Игорь Черепнев – Бешеный прапорщик (сборник) (страница 291)
— Денис Анатольевич?.. Добрый вечер, голубчик!.. Какими судьбами?.. Откуда?..
— Здравствуйте, Александр Михайлович! Заслужил в качестве поощрения отпуск к семье… Извините, что без приглашения, надеюсь, не стесню?..
Дальше продолжить разговор нам мешает молодое поколение. Сашка с восторгом подскакивает ко мне:
— Здравствуйте, Денис Анатольевич!!!
Матюша, стеснительно улыбаясь, с секундный задержкой дублирует ту же фразу.
— Здравствуйте, молодые люди!..
— Здоров будь, Командир! — Сзади раздается голос неслышно появившегося из ниоткуда Семёна.
— И тебе поздорову, земляк-сибиряк! — Закончив ритуал традиционными мужскими рукопожатиями, причем разрешая юношеству участвовать в этом наравне со взрослыми, рассаживаемся в беседке. Александр Михайлович сразу сообщает мне интересную новость:
— Даша с супругой ушли на прогулку, должны вернуться через полчаса…
И этимзаставляет всё внутри похолодеть! А если с ними… Если этот урод сейчас… Нет, холодная логика подсказывает что со стороны противника опрометчивых действий пока не последует. Слава Богу — не то время, чтобы посреди бела дня на улице кого-то похищали… Или убивали. Но для некоторых, гадом буду, оно теперь скоро наступит!..Вымучиваю на лице вежливую улыбку:
— Что ж, жаль… Тогда разрешите пока вручить всем присутствующим маленькие сувениры.
Александру Михайловичу достается один из трофейныхнесессеров, небольшая такая шкатулка, обтянутая кожей, с золингеновской бритвой и прочими приспособами для бритья, которую он принимает с понимающей улыбкой. Александр-младший и Матвей получает по швейцарскому складному ножу, один из которых достался мне в качестве трофея, а другой Котяра якобы для себя выменял у кого-то из бойцов на кучу ненужных мне зажигалок. А теперь… Давно вынашивал эту идею, потом офицерское собрание батальона приняло решение воплотить в жизнь…
— Семён, а это — тебе. На память. — Вручаю сибиряку подарочный вариант «оборотня» — кожаные ножны, наборная ручка из бересты, на торце бронзового навершия — маленький серебряный крестик, повторяющий форму Георгиевского, на полированном лезвии — надписи. На одной стороне — «Семёнъ Игнатовъ», на другой — «1-й отдЪльный Нарочанскiй батальонъ» и крестик оптического прицела на фоне пикельхельма. Семён поднимает на меня, как мне показалось, повлажневшие глаза, молчит несколько секунд, теребя ножны, затем хрипло произносит:
— Спаси тебя Бог, Командир…
Сентиментальность прерывается нетерпением подрастающего поколения, которое уже позабыв про свежеподаренные «Виктории», рвется посмотреть Семёнов клинок, клянча наперебой. Сибиряк останавливает их короткой фразой:
— А ну-ка, вьюноши, выворачивай карманы! — Затем, покопавшись у себя, достает старый затертый рубль и протягивает мне, отвечая на моё непонимание. — Примета такая, Командир, нельзя ножи дарить без отдарка. Судьба порезанная будет. Возьми вот…
Сашка стремглав несется в дом, а Матюша протягивает мне позеленевший от времени медный пятак, смущенно оправдываясь:
— Нету у меня монетки более, а бумажки, небось, не считаются…
Александр-младший снова появляется среди нас и, запыхавшись в суматохе, отдает мне блестящий серебряный двугривенный, сопровождая это единственным словом:
— Вот!!!
Следом за ним, желая выяснить причинуи виновника переполоха, появляется пушистая королева Муня. Оглядев присутствующих своими загадочными глазищами и не найдя ничего сверхъестественного, кошка презрительно зевает в нашу сторону, грациозно потягивается, сначала приседая на передние лапки, а потом делая спинку горбиком. После чего величаво подходит ближе, трется щекой о мой сапог, будто говоря, что признала и помнит брата по крови и, не торопясь, уходит обратно в дом.
Самовар уже вовсю пыхтит, я рассказываю официальную версию последних событий на Западном фронте, ловя восторженные и уважительные взгляды мальчишек, направленные на Владимира в воротнике. Программу «Последние новости» прерывает стук калитки. И тут же следующий за ним звонкий лай Боя и радостный возглас:
— Боже!..Денис!..Ты приехал!..
Дашины руки уже на моей шее, подхватываю ее, и даже небольшой кругленький животик не мешает нам крепко-крепко обняться. Ну, и также крепко сделать ещё кое-что…Но, благодаря деликатному покашливанию присутствующих, вспоминаем о правилах приличия и спускаемся с небес на землю.
— Полина Артемьевна, моё почтение! Простите за нежданный визит!..
