Игорь Богатырев – Гиперборея Юры Гагарина. Поехали! (страница 14)

Я оглянулся вокруг: слева кирпичная кладка забора, на ней внизу царапина, а наверху небольшое мутное пятно. Пронесло. Думал, забору достанется сильнее. Рядом лежала покорёженная тележка. Она периодически пыталась снова воспарить над землёй, мерцая густым фиолетовым светом в ночи, но у неё это не выходило — три из четырёх микродвигателей были повреждены при крушении. Я снова посмотрел на Егора.

— Дай ещё одну. В этот раз получится! Как денег получим, куплю тебе три, и вообще, перейдёте на казённое снаряжение, просто дай, блин, ещё одну телегу!

— Тише, тише, будет тебе телега, Ян Борисович, — улыбнулся Егор. — Я и на этапе «как денег получим» уже был согласен, просто вспоминал, куда вещмешок подевал!

— Мистер барон! — крикнула Дана, подпрыгивая, чтобы её было видно за широкими спинами Егора и Паши. — Лучше на завтра перенесём. Работы много, а скоро полночь… Вы и так умаялись!

— И то верно… — крякнул я, поднимаясь на ноги. — Всё, представление окончено! Продолжение завтра, господа и дамы. Дана, можешь разместиться в гостевой комнате. Паша, поможешь даме?

— Ты ж меня знаешь, — подмигнул Зорин. — Конечно помогу!

Ага, помогатор… Как бы после такой поддержки и опоры не появился ещё один помощник в нашем имении… Впрочем, я бы не удивился.

Уставший и голодный, но без сил на ужин, я кое-как дополз до ванной. Нет уж, с запёкшейся кровью в бровях я спать не лягу. Её и сейчас хрен отмоешь, а если так заснуть, то всё — останется навсегда…

Когда я вышел из душа, Райден уже спал и в ответ на моё приветствие лишь зыркнул недовольно. Мол, чего покой мой нарушаешь, смертный, давай-ка тоже спать чеши.

Кто я такой, чтобы спорить с птицей? Думал, от потрясений моральных и физических засыпать буду долго, но вырубился спустя пару секунд, как коснулся лицом подушки.

Снова утро. Умыться, покормить Райдена, выпустить его полетать. Быстро проносятся последние деньки. Внутри Оазисов время течёт медленно, ты всё время напряжён и готов к опасностям… Дома всё иначе.

Спустился вниз, застал Настю, что уже вооружилась метёлкой для пыли и начала генеральную уборку.

— Доброе утро, господин! — Настя резво развернулась на стремянке и чуть было не отправилась в затяжной полёт, но каким-то чудом сбалансировала и удержалась на месте.

— И вправду доброе, Настя, — я посмотрел на неё, застрявшую где-то под потолком в забавной позе, и невольно улыбнулся. — Давай не убейся тут, а то я не знаю, где в Печоре ещё одну такую же искать.

— Ой, что вы, Ян Борисович, — засмущалась девчушка, заливаясь краской, а я подумал, что лучше бы мне ретироваться на кухню, от греха подальше. Не нравились мне её игривые взгляды.

— В общем, давай аккуратнее, — буркнул я и свинтил в закат. Присутствие миловидной девицы в особняке совсем не шло мне на пользу. Впрочем, хорошо, что дел у меня хватает и отвлекаться времени нет. Да и на кого? Приличным дворянам этого мира не принято спать с прислугой. Особенно со своей. М-да, совсем не о том мысли, Ян Борисович!

— Вася, — я с наскока приземлился на один из деревянных стульев за кухонным столом, —удивляй!

Повар довольно хмыкнул, явно оценив мою немногословность, и начал накрывать на стол. На этот раз без излишеств — овсяная каша, пара варёных яиц и маринованные помидоры. Для завтрака самое то. Следом Василий поставил на стол отдельную тарелку с парой круассанов.

Из коридора раздался хлопок входной двери и голоса, спустя минуту на кухню пожаловали Пони с Пашей, а за ними и Инга.

— Приятного, Янчик! — сказал Зорин, присаживаясь напротив. Остальные последовали его примеру.

— Смотрю, снова на своей спартанской диете? — Паша с уважением и долей жалости посмотрел на мою тарелку. — Тогда мы позавтракаем позже, нормаль… — он осёкся, наигранно закашлявшись, и продолжил:

— Вредной. Да. Вредной едой. Пойдём пока, ребятки, на полигоне кости разомнём.

— Стой, — я отвлёкся от поглощения весьма недурной каши, — Дану видел?

— А, да, — Паша хлопнул себя по лбу, — забыл совсем. Эта ненормальная дёрнула в три часа ночи в мастерскую, хотела было пешком, но я ей такси вызвал. Выспалась, говорит. Просила передать, что будет к обеду, заготовок принесёт, и что ты в курсе, каких.

— Ага… — я задумчиво ковырял вилкой большой маринованный помидор, — в курсе.

— Поделишься? — прищурился Паша. — А то вдруг ты снова попытку красиво уйти из жизни затеял, а я снова не у дел?

— Сюрприз, дружище, — я хмыкнул, выпил немного морса из стакана и добавил:

— Подожди денёк-другой, соберу команду и покажем наше ноу-хау.

— Ноу-что?

— Подавился я, не обращай внимания.

Зорин пожал плечами и ушёл. Нравится он мне, лишних вопросов не задаёт. А вот кто задаёт, тот, а точнее, та, скоро появится на моём пороге. Я прям чувствовал: Романова будет в одиннадцать утра. И с учётом того, что до этого времени осталось чуть меньше получаса, я должен успеть доесть и почитать газетку под чай с круассаном. Кстати, интересно, «Вестник» снова выходит?

Оказалось, что да — в нижней части первой полосы извинялись за технические неполадки, а о причинах Печорской Бойни больше ни слова. Написано только, что будут ждать официального комментария властей. Что тут скажешь, отлично!

Я уже допил чай и со скуки читал новости третьего сорта. Ну, это те, которые на предпоследней странице, перед рекламой, после кроссворда. Раздался стук в дверь. На часах ровно одиннадцать. Что ж, встречу гостью.

— Я сам! — крикнул я на весь дом, спешно откладывая газету. Не нравится мне с «ищейками» видеться — снова подхватил небольшой мандраж. Ничего страшного эта беседа мне уже не сулила, но сам факт, что ко мне в гости заглянет член императорской семьи, обладающий псионическими способностями, немного настораживал.

Я открыл дверь и на секунду опешил. В этот раз она выглядела как-то иначе. Накрасилась? Я в таких делах не секу…

— Доброе утро, Ангелина…

— Просто Ангелина, — холодно ответила гостья. — Встреча частная.

— По вам можно часы сверять, — сказал я, на что Коля, сидевший неподалёку в дозоре, чуть прыснул. Косой взгляд Романовой его быстро успокоил. Дознавательница едва заметно улыбнулась и ответила:

— Значит, не зря я семь минут стояла под дверью.

Умело скрыв улыбку за маской удивления, я отошёл в сторону, приглашая гостью войти.

— Чаю с дороги?

— Нет, — девушка ответила твёрдо, по хозяйски осматривая длинный коридор, затем остановила свой пристальный взгляд на мне. — Хватит прелюдий, барон. Ведите в кабинет.

— Конечно. Повесить ваш плащ?

— Ни в коем случае! — Романова оскорбилась, будто я предложил ей что-то крайне непристойное, но, быстро придя в норму, добавила:

— Останусь в нём.

Из Романовой буквально сочилось нетерпение. Мы шли молча, тишина была гробовая. Внутри кабинета мы застали Настю, самозабвенно чистящую от пыли одну из книжных полок.

— А ну брысь отсюда, — по-кошачьи прошипела на горничную Романова. Настя же остолбенела, явно не понимая, что происходит.

— Будь добра, — мягко сказал я. — Нам с госпожой Романовой нужно обсудить дела.

— П-п-прошу прощ-щения, — пискнула Настя, невидимкой проскальзывая мимо нас к выходу.

— Закрой дверь! — это уже мне. Что-то она совсем разошлась. Молча кивнул, заперев кабинет на засов.

— Больше никто здесь не прячется? — Ангелина вопросительно повела бровью.

— Не должно, — я ответил с заметной ноткой раздражения, — Может, хватит этих шпионских игр? Что происходит?

Ответом был лишь шелест плаща, падающего на пол. Передо мной стояла молодая, красивая девушка с гордо расправленными плечами. Не особо одетая. Чёрный корсет, подчёркивающий ярко выраженную талию, кружевное бельё и высокие, до середины бедра, кожаные сапоги в обтяжку. Стоит ли говорить, что формы у барышни были впечатляющими…

Я нервно сглотнул, стараясь смотреть гостье в глаза. Они, в свою очередь, начинали закатываться. Из ступора меня вывел её голос. Несмотря на резкие слова, он звучал скорее ласково, наставляюще:

— Ты действительно… отсталый, — Ангелина немного наклонила голову набок и посмотрела на меня с недоверием, — Или притворяешься?

— Тебе идёт этот корсет, — тихо сказал я, подойдя ближе. — Как он снимается?

Я сидел на диване, Романова легла поперёк, положив голову мне на бедро. Наши взгляды встретились, в комнате было тихо, лишь догорающий напротив камин потрескивал углями.

— О чём думаете, господин Бронин? — Ангелина повторила вопрос с нашей первой встречи, сохранив ироничную интонацию. Сердце немного сжалось, я испытывал противоречивые эмоции.

— Думаю, у нас с вами ничего не выйдет, — твёрдо сказал я.

— Замуж звать не будешь? — на лице гостьи проступило искреннее разочарование во всём роде мужском, — Ты первый мужчина за три года, которому я смогла открыться…

— Прости, — я поспешил ответить, не ожидая такой реакции, — Просто… Ты княжна, а я барон, род которого находится в плачевном положении и…

— Я больше не могу, — немного зловещий девичий смех разнёсся по кабинету. Когда Романова успокоилась, она ткнула меня пальцем в бедро и продолжила своим нормальным тоном:

— Дорогой, мы с тобой тут стресс сбрасываем, не больше. Ты устал, я заметила это на допросе. И у меня выдалась неделька… непростая. Не усложняй. Если понравилось — повторим.

— Понравилось. Повторим. — Я расплылся в довольной улыбке, поочерёдно вспоминая позиции, опробованные нами на этом чудесном диване.