Игорь Аниканов – Коуч (страница 2)

— Смотря в чём вопрос, — сказал Артём, садясь перед зеркалом. — Обычно люди сначала формулируют запрос, а потом оплачивают.

— А я подумал, что у вас слишком много людей, которые платят обещаниями, — ответил голос. — Хотел хотя бы деньгами не врать.

Артём усмехнулся.

— Смело.

— Скорее поздно.

— Вы хотите консультацию?

— Хочу помощи.

Это прозвучало просто. Без нажима. Без расчёта на жалость.

— Тогда регламент такой, — Артём привычно выпрямился, хотя собеседник не видел. — Мы созваниваемся в слот, вы формулируете тему, я задаю вопросы, мы выстраиваем стратегию. Если нужен результат, нужна дисциплина. Если нужен просто разговор — это не ко мне.

— А если мне как раз к вам, потому что разговор у меня уже был. С собой. И он мне не помог.

— Тогда тема?

Пауза. Не театральная. Не «смотрите, какой я глубокий». Обычная живая пауза человека, который действительно выбирает слова.

— Я слишком поздно заметил, что жил как функция, — сказал голос. — И теперь не понимаю, можно ли ещё что-то исправить.

Артём помолчал секунду. Не потому, что тронуло. Потому что фраза была хорошая. Её можно было бы даже в сторис вынести.

— Исправить можно всё, пока вы живы, — ответил он. — Вопрос в цене.

— Деньги я уже перевёл.

— Я не про деньги.

— А я, может быть, как раз про них, — сказал голос. — Скажите, Артём, если человек заплатил за совет, это же ещё не значит, что ему помогут? Это значит только, что ему ответят. Верно?

Артём чуть улыбнулся отражению.

— Вы пришли проверять мою этику?

— Нет. Свою поздно. Вашу — незачем. Вы же пока здоровый.

Артём перестал улыбаться.

— Простите?

— Простите и вы. Неудачная формулировка. Я хочу говорить с вами. Не сейчас, если вы заняты. Сегодня ночью, если вам удобно. Или когда у вас кончится ваша победа.

В коридоре кто-то постучал в дверь.

— Артём, там ждут ещё двое на премиум!

Он прикрыл микрофон ладонью:

— Минуту!

Потом снова в трубку:

— Сегодня в одиннадцать. Двадцать минут. Дальше по итогам.

— Спасибо.

— И ещё, — сказал Артём. — Если вы думаете, что заплатили за право говорить со мной как угодно, это не так.

— Нет, — ответил голос. — Я заплатил за то, чтобы вы не бросили трубку после первой фразы.

Связь оборвалась.

Артём посмотрел на экран. Ярлык исчез. В журнале вызовов пусто.

Он нажал боковую кнопку, разблокировал телефон, открыл последние — там уже висели новые сообщения, пропущенные, оплаты, суета. Никакого звонка как будто и не было.

— Красиво, — сказал он своему отражению. — Ладно. Посмотрим, кто ты такой.

И пошёл обратно к людям, которые платили, чтобы их заметили.

Глава 2. Голос без лица

В одиннадцать ноль три Артём уже жалел, что согласился.

Не потому, что устал. Усталость он давно перевёл в категорию фона — как шум дороги или запах кондиционера в такси. Жалел он потому, что вечер оказался удачным. После зала они с Антоном добили ещё семь оплат, потом быстро сняли пару коротких сторис в пустеющем холле, потом Артём ответил на десяток сообщений от людей, называвших его «мощным», и к ночи настроение у него стало именно тем, в котором лучше считать деньги, чем слушать чужие беды.

Он сидел в квартире у окна. Город под ним шуршал мокрым асфальтом. На столе стоял бокал с минералкой, телефон, ноутбук и блокнот, в котором он иногда выписывал удачные формулировки после выступлений. На первой странице было криво нацарапано:

«Люди не хотят меняться. Люди хотят право считать переменой новое описание себя.»

Хорошая мысль. Завтра можно в пост.

Телефон зазвонил ровно в одиннадцать.

Неизвестный.

Артём взял трубку не сразу. Дал два сигнала. На третьем ответил:

— Слушаю.

— Добрый вечер, — сказал тот же голос. — Я не опоздал?

— Вы уже внутри времени. Говорите.

— У вас все ответы такие? Как в лифте бизнес-центра?

Артём коротко усмехнулся.

— А у вас все заходы такие? Как у человека, который пришёл на исповедь, но стыдится назвать это словом?

— Нет. На исповеди я был один раз. И тоже говорил красиво.

— Тогда без красоты. Что случилось?

— Женщина ушла, — сказал голос. — И я не могу понять, ушла она от меня или от того, что я называл собой.

Артём закинул ногу на ногу.

— Сколько вы были вместе?

— Достаточно, чтобы забыть, как говорить просто.

— Конкретнее.

— Девять лет.

— Брак?

— Нет.

— Дети?

— Нет.