Игорь Атаманенко – «Пророк». КГБ изнутри глазами профессионала (страница 3)

Ему тогда показалось, что Енотик поддалась на последние доводы подруги: «постройнение» и «самоокупаемость».

Месяца через три после увеличения семьи на четвероногого члена Он обратил внимание на некоторые, мягко говоря, странности в поведении Султана, ставшего к тому времени заматеревшим кобелем.

Стоило Енотику прилечь с книгой на тахту и немного раздвинуть согнутые в коленях ноги, как пес, будто по команде, оказывался тут как тут, норовя уткнуться мордой женщине в лобок.

Каждый раз при этом Енотик вскакивала, запахивала халат, махала руками перед пастью Султана, крича: «Фу! Фу!» – неизменно поворачивалась к наблюдавшему эти сцены мужу, пожимала плечами и смущенно говорила: «Скоро суку ему надо будет искать…»

Для него эти слова с каждым днем звучали всё менее убедительно. Он решил поэкспериментировать.

Однажды в воскресенье, сославшись на недомогание, Он неоднократно устраивался на тахте и раздвигал согнутые в коленях ноги. Негромко, чтобы не услышала с кухни жена, подзывал кобеля и при его приближении пытался засунуть его морду себе в пах. Безрезультатно! Пес вырывался, игриво рычал, но всякий раз убегал на кухню к хозяйке. На эксперименты были потрачены несколько выходных дней. Никакой реакции. Псина реагировал только на раздвинутые ноги Енотика.

Спустя некоторое время Он, озадаченный избирательной активностью пса, затребовал из служебной библиотеки всю имеющуюся литературу о женской сексопатологии. Через двадцать минут беглого чтения всё стало на свои места. Подтвердились его смутные подозрения о сексуальной природе поведения Султана, стало понятно его основное предназначение в доме.

«Куннилингус – лизание клитора Енотику – вот оно – предназначение кобеля в нашем доме, а не потому, что его хозяева уехали за рубеж! Да и были ли у него хозяева? Скорее, их и вовсе не было. Эти чертовки – Лана и Енотик – мастерски разыграли передо мной спектакль по передаче Султана в надежные руки. Молодцы бабы! – Он был искренне восхищен находчивостью женщин. – Впрочем, уж лучше Султан о четырех ногах, нежели кавказский князь о двух и в кепке “а ля аэродром”. Да и меня Енотик пощадила: не стала устраивать истерик. И на том спасибо!»

Случайно Он задел ногой лежащий на тротуаре спичечный коробок. Треск рассыпавшихся в ночной тиши спичек прервал его размышления.

«Ну вот, я уже дома. Сейчас женское общежитие. Спасибо Султану. Вечерние прогулки с ним помогли изучить окрест. Ба, да здесь тоже не спят!»

Из настежь распахнутого, освещенного окна душевой комнаты в погруженный в ночную дрему переулок выплескивались шум воды, девичий визг и смех, звуки шлепков по голому телу.

– Ой, девочки, я сейчас приплыву, ой, уже!

Резанул слух срывающийся вопль одной из купальщиц. Как вкопанный, Он замер напротив окна. Кровь застучала в висках, во рту вмиг стало сухо. Ничего подобного Он не испытывал с тех пор, как еще первоклашкой подглядывал за своей бабушкой, купающейся в реке.

Он лихорадочно огляделся. Никого… Только полная ухмыляющаяся луна в разрывах облаков. Неведомая сила толкала через дорогу. Повинуясь, он сделал несколько шагов, приблизился вплотную к манящему окну. Воспаленное сознание подсказало, что без помоста до подоконника не дотянуться…

«Быстро за угол! – скомандовал внутренний голос, – там пивная, возьми пару ящиков!»

В полузабытье Он бесшумно поставил ящик на ящик, по-кошачьи достиг верхнего. Сердце уже колотилось не в груди – в горле.

Купальщицы, судя по голосам, были так близко, что Он вдруг ощутил себя среди них. Смех вдруг смолк. Теперь из окна горячими волнами выкатывались сладострастные стоны разной тональности. Девочки явно были чем-то очень заняты.

«Но чем?!»

Он заглянул внутрь. На банном мраморном столике, раскинув ноги и руки, лежала на спине крупная девица. Две другие, миниатюрные, расположились над нею друг за другом, паровозиком.

«Закольцованный непрерывный цикл, – глубоко вздохнув, отметил Он. – Слаженно работает лесбийское трио!» – только и успел подумать Он, как вдруг горячая волна оргазма, окатив низ живота, поднялась вровень груди.

Глава третья. Баклажан

Усевшись удобнее в кресле, Казаченко открыл полученное из архива Первого главного управления КГБ СССР (внешняя разведка) дело агентурной разработки Ганнибала Сесе Секо Куку Нгумбенду Ваза Банга, старшего сына императора.

