выдохнул и потряс головой прогоняя желание. Веточка, черт возьми, ну где тебя носит!

— Да что с тобой происходит-то?

— Нормально все, — с усмешкой отмахнулся, — не бери в голову. Слушай... А с чем ты можешь сравнить полет?

Похоже мне удалось озадачить девушку. Мы почти дошли до Лягушатника, оставалось пройти меж валунами, когда Майка остановилась.

— Представляешь? Я даже не знаю! Сложно подобрать ощущение или переживание... Вот! Ты когда-нибудь видел рассвет над морем?

— Да. Я же говорил, у моего брата есть яхта, да и мужа сестры. Они брали меня с собой.

— Или тогда в горах? — девушка сердито выдохнула, видимо не на такой ответ рассчитывала, — впрочем не важно! Главное, — продолжила с увлеченным напором, — представь, что ты пытаешься рассказать это слепому от рождения! Как это описать? И как передать, какая буря чувств тебя при этом переполняет. Вот как?

Мы встретились глазами, девчонка улыбнулась, приглашающе махнула рукой. Мы снова оказались в Лягушатнике.

— Смотри, Русик, твоя проблема — не эффективный мах.

Снова я на вершине пирамидки, или вернее — пьедестала из четырех валунов, образующих ступеньки. Майка расхаживает взад-вперед внизу, с видом профессора на лекции. Вид на нее сверху ... скажу так: привлекательный.

— Ты слушаешь меня?

Поспешно закивал головой.

— Так вот, ты машешь сильно, я бы даже сказала — резко, но неправильно.

— Да как так? Я же летел? Я же набирал высоту махами? Значит все норм! У меня получается.

— Блин, Рус, ты не набирал высоту, ты ее сохранял. Разницу улавливаешь?

Теоретически да.

— Вижу скепсис на лице. Как же тебе объяснить... О! Ты же плавал? В смысле — в плавь, — она изобразила гребок руками.

— Да

— Вот! И здесь почти так же. Видел когда-нибудь, как какой-нибудь спортзальный или пляжный мачо, — сколько же иронии в этом «мачо»! — изображает плаванье кролем? Вернее, — девушка усмехнулась, — это он считает, что кролем. Загребает себе изо всех сил, машет своими накаченными ручонками... При этом голова всегда над водой, из-за этого ноги утонули, короче — дури много, результата ноль: брызги во все стороны, волну гонит... А стоит встать на соседней дорожке, и поплыть в пол силы но технично, как этот «пловец» сдувается.

— Знакомо

— Вот! — Майка воздела к небу указующий перст, — Сильно, не значит эффективно!

— То есть у меня также? Дури много, результата нет?

— Не льсти себе, — скривилась наставница, — у тебя пока и сил-то никаких. Но в целом мыслишь верно: ты очень неэффективно расходуешь выносливость в маховом полете.

— И что делать?

— Учиться Русик. Учиться.

— Окей, наставник!