Игорь Черепнев – Бешеный прапорщик (сборник) (страница 293)

— Дядь Сём, а что такое «батыга»? — Подает голос любопытный Сашка.

— А это палка недлинная, где-то чуток боле, чем два аршина, а к ней такой нож большой, в локоть, приторочен. Вещь в тайге незаменимая. И тропу расчистить, и дров нарубить, и как оружие.

— Так если дрова рубить, оно же быстро сломается. — Не унимается почемучка. — Лезвие-то к ручке как крепко приделать? Чтоб об поленья не сломать?

— А какие в тайге поленья? — Удивляется Семен. — Там сушняк, что под ногами, — и есть дрова. Это тебе не печку топить дома. А сам нож крепится очень даже крепко. В палке расщеп делается, туда хвостовик и загоняется, а перед этим на палку кожа мокрая с бычьего, аль лосиного хвоста надевается. Когда высыхает, крепче железа становится.

— Но всё равно, что это за оружие, палка с ножом?

— Ты, вьюнош, в тайгу еще не ходил, многого не видел. Тот же Ванька-остяк вон, когда тропу бьет, елку с одного удара перерубает, а пока она до земли летит, ствол еще на пару кусков пластает. А толщины там — с пол ладони. Вот так-то… Ладно, время позднее, шагайте-ка, соколики, спать. А я вот с Денисом Анатоличемешо побалакаю малость.

Дожидаюсь, пока парни исчезнут за дверью и с языка срывается очень волнующий меня вопрос:

— Ну, что, Семен, как тут дела?

— Было всё тихо, Командир, да пять дён назад гостюшки незваные объявились. Самым первым — лотошник, калачами да булками торговать повадился. — Семен невесело усмехается, затем продолжает. — Товар у него стоящий, да только очень уж похожий на тот, что в булошной с два квартала отсель продается. Я туда сходил, похвастался, што соперник у них появился, тут хозяин мне всё и выложил, мол, лотошник этот у него и закупается. И получается, торгует себе в убыток… И всё глазками своими колючими в сторону дома постреливает. Я Матвея стал к нему подсылать за калачами, а этот спрашивать начал что, да как. Кто живет, что делают, ну и всё такое… Аешоофицерик драгунский, поручик, нарисовался. И барышня, вроде на швею, аль на служанку похожая. И гуляет этая парочка по нескольку раз в день мимо забора. За нее не скажу, а драгунчик — точно ряженый. На нем форма, как на корове седло, сидит. И точно также глазками в сторону дома стреляют…

— А еще похожего офицера я видел на днях в компании с одной известной нам всем личностью. — Голос вышедшего на крыльцо тестя заставляет вздрогнуть от неожиданности. — Не удивляйтесь, Денис Анатольевич, Семен ввел меня в курс дела после моих настойчивых расспросов.

— Ну, так не чужой же человек, да и вцепился, как клещ. — Вполголоса виновато бормочет сибиряк.

— Известная личность, насколько я понимаю, это — Вольдемар?

Александр Михайлович согласно кивает головой и продолжает:

— И ведет он себя довольно странно. То чуть ли не отворачивался при встрече, а тут такой вежливый стал, делами интересуется, Дашиным здоровьем… когда Вы появитесь, спрашивал. И видели мы его, когда гуляли в парке, пару раз с каким-то офицером и барышней, похожей на белошвейку. В летнем кафе…

— Так, понятно. Наверное, зря я его тогда пожалел…

— Нет, Денис Анатольевич, не зря. Гомель — городок небольшой, а этот тип довольно популярен среди местного бомонда. В первую очередь, как организатор взаимовыгодных дел… Скажите мне, дорогой зять, почему вдруг такая шумиха вокруг Вас? Кому-то перешли дорогу?

— И да, и нет. Кое-кому очень хочется, чтобы я был игрушкой в его руках.

— Но зачем? И кому?

— Затем, что имея в распоряжении мой батальон и его командира в качестве послушного исполнителя, можно таких дров наломать… А что касается «Кому?» — имя Александр Иванович Гучков Вам о чем-нибудь говорит?

— Однако!.. — Тесть не скрывает своего удивления. — Высоко взлетели, Денис Анатольевич… И что собираетесь теперь делать?

— Как уже говорил, отправить вас всех в безопасное место.

— К академику Павлову в его Институт? Думаете, такая всемогущая фигура, как Гучков не сможет туда дотянуться? Сомнительно…

— Александр Михайлович, прошу поверить мне на слово, эта всемогущая фигура и его люди могут появиться в Институте только в качестве безнадежных пациентов.

— Что, даже с полицией, или там еще с кем-то, не смогут сделать так, как захотят? — Тестю все еще не верится в сказанное.

— Да хоть с кем… — Улыбается молчавший до сих пор Семен. — Поедут… И не доедут. Я там был — места глухие, леса дремучие. Утянут их лешие с кикиморами к себе в чащобу, и поминай, как звали…

Ну да, ну да, особенно, если лешие будут в лохматках, а в руках — «оборотни» и ПП 15–02. Например…

— Ну, хорошо. — Инженер оставляет планы на будущее в покое. — А сейчас что будем делать? Может, Вы просто заберете Дашу с собой и немедленно уедете?

