Игорь Богатырев – Гиперборея Юры Гагарина. Поехали! (страница 43)

Стиль боя Ивана был стремительным, грубым и напористым. Мне же достался тактик: Илья умело блокировал первую серию из трёх ударов и даже не стал поддаваться на уловку, которой я хотел выманить его на контратаку. Нападать он не торопился и играл от защиты, прощупывая мои слабые места. Хорошая тактика — парень весил килограмм на десять меньше меня и, вероятно, решил, что с выносливостью у него получше.

Что ж, посмотрим. Я начал серию атак в ломаном ритме. Простейшие удары, но замахи с задержкой, либо наоборот, слишком короткие, чтобы нанести серьёзный урон, но слишком быстрые, чтобы отбить. Один такой тычок в плечо Илья пропустил, после чего отбросил свои попытки контратаковать и ушёл в ещё более глухую оборону.

Плавно отходя, он развернул меня лицом к солнцу, пробивающемуся сквозь широкие окна под потолком, и, пользуясь моей ограниченной видимостью, пошёл в атаку. Удары как по учебнику, ритмичные, мощные, напористые. Я начал поддаваться, периодически отступая на пару шагов, напор противника усилился.

К моей радости, противник заигрался и стал втупую повторять ротацию — удары следовали в строгом порядке, видать, решил, что со мной уже всё кончено. На третий круг повторений я сместил клинок противника в сторону, с силой толкнул его корпусом и сразу добил подсечкой. Прутков с грохотом упал на спину, но меч из рук не выпустил. Правда, это ему не помогло — моё оружие уже упиралось в его горло.

— Всё.

— Что всё? — переспросил я.

— Сдаюсь я, сдаюсь, — прохрипел Илья. — Хорошо ты меня подловил, для баронского сынка.

— Впредь постарайся подбирать выражения, — я присел на корточки и говорил максимально холодным тоном. — Иначе узнаешь, на что действительно способен баронский сынок.

Не дожидаясь ответа, я поднялся на ноги и протянул руку противнику. Как и ожидалось, помощь он не принял, кое-как поднявшись на ноги самостоятельно.

— Виноградова, подлечишь?

— Пусть тебя настоящий мужчина лечит, — кивнула Арина в сторону Ивана, — я вам не девочка на побегушках.

— Так значит, ты за них? — безэмоционально пробормотал Илья.

— Я за тех, кто ведёт себя прилично с остальными студентами! — Виноградова хмыкнула и подошла ко мне. — Как ты, Ян?

— Порядок, — улыбнулся я. — Не ссорилась бы ты с Прутковыми из-за нас?

— А кто сказал, что это из-за вас? — девушка пожала плечами. — Просто не люблю выскочек.

— Второй твой поединок, на котором мне довелось побывать! — Громова присела рядом со мной и Роговым. — Признайся, на проигрышные специально меня не приглашаешь?

— Признаться, без тебя я в поединки не ввязываюсь, — усмехнулся я.

— Так всё ради благородной дамы? — Виноградова расплылась в мечтательной улыбке.

— Палками помахали? — к моей великой радости, неловкий разговор прервался появлением Мельника. — Давайте, ребята, покажу вам, как проходит физическая подготовка у нас в академии?

Признаться, я рассчитывал, что дружеский поединок сгладит шероховатости в общении с Прутковыми, но как-то не получилось. Несмотря на то что бой вышел вничью, косых взглядов я с Роговым начал ловить ещё больше. На Диму братья начали посматривать свысока, а на меня то ли с раздражением, то ли с завистью. Оставалось лишь надеяться, что это со временем пройдёт. Впрочем, волновало меня это не сильно. Навалять одному из них у меня получилось, а значит, при необходимости справлюсь снова.

Потратив ещё пару часов на бег, занятия с тренажёрами и прочими спортивными снарядами, все мы порядком утомились. До ужина оставалось ещё пара часов, которые мы провели в башне Искры. Разве что Лиза решила задержаться в библиотеке, а за ней увязалась и Арина.

К вечеру в наших рядах прибавилось ещё трое: парень представился Петром, а девушек звали Маргарита и Настя. Пётр оказался не очень общительным, чему я был несказанно рад, а девчонки отправились в женскую спальню, до ужина я их не видел.

К вечеру пришёл Мельник, приведя к нам ещё двух парней. Они были безродными, так что почти сразу влились в группу Прутковых. Меня настораживало это разделение по социальным группам внутри потока. Я видел подобное раньше, и крайне редко такие шероховатости положительно влияли на продуктивность коллектива. Хотя… не обязательно же всё должно закончиться плохо?

Ужин был вкусным. Количество народа в столовой утроилось, стало шумно, но от этого атмосфера уюта и волшебства почему-то только расцветала, наполняя этот огромный зал жизнью. За столом общались в основном новички. Братья, всегда сидящие чуть поодаль от основного коллектива, обзавелись новыми друзьями, но всё равно выглядели смурнее тучи.

— Ян, друг мой сердечный, — Мельник куда-то отходил и только-только вернулся, — ты покушал?