С цветной фотографии Олегу улыбалось мужественное, отливающее иссиня-черным баклажанным блеском лицо наследного принца. Диссонансом звучал лишь галстук-бабочка немыслимой канареечной расцветки.

«Да, в такое лицо можно влюбиться, – автоматически отметил Олег и пробежал глазами по скудным биографическим данным Ганнибала. – Ага, вот и начало!»

Впервые в поле зрения резидентуры КГБ, действовавшей с позиций советского посольства в Чаде, кронпринц попал в 1955 году, начав посещать курсы русского языка при посольстве СССР в Нджамене.

Пятнадцатилетний африканец обратил на себя внимание преподавателей (читай: офицеров КГБ) не только тем, что приезжал на «мерседесе» в сопровождении телохранителей. Таких было немало, ибо посещение курсов входившего в моду русского языка становилось своеобразной прихотью в кругу отпрысков правящей африканской элиты.

Никита Хрущёв решил нанести международному империализму удар в подбрюшье, совершив обходной маневр.

Выползню из сталинского окружения – Хрущёву – не давали покоя лавры вождя всех времен и народов. Иосиф Сталин сумел воздвигнуть форпост социализма в Восточной Европе. Не сумел только продвинуть границы советской империи до Босфора и Дарданелл, так как американцы издалека, из Хиросимы и Нагасаки, погрозили нам атомной дубинкой. Но теперь-то, в 1955 году, силы были почти равны. Теперь ядерная палица стояла и за креслом Первого секретаря Председателя Совмина Союза ССР Н.С. Хрущёва. Почему бы не попробовать превзойти генералиссимуса, и овладеть Африкой! Нет, не в ходе боевых действий, – в ходе наступления идеологического.

Что толку пробуждать классовую ненависть у разжиревшего гегемона – рабочего класса – Соединенных Штатов и Западной Европы к доморощенным капиталистам, когда идеи коммунизма быстрее смогут восторжествовать в Африке? Именно там «мы наш, мы новый мир построим», а уж затем «до основания разрушим» капиталистические цитадели США, Англии, Франции и в других их колониях!

Неплохая задумка, да? От перестановки воспетых в «Интернационале» слагаемых итоговая сумма, то есть триумф коммунистической идеологии на Земле, измениться не мог. Нет, безусловно, на содержании КПСС продолжали оставаться компартии в странах так называемой западной демократии, но направление нашего главного идеологического удара сменилось и теперь было нацелено на африканский континент. Африка – это стратегический простор, где можно развернуть в боевые порядки пропагандистские армии, способные с ходу брать целые африканские страны. Продвижение же коммунистических идей в США и странах Западной Европы представлялось советскому руководству уличными боями в осажденном, хорошо укрепленном городе, где каждый дом огрызается контрпропагандистским огнем на поражение. Потери велики, а результат? А ведь каждые четыре года надо рапортовать съезду и стране о наших семимильных шагах и достижениях. Нет-нет, в Отчетных докладах места поражениям быть не может!

Учение коммунизма – не догма. Кто сказал, что путь к торжеству коммунистической идеологии не может пролегать через Черный континент?

Да, дорога, которую намеревался осилить Никита Хрущёв, даже не снилась основоположникам научного, а затем и практического социализма. В общем, даешь мировую революцию в союзе с Черной Африкой!

Каждый советский лидер пытался предстать пред своим народом в обличье первопроходца. Никита Хрущёв исключением не был. Хотя на октябрьском 1964 года Пленуме ЦК он был заклеймен как волюнтарист и первопроходимец. Но это – потом. А с 1955 года лучшие умы советской разведки были брошены в качестве бакалавров и магистров всех мыслимых наук в спешно созданные центры и общества «ням-ням-бум-бум – советской дружбы» в африканских странах.

Партия сказала: «Надо!»

КГБ ответил: «Есть!»

Объективные исторические условия тому способствовали. «Вихри враждебные» антиколониального протеста уже веяли над Черным континентом. Надо было аккумулировать эту энергию, а затем направить ее на раскручивание крыльев ветряных мельниц советской идеологии. Кто мог быть проводником наших идей? Верно: передовые люди африканских стран. И лучше, если они пройдут обучение в вузах первой в истории человечества стране социализма. Но сначала самых прогрессивных надо отобрать методом оперативной селекции на курсах русского языка при наших посольствах в африканских странах.

Казаченко, изучая дело агентурной разработки, не мог не отдать должного виртуозной работе своих коллег с Ганнибалом. Хотя кое-где, как патина на бронзе, с течением времени белыми пятнами проступили и промахи наших разведчиков.

Венценосного отпрыска обложили, как «волка красными флажками». Сотрудники резидентуры фиксировали каждый его шаг через навербованных в окружении монарха осведомителей из числа гувернеров Ганнибала. Все его поступки тщательно анализировались. Постоянным опросам подвергались даже французские проститутки местных борделей, куда престолонаследник захаживал, дабы вкусить подпорченных плодов европейской цивилизации, а заодно самоутвердиться в собственном превосходстве: