Игорь Богатырев – Гиперборея Юры Гагарина. Поехали! (страница 28)

Нас было примерно поровну, но рост под три метра, длинные лапы, вооруженные массивным оружием, и плотная шкура атакующих ставили нас в затруднительное положение.

Зорин ушёл вбок, принимая на себя кобольда побольше, стараясь развернуть его в сторону, мне же повезло — противник не вышел ростом и в целом был довольно хилый. Правда, это не мешало двухметровой махине доставлять мне целый ворох проблем.

— Гррр-хья-хья! — будто засмеялся отпрыск гиены, принимая мой выпад на блок. В глазах чуть помутнело — при близком контакте запах из пасти был совсем уж трупный.

Этот клинч мог закончиться для меня плохо — разница в весе была явно не в мою пользу. Как следует напитав клинок молнией, я высвободил разряд. Запахло палёной шерстью, противник взвыл и отскочил назад, но сразу же бросился в новую атаку.

Вместо того чтобы просто скинуть удар массивной палицы в сторону или уклониться, я растерялся и принял его на блок. Признаться, мне больше нравилось быть чистильщиком, когда аномальные отродья ещё не научились брать в руки палку, — резкая боль в кистевых суставах чуть не заставила меня выпустить меч, но я чудом его удержал. Подавшись назад, оступился, но меня ловко подхватило приятной, мягкой волной и тут же напитало энергией, боль из суставов прошла. Этой же волной меня закинуло обратно в бой. Спасибо, добрый маг поддержки!

Привкус крови во рту, невыносимая вонь неприятеля и сбитое напрочь дыхание — результат нескольких минут боя, в котором мы пусть и потихоньку перехватывали инициативу, но всё ещё находились в невыгодном положении. Плотность противников, союзников и невозможность полноценно использовать магию — всё это в совокупности сковывало нам руки.

Внезапно, почти неслышный, но невероятно тяжёлый, резонирующий гул разнёсся по полю боя. Враги и союзники мягко осели на землю, мои ноги тоже подкосились. Последнее, что я разглядел перед тем, как вырубиться — несколько фигур в уже знакомых балахонах спешно направлялись в мою сторону.

Я очнулся от мерного покачивания и сильно удивился, обнаружив себя в наручниках, висящим в воздухе. Я висел вниз головой, будто подвешенный за пояс. Ноги и руки безвольно свисали, скованные тяжёлыми наручниками. Антимагический артефакт? Похоже на то. Попытался дотянуться до кулона с оружием — не нашёл. Либо его забрали те, кто меня похитил, либо потерял в бою.

Голову поднять тоже не вышло. Судя по ногам, прикрытым всё теми же тёмно-синими балахонами, рядом со мной шло пять человек. Двое впереди, двое по бокам и один замыкающий. Шли они быстро, чуть ли не срываясь на бег, а я просто левитировал рядом. Пошевелиться почти не мог. Сколько я был в отключке — не знаю, но, судя по брусчатке, мы всё ещё находились в Печоре.

Шли мы долго, в основном окольными путями и узкими переулками. Оно и неудивительно, попадись мы на глаза страже… Было бы здорово! Другого выхода нет — буду кричать, вдруг услышат. Набрал воздуха в грудь и… не смог. Зато получил мощный удар в бочину, от которого в глазах всё помутнело.

— Очнулся-таки! — Мерзкий голос пожилой женщины раздался откуда-то сзади. — Быстро он!

— Следи внимательно! — Тяжёлый мужской бас рявкнул спереди. — Верховная нам головы срежет, если потеряем.

— Та знаю, знаю… — старуха ответила таким тоном, будто слышала это уже раз двадцать. — Слежу я!

Яснее не стало, но чувствовал я, что ничего хорошего со мной сейчас не происходит. Одно понятно наверняка — это не Залесовы. Не тот уровень. Нападение на город — это вам не шутки. Ситуация патовая: не могу ни двигаться толком, ни говорить. Остаётся лишь внимательно слушать и наблюдать.

Попытался переключиться на магическое зрение. Вышло, но очень плохо, с помехами. Какое-то замысловатое плетение в кандалах и заклинание, удерживающее меня за пояс, как я и думал. Бегло оглядел собственную энергосистему — на источнике будто какой-то нарост.

Теперь понятно, почему Райден со мной до сих пор не связался — связи с фамильяром я попросту не чувствовал. Заблокировали, гады. Настолько осведомлены обо мне или просто перестраховываются? Почему похитили именно меня? На самом деле причин полно, но я бы не сказал, что хоть одна из них может оправдать осаду пусть и небольшого, но города.

— Стой, — тихо пробасил главный. Вся процессия резко замерла. — Что-то не так.

Пара массивных ног оказалась прямо перед моим лицом, крепкая хватка сомкнулась на моей шее, но положение не менялось.

— Что ты сделал? — главарь шайки был сильно раздражён и… испуган? — Что ты сделал, мать твою⁈

Говорить я не мог, так что просто пожал плечами, за что получил удар коленом в грудь. Терпимо, но дыхание прервалось. Самое обидное, что не делал я абсолютно ничего.

— Нас засекли, — рявкнул мужик и не размыкая хватки потащил меня за собой куда-то во дворы. — Лучше скинем говнюка, чем попадёмся сами. Адель, жги дом!

Через миг рядом с нами что-то вспыхнуло, разрастаясь до яростного пламени. Моё тело без церемоний швырнули в проём.

Жар ударил в лицо, дым тут же врезался в горло. Я попытался вдохнуть — и будто проглотил угли. Лёгкие взорвались болью, глаза заслезились, мир вокруг стал красно-чёрным.

Вокруг всё трещало. Я кое-как пополз к выходу, но ноги не слушались, руки скользили по раскалённым доскам.

Где-то наверху оглушительно хрустнуло, и на спину обрушился обугленный брус. Воздух выбило из лёгких, меня пригвоздило к полу.

Запах горелых волос и плоти смешался с дымом, забил рот и нос, мысли путались, а в глазах окончательно потемнело. Последнее, что я услышал сквозь гул в ушах, были крики снаружи — резкие, встревоженные. Может, ещё не всё потеряно.

Я очнулся на холоде и тут же стиснул зубы от жуткой боли. Тело невероятно ныло, а я, несмотря на то, что кандалы уже сняли, не мог даже пошевелиться. Вокруг дико холодно, негромко переговариваются люди. Я всё ещё на улице, но хотя бы не в горящем доме.

С трудом открыл глаза и увидел незнакомого человека, приложившего обе ладони к моему бедру. Инстинктивно дёрнулся, но нашивка ГУЗНА на руке дала понять — свои. Повернул голову на бок и увидел знакомый силуэт. Романова, всё ещё облачённая в боевую броню, стояла неподалёку. Будто почувствовав мой взгляд, она тут же обернулась и застыла. В глазах девушки промелькнуло облегчение.

— Оч… — я попытался ей что-то сказать, но горло будто сдавило тисками.

Романова улыбнулась и аккуратно присела рядом со мной, поджав ноги под себя. Она молча влила мне в рот зелье, после чего убрала серебряный резной бутылёк обратно в свой бездонный карман.

— Очень рад вас видеть, княжна, — тихо прохрипел я с довольной улыбкой. — Спасибо за зелье.

— Ты вон доктора поблагодари или Зорина, что на руках тебя из горящей избы вынес. — Внешне Романова была холодна, но мимолётные моменты заботы выдавали её с потрохами.

— А Паша где? — я попытался привстать и оглядеться, но тело по-прежнему не слушалось.

— Не шевелитесь, господин Бронин, — приказным тоном остановил меня лекарь. — У вас сильные ожоги по всему телу. Минут пятнадцать ещё полежите, я вас подлатаю. Но только внешне. У вас есть штатный медик?

— Ага, — ответил я.

— Тогда он справится с дальнейшим уходом, я напишу ему записку, — доктор на мгновенье прикрыл глаза, кивнул что-то для себя и продолжил. — И ещё. Денёк побудьте в постели. Дайте тканям прийти в себя. Вставать можно, но ненадолго. Никаких физических и уж тем более магических нагрузок. Всё ясно?

Я кивнул.

— Тогда не смею вас больше отвлекать.

— Что с Пашей? — я снова повернулся к Романовой.

— Пока не знаю, — пожала она плечами. — Вынес тебя из огня, оставил мне и убежал похитителей догонять. Я своих гвардейцев с ним отправила, но быстрый он у тебя… В общем, потеряли мы и его, и врага.

— Найдётся, — прохрипел я, пытаясь унять внутреннюю тревогу за друга. — Не пропадёт.

— И я так считаю, — мягко ответила девушка, поднимаясь на ноги. — Нужно продолжать поиски, мои способности пригодятся. Поправляйтесь, барон.

— Апельсинов пришлёте? — я попытался улыбнуться, но сквозь боль, вероятно, получилось так себе.

— Возможно, — Ангелина вернула мне улыбку и торопливо зашагала к выходу со двора.

— Витя, — знакомый голос послышался откуда-то сбоку, а вскоре показался и его обладатель, Ребров-младший. Он подошёл ко мне и нагнулся прямо над моей головой. — Живой-таки, Ян Борисович?

— Бывало и поживее, — скривился я.

— Ничего, сейчас Витя тебя подлатает, будешь как новенький, — Дима хотел было похлопать меня по обгоревшему плечу, но вовремя остановился. — Ну и видок у тебя, конечно, дружище. Я бы после такого налысо побрился.

— Ну спасибо, — закашлялся я. — Удивил.

— Не беспокойтесь, господин барон, — ровным голосом утешил меня лекарь, — волосы отрастут. Но да… остатки придётся сбрить.

— Как ты, лысый? — дверь в мою комнату открылась нараспашку, в комнату с подносом в руках вошёл Зорин.

— И тебе доброе утро, Павел Сергеевич! — Я искренне улыбнулся. — Мне казалось, ты тоже побреешься, чтобы меня поддержать.

— Ещё чего, — Пашка гордо провёл рукой по своей блондинистой шевелюре. — Такую красоту ради какого-то барона портить!

— И то верно, — рассмеялся я. — Что принёс?

— Полную тарелку свежайшей ухи и немного гренок, чтобы разбавить твоё скудное существование. Скучаешь небось по своим «правильным» завтракам?