— Да, — ответил я, вытирая руки салфеткой, — а что?

Парень наклонился поближе и тихо шепнул мне на ухо:

— Тебя вызывают к куратору. И ректор тоже там.

— Проводишь?

— Конечно!

Наскоро распрощавшись с ребятами, я пошёл за Мельником. Гадать, почему меня вызвали, я даже не пытался. Многовато было возможных причин.

— Разрешите войти? — спросил я через дверь после короткого стука.

— Входите! — из кабинета донёсся строгий голос Романовой.

Внутри помещение было довольно узким, но длинным. В конце этого жутковатого «коридора» располагался массивный дубовый стол, за которым сидела Романова. В кресле напротив неё расположилась Распутина, в воздухе витал терпкий аромат кофе.

— Присаживайтесь, Ян Борисович, — Распутина кивнула на кресло рядом со своим. — Как вам академия?

— Впечатляет, Венера Викторовна, — честно ответил я, — сразу чувствуешь себя частью чего-то большего.

— Стараемся, — ректор тепло улыбнулась и отхлебнула кофе из кружки. — Не буду затягивать. Есть ряд вопросов, которые нам троим нужно обсудить. Уделите нам время?

— К вашим услугам.

— Отлично, — Распутина поправила тонкие прямоугольные очки на носу, — во-первых, госпожа Романова доложила нам о возможной заинтересованности Культа Первородных в вашей персоне. Спешу заверить, что благодаря системе магического подавления, расположенной по всей территории академии и её дворовых окрестностей, без ведома ректора либо ограниченного количества людей, надёжно связанных пактом крови, магию применить не выйдет даже у сильнейших магов мира сего. Можете попробовать сами!

— Поверю на слово, — улыбнулся я. На самом деле, эту особенность к вечеру заметили почти все учащиеся — каналы были будто закупорены, а источник мирно дремал.

— Разумеется, у нас есть подземные зоны, предназначенные для магических тренировок, — продолжала Распутина, — но даже они работают с ограничениями магии пространственного перемещения и только после того, как студент получит разрешение на тренировку.

— Звучит прекрасно.

— Теперь о тренировках, — в диалог вступила Романова. — Силами академии, не без помощи моего рода, тебе нашли наставника. Старикан вздорный, немного не в себе и почти не говорит по-русски. Тем не менее это единственный из ныне живущих магов бездны, который согласился откликнуться на наше приглашение. Сегодня ночью он прибудет в столицу, а после завтрака заберёт тебя на первую тренировку.

— Рад слышать, что не придётся ждать понедельника, чтобы начать учиться, — улыбнулся я, — признаться, успел заскучать.

— Слышали мы, как ты скучаешь, Бронин! — глаза Романовой слегка закатились. — Не прошло и дня, уже успел с кем-то подраться?

— Товарищеский фехтовальный поединок, не более.

— Так и запишем, — хищно улыбнулась Романова. Мне сразу представилась толстая папка с моим досье, в которую дознавательница вписывает своим каллиграфическим почерком характеристику «Задира, дебошир».

— Наставник ваш прибудет прямиком из Цинской Империи. — Распутина снова сделала паузу, отхлебнув немного кофе. — Сейчас у нас с ними не самые лучшие дипломатические отношения. Учтите это, Бронин.

— Учту, обещаю.

— По поводу вашего фамильяра, — ректор подняла со стола карточку размером с визитку и вручила мне, — это документы на него, не рекомендую терять. Отныне ваш ворон может свободно перемещаться по всей территории академии, при условии, что не будет причинять вреда окружающим. График посещений у вас будет свободный, но найдите время посетить занятия у Шмелева, он у нас специализируется на развитии фамильяров.

— Обязательно найду время, — пообещал я, — и беседу с Райденом проведу.

— С кем-кем, простите? — удивилась Распутина.

— С фамильяром, его так зовут.

— Поняла-поняла… — Ректор приподняла кружку и заглянула внутрь. Там осталась только гуща. — Ну, ладно, ребятки. Госпожа куратор говорила, что у вас ещё есть что обсудить и, раз уж меня это не касается, я, пожалуй, пойду.

— Приятно было пообщаться, Венера Викторовна, — сказал я, провожая женщину глазами.

— И ещё, Ян, — она остановилась рядом с моим креслом, — будьте так добры, не поддерживайте социальную сегрегацию в рядах собственного потока. Знатные или нет, прежде всего вы будущая опора Империи. Помните об этом.

— Хорошо.

Дождавшись, пока Распутина закроет за собой дверь, Ангелина активировала приватный артефакт и откинулась на спинку кресла, заведя руки за голову.

— Обязательно увидимся, Ян Борисович! — тонким, почти пищащим голосом куратор спародировала утреннюю реплику Лизы.

— Ревнуешь? — удивился я.

— Конечно! — пожала плечами Ангелина. — Но сейчас о другом. Тебе нужно тренировать устойчивость к псионическому воздействию. Ты антимаг, ты должен это уметь! Будем понемногу тренировать тебя каждый вечер. Ну и всегда можно совместить приятное с полезным.