— Здравствуйте, Денис Анатольевич! — Тёща добродушно и немного укоризненно улыбается. — Наконец-то вспомнили про семью?.. Я понимаю, что Вы — человек военный, но почта же регулярно работает…
— Да, дорогой мой, ты почему не написал мне ни одного письма за последнюю неделю? — Моя ненаглядная тут же шутливо развивает тему в винительном падеже. — Конверты кончились, или карандаш сломался?
— Ну, не совсем. Просто некогда было. Навалилась куча дел — не вздохнуть, не продохнуть. Пришлось работать по двадцать пять часов в сутки…
— Денис Анатольевич, в сутках, между прочим, двадцать четыре часа! — Александр-младший делает вид, что покупается на старый прикол и вставляет свою реплику под улыбки присутствующих.
— Да, но я вставал на час раньше! — Возмущенно довожу мини-спектакль до конца. — В результате начальство заметило моё служебное рвение и…
Демонстративно поправляю воротник, чтобы дать дамамзаметить некоторые изменения во внешнем виде. Пережидаю последующие восхищенные ахи и охи, и на град любопытных вопросов отвечаю недоумённым встречным:
— А что, в газетах разве не писали о прорыве фронта под Барановичами?..
— Ну, что ж, давайте уже попьем чаю. — Полина Артемьевна объявляет конец пикировке и приглашает всех к столу. По пути ещё раз залезаю в дорожную сумкуи достаю подношения дамам. Большую коробку с шоколадом от Жоржа Бормана — тёще, и двухфунтовую жестянку с самой лучшей арабикой, которую можно было достать в Минске для моей любимой…
Посреди застольной болтовни вдруг всплывает новость, заставляющая моментально напрячься и при этом постараться не подать виду, что происходит что-то нехорошее!
— …вчера с визитом незнакомый чиновник. Служит в Петрограде по линии Красного Креста. — Персонально для меня рассказывает Полина Артемовна. — Он прибыл в Гомель со специальным поручением. Великая княжна Ольга Николаевна предлагает Даше помочь устроиться в одной из столичных клиник…
Твою мать!!!..Петр Всеславович угадал на все сто!.. Или это — совпадение?.. Княжна, типа, по старой дружбе решила облагодетельствовать?.. Ну, тогда сначала или посоветовалась бы, или хотя бы поставила меня в известность… Не бывает таких совпадений!..
— … даже написала письмо! Представляете, Денис Анатольевич, августейшие особы пишут нам!..
— Простите, Полина Артемьевна, а можно посмотреть на эту реликвию?
— Да, конечно! Саша, будь добр, принеси, пожалуйста, бумаги из шкатулки…
Шурик убегает в дом, но быстро возвращается с небольшим конвертом, который передаёт мне… Пахнет «Букетом Императрицы». Но это еще ни о чем не говорит… Так… Милейшая Дарья Александровна… Бла-бла-бла… Будучи шефом батальона которым командует Ваш супруг… Считаю своим долгом… Учитывая, сколь многим ему обязана… Ля-ля-ля… В одной из акушерских клиник Петрограда… И подпись — В. кн. О.Н… Хорошо придумали, учитывая, что почерк отправителя вряд ли известен адресату!
— Да, это — действительно настоящая реликвия! — Через силу улыбаясь, возвращаю письмо.
— К сожалению, его придется отдать. — Чуть огорченно сообщает тёща. — Кирилл Иннокентьевич…Ну, этот самый чиновник предупредил, что его надо будет вернуть, дабы не возникало предпосылок к различным ненужным сплетням в обществе. Что ни говори, авторитет Императорской семьи сейчас не на высоте.
— Скажите, а когда этот господин основа обещал зайти?
— Завтра. Сказал, что нам нужно время все обдумать и принять решение. Был так вежлив и обходителен, чувствуется светское воспитание…
— Денис, я вижу ты, как и папа, недоволен этим предложением? — Даша вопросительно смотрит на меня. — Его я могу понять — он не хочет отправлять нас одних. А если ехать всем, придётся оставить службу. А ты почему?
— Дашенька, я — не против! — Успокаиваю супругу. — Просто я приехал сюда с аналогичным предложением. Но от академика Павлова. Понятное дело, что столичные клиники — это, конечно, не земская больница, не военный госпиталь, и не уровень медицины уездного города. Но ведь ты сама видела, что самое передовое оборудование и лучшие врачи — у него в Институте. Тем более, что в моём случае никому не придется особо жаловаться. — Достаю конверт с письмом Ивана Петровича, адресованным тестю и протягиваю ему. — Александр Михайлович, Вам и Михаилу Семёновичу академик Павлов предлагает руководство строящимся заводом по производству…скажем так, различных механизмов, столь необходимых в наше время.
— Но… Это довольно неожиданное предложение. — Инженер достает письмо, пробегает по нему глазами, затемего брови удивлённо поднимаются. — Однако… Да, над этим стоит подумать, и не в одиночку. Поленька, если всё, что тут написано — правда, я думаю, что это решит все проблемы…
— Да что он такого наобещал, Саша? — Полина Артемовна недоуменно смотрит на мужа. — Молочные реки и кисельные берега? Такое бывает лишь в сказках!