Игорь Атаманенко – Контора идёт по следу (страница 36)
Они изучали добытый нами металл с целью выяснения его качественных характеристик: твердый он или мягкий, насколько хрупок или, наоборот, легко поддается ковке, — сразу сломится или его можно, как золото и платину, превращать в волокно микронной толщины…
Ну, а затем свои заключения они передавали Лаврентию Павловичу, а уже он докладывал их главному эксперту — вождю…
«Черт возьми, — подумал Олег, — как надо любить свою профессию, дело, которому посвятил всего себя без остатка, чтобы вот так одухотворенно говорить о низменных материях! Он же сейчас при мне самозабвенно импровизирует, исполняя гимн… дерьму!»
— Знаете, Олег Юрьевич, — прервал размышления Казаченко ученый, — я через себя, образно говоря, пропустил тонны чужих экскретов и могу уверенно утверждать, что на основании биохимических исследований этого материала можно сделать вывод не только о соматическом и духовном здоровье конкретного человека — берите шире! — о потенциальных возможностях целых народов и наций, если хотите, даже рас…
Я никогда не был националистом. Среда обитания, где я вырос, культура, на которой я сформировался как личность, наконец, общение с представителями разных народов и рас воспитали во мне интернационалиста. Поэтому я вправе позволить себе делать выводы о физических и духовных ресурсах целых народов.
Поверьте, это не мания величия, это плод долгих размышлений. Я боюсь вас обидеть, не зная ваших генеалогических корней, но не могу не поделиться с вами своими наблюдениями…
Прошу заранее меня извинить, но я твердо убежден, что в копилку мировой цивилизации только несколько народов сделали и продолжают делать реальные вклады…
— А остальные?
— Остальные лишь пускают в оборот богатства из копилки, наращивая и приумножая начальный капитал. Или, наоборот, безвозвратно тратят его…
«Никогда ничего подобного не приходилось слышать, черт возьми! — подумал Казаченко. — Хотя рациональное зерно в рассуждениях старика, безусловно, присутствует. Может, он хочет преподнести мне новую интерпретацию “Майн кампф”, или что-нибудь похлеще? Стоп! Хватит ли пленки?»
— И кто же эти народы, по-вашему?
— Их немного… Славяне, в особенности русские и украинцы. Германская группа народов, прежде всего немцы и англичане. Романская — итальянцы и французы. Китайцы, евреи, ну, еще, пожалуй, армяне…
Остальные — либо занимаются ростовщичеством, живут на проценты с духовных и материальных богатств, произведенных перечисленными мною народами, либо попросту паразитируют…
— Ну а греки? Первые мореплаватели, математики, литераторы? Им вы какую роль отвели в вашей теории? Мне кажется, вы незаслуженно обошли их в своем расовом трактате. Христос — это ведь греческое имя, не так ли? Уже одно это обстоятельство свидетельствует о том, что они раньше о себе заявили, чем… Ну, в общем, родители ведь дают имена своим детям, а не наоборот…
— Да-да, конечно, еще греки… Хотя вы не совсем правильно называете имя сына Божьего, прибывшего на Землю, чтобы спасти человечество…
— Как же в действительности звали Иисуса Христа? — удивился Олег.
— Иешуа Га-Ноцри, и имя ему дали не греки… Но дело не в этом… Вы спросили меня о греках. Они тоже сделали значительный вклад в стартовый капитал, но где они сегодня? Они исчерпали свой ресурс как нация, генерирующая идеи, а остальные древние народы продолжают обогащать человечество…
— Ну а японцы, американцы? — не унимался Олег.
— Не более чем прилежные ученики, хорошо вызубрившие урок. Они лишь усвоили учебный материал, преподнесенный другими нациями-учителями…
Грубо говоря, есть два типа наций: дивергенты — способные генерировать идеи, неважно в какой области, экономике, культуре ли…
И те, чей удел репродуцировать, повторять идеи и открытия, сделанные первыми, или же внедрять в жизнь, то есть материализовывать их…
Разумеется, вторая группа способна усовершенствовать, обогащать идеи, появившиеся в умах дивергентов, но
«Предъяви я эти записи о новой расовой теории на заседании парткома, — подумал Олег, посмотрев на диктофоны, — меня без выговора не отпустили бы, а то и о неполном служебном соответствие побеспокоились. Не затем меня сюда отрядили, чтобы… В общем, надо срочно переключать внимание старика, иначе мы скоро либо “Хавванагила” дуэтом запоем, либо “Зиг хайль!” закричим. Ближе к
— Из ваших рассуждений следует, что Мао — представитель избранной расы, не так ли? — будто невзначай, заметил Казаченко.