— Александр Михайлович, я заберу и Дашу, и всех вас. Но мне нужен этот Кирилл Иннокентьевич. С ним тоже хотят пообщаться… некие достаточно могущественные персоны. И, поверьте, это не есть цель моего приезда — ловить кого-то, используя близких мне людей, как приманку. Просто совпало одно к одному.

— … Хорошо, я Вам верю. Как чувствовал, отпросился назавтра со службы. И Мишу попросил… Что думаете делать?

— С утра встречу на вокзале друзей, постараюсь узнать, где этот чинуша обитает… И, возможно, нанесем ему визит. Хотя эта мышиная возня вокруг дома мне очень не нравится.

— Так, может, дождаться его здесь? Он обещался быть завтра, чтобы получить ответ. — Тесть вопросительно смотрит на меня. — Нас будет пять… шесть вооруженных мужчин, не думаю, что он решится на что-то этакое.

— А как объяснить все нашим дамам? — Честно говоря, этот вопрос волнует меня больше всего.

— Полина Артемьевна уже в курсе всех дел. А что сказать Даше?.. Вам решать. Я думаю, что правду, Денис Анатольевич…

На вокзал я приехал заранее и, пока поезд не пришел, заглянул в одно местечко. Называемое жандармским отделением. Как-никак, помимо всего прочего выполняли господа функции комендатуры, и надо было «встать на учет». Дежуривший там корнет, индифферентно задав несколько вопросов и сделав у себя в гроссбухе соответствующие записи, сообщает, что более господина капитана задерживать и тратить драгоценные секунды его отпуска не осмеливается и тут же отпрашивается у сидевшего за соседним столом поручика отлучиться на несколько минут, типа, за папиросами. Тот, абсолютно случайно показав пальцем на приоткрытую дверь в кабинет начальника, заговорщецки мне подмигивает и отпускает подчиненного. Отойдя сотню метров в сторону мастерских, сворачиваю в неприметный закуток между складами и дожидаюсь вышеупомянутого корнета МишенькуКаменского, знакомого еще с «курсов повышения квалификации» на базе.

— Здравствуйте, Денис Анатольевич. Мои поздравления. — Корнет кивает на новенькийорден.

— Доброго утра Вам, Михаил Павлович. Чем порадуете?

— Интересующее Вас лицо прибыло три дня назад, остановилось в «Савое», вчера согласно полученным из столицы инструкциям ему незамедлительно предоставлено в распоряжение купе первого класса на сегодняшний поезд до Петрограда. На три часа пополудни. В городе данный господин встречался с несколькими местными представителями Земгора и прибывшим незадолго до него поручиком Овсиевским, личность которого, честно говоря, вызывает подозрения. Кавалерийский офицер, спотыкающийся о свои ножны — это нонсенс, но документы в порядке…Чем мы можем еще быть Вам полезны?

— Мне нужно, чтобы кто-нибудь на всякий случай в районе часов двух был недалеко от дома инженера Филатова. Повторюсь — недалеко и незаметно. Остальное сделаем своими силами. Утренний поезд, если не ошибаюсь, прибудет минут через десять?

— Да. Если не секрет, кого встречаете? — Юношу разбирает любопытство, но заметив мою улыбку, пытается отмазаться по-взрослому. — Спрашиваю исключительно в интересах дела.

— Хорошо, исключительно в интересах дела сообщаю, что прибывают штаб-ротмистр Дольский и, если мне не изменяет память, Ваш бывший инструктор по рукопашному бою.

— Михалыч?!

— Именно так. Хорунжий Митяев. Всё, прошу простить, Михаил Павлович, мне пора. Передайте мое почтение поручику Незнамову…

Даша очень обрадовалась приезду старых друзей, но причина их появления несколько сбавила накал эмоций…

— Денис, что за глупый розыгрыш?! Этого не может быть!.. — Моя ненаглядная с явным недоверием смотрит на меня.

— Любимая, это — не розыгрыш. Сейчас некоторым господам очень нужно, чтобы я плясал под их дудку.

— А ты сам под чью хочешь плясать?

— Императора, Великой княжны Ольги, Великого князя Михаила… и генерала Келлера. Хотя с ним мы, скорее, коллеги.

— Но почему? Почему именно ты?

— Дашенька, ты помнишь, что я тебе рассказывал… о будущем? Хоть сейчас всё уже несколько по-другому, главные фигуранты остались те же. В тот раз генерал Иванов не дошел до Питера. А мы не только дойдем, но и наведем там порядок. Такой, что революции никому больше не захочется. Точнее, не революции, а переворота. И тот же Гучков, будь он неладен, прекрасно это понимая, хочет, если не переманить меня на свою сторону, то хотя бы обезвредить.

— Денис, я тебе верю, но… Всё это так странно… Предложение Великой княжны, чиновник этот…

— Ты знаешь почерк Ольги Николаевны? Нет, и я не знаю. Бумага всё стерпит. Главное — выманить тебя из дома. Не буду говорить как, но я узнал, что на сегодня у него заказано купе. Значит, он не остановится ни перед чем, чтобы посадить тебя на поезд. А там ты уже ничего не сможешь сделать… Я вижу, что ты всё еще мне не веришь. Давай сделаем так… Мы спрячемся и будем наготове. Если после отказа он распрощается и уйдет, я ничего не буду предпринимать. И никто ничего не узнает…