Розенталь
— Я понимаю, Олег Юрьевич, у нас мало времени, пора возвращаться к Мао…
Помнится, я остановился на вопросе забора его «руды»… Так вот сначала нас преследовали трудности чисто технического порядка. Целых три дня мы потеряли, чтобы только обзавестись базовым материалом. И это при том, что все условия были созданы…
…Китайская делегация насчитывала более сотни членов. Ее расчленили таким образом, чтобы Мао, Чжоу Энь-лай и еще пара вожаков из китайского руководства проживали отдельно от рядовых коммунистов на госдаче по Успенскому шоссе…
Огромный особняк, каждому — отдельная комната с туалетом и душем.
Поскольку было неизвестно, в каком из номеров поселится наш пациент, пришлось срочно устанавливать во всех туалетах унитазы специальной конструкции, где раковина разделена на два отсека. Передний отсек служил резервуаром для мочи, а в задний поступала «руда», предназначенная для исследований…
Всё собранное попадало не в канализацию, боже упаси, — в специальные накопители, моче-калоприемники… И что вы себе думаете? Чтобы эти азиаты пользовались унитазами по прямому назначению? Ужас подумать, какое применение они им нашли. Они решили, что это — родники ключевой воды. Да-да, они оттуда пили!
— Ну уж прямо-таки пили…
— Да-да! Я вам больше скажу. Через день охрана доложила Лаврентию Павловичу, что все они не пользуются кроватями. Китайцы попросту не знали, для чего они, эти двуспальные сооружения…
Мао, не раздеваясь, спал на прикроватном коврике, остальные — в платяных шкафах!
Через наших переводчиков-китайцев — коренных москвичей — удалось выяснить причину этих, мягко выражаясь, восточных штучек.
Оказывается, всё руководство компартии Китая, скрываясь от властей, а потом воюя, всю свою сознательную жизнь провело в горах, в пещерах.
Стало ясно, почему они не имели представления об унитазах и кроватях. Да разве только это…
— Ну а спать в платяном шкафу?
— Это тоже имеет свое объяснение, Олег Юрьевич… Привыкнув жить в пещерах, они чувствовали себя в безопасности, только находясь в замкнутом пространстве, поэтому и забирались в шкафы. У медиков это называется
Вы можете себе представить, чтобы ваш Горбачёв утолял жажду из унитаза, а на ночь устраивался в шифоньере, чтобы хорошенько выспаться перед заседанием Политбюро? Нет? Я тоже!
…Утром и вечером китайцы строем выходили во двор, приспускали портки, усаживались на корточки рядком или в круг — в зависимости от важности обсуждаемых политических вопросов — и оправлялись.
Конечно, охрана, получив строжайшее предписание, убирала после китайцев продукты распада обмена веществ, причем каждую горку — в отдельный бумажный пакет.
Потом уже другие вооруженные охранники доставляли их нам в лабораторию. Но попробуйте определить, где чья «руда»!
Пытались сначала использовать служебно-розыскных собак — след они не взяли… Что делать? Время идет, вождь нервничает — ему вести переговоры с Мао, а он о китайце ничего не знает…
Через три дня Берия доложил ему, что в китайских традициях оправляться на пленэре, не используя унитаз, поэтому-де взять кал Мао для исследований с целью создания его психологического портрета не представляется возможным.
На что Сталин ему ответил: «Лаврентий, ты мне за задницу Мао ответишь головой. Своей. На улице такой мороз, а ты не можешь усадить китайцев на унитазы! Передай им, что международное коммунистическое движение не простит товарищу Сталину, если они отморозят себе зады. Да и вообще, куда девалось наше русское гостеприимство?»
Переводчики посоветовали китайцам пользоваться туалетами. Разумеется, на указание Лаврентия Павловича они не ссылались, вы же понимаете, Олег Юрьевич, но об опасности обморожения седалищ упомянуть не забыли.
Знаете, что ответил Мао? Он произнес вещие слова, вошедшие затем в сборники его заветов, так называемые «Цитатники Мао», которые разошлись по всему миру миллиардными тиражами: «Товарищ, лучше иметь отмороженную задницу, чем мороженое в ней!»
Или вот еще один его перл: «Товарищ, если ты почувствовал, что тебе засадили сзади, замри, не двигайся! Иначе — ты подмахнешь своему врагу».
Допускаю, что в «Цитатники» слова Мао вошли в другой редакции, но я огласил оригинал, который мне довелось слышать от товарища Арсения. И потом, ведь это — китайский фольклор, с ним надо считаться!
Вы уж меня извините, Олег Юрьевич… А то еще подумаете, начал старик с анекдота о дядюшке Го Мо Жо, а закончил…
…Когда высказывания Мао Цзедуна Берия передал Сталину, тот долго расхаживал по кабинету, задумчиво курил, потом спросил: «Лаврентий, как думаешь, может, он намекает нам, что ему мальчик нужен?»