Игорь Алмазов – Мечников. Том 5. Избранник бога (страница 3)

Поэтому пришлось вжарить по бактериям приличной дозой своей антилекарской магии. После этой процедуры я ещё раз прошёлся прямым витком по сосудам, нормализовал их тонус, стабилизировал кровообращение, а затем дал больному обезболивающее и ушёл в свой кабинет.

Это был уже четвёртый пациент за ночь, которому мне пришлось истреблять бактерии обратным витком. Это дежурство сильно меня вымотало. Поскорее бы уже начать использовать пенициллин или тот же стрептоцид.

На этом мои мысли прервались. Я споткнулся и чуть не ударился виском о свой письменный стол. Повезло, что вовремя успел схватиться рукой за ручку двери.

Сердце жгло. Жутко жгло! Пульс подскочил так, будто я выпил десять кружек кофе.

А это ещё что такое? С утра же всё было нормально. Неужто меня проклял кто-то?

Как только сердечный ритм принялся выдавать нестабильную пляску, я понял, в чём на самом деле проблема. Отец ведь меня предупреждал…

Похоже, я сегодня переборщил с обратным витком, и он нанёс ущерб своему же организму. Я принялся стабилизировать ритм лекарской магией, но сердце отказывалось слушаться. Будто вокруг него образовалась стена, которая не пускала другое колдовство. Вот это я попал…

Стиснув зубы, я потянулся к своей сумке с лекарственными препаратами. Там у меня было несколько веществ, которые могли привести моё здоровье в порядок.

И ведь сходу и не скажешь, что там у меня в груди творится? То ли экстрасистолия, то ли фибрилляция — чёрт его знает!

Я проглотил пульсурежающий раствор, и мне стало чуть лучше.

— Всё, Мечников, — сказал сам себе я. — Завтра же берёмся за создание электрокардиографа.

И стоило мне об этом подумать, как сердце вновь вышло из-под контроля и заколотилось с удвоенной силой.

Глава 2

Да что ж такое! Неужели я нанёс сердцу настолько непоправимый ущерб? Не мог же обратный виток за один вечер вызвать у меня настолько устойчивую некупирующуюся аритмию?

Видимо, я убил слишком много бактерий, пытаясь спасти сегодняшних пациентов. И обратный виток дал отдачу. Нужно взять себя в руки и найти способ остановить этот приступ. Если аритмия разгонится, может произойти глобальное нарушение гемодинамики. А уже после этого мой головной мозг перестанет питаться и погибнет. Либо переживёт необратимые изменения.

Но электрокардиограф на коленке я не соберу. Для этого нужно много времени и материалов. Поэтому прямо сейчас нужно найти другой способ восстановить свой ритм. А для начала имеет смысл понять, что конкретно случилось с сердцем.

Точно! Чуть не допустил ошибку. Видимо, кровь отлила от мозга, и мысли перестали структурироваться, но я всё же силой воли заставил их встать на свои места.

Может, ЭКГ у меня и нет, зато я могу банально прощупать свой пульс и прослушать сердце с помощью фонендоскопа. Да, это не даст точной информации, но я, по крайней мере, буду понимать, куда бить. И чем.

Я поспешно надел фонендоскоп и начал выслушивать сердце. Затем сравнил полученные данные со своим пульсом.

Теперь всё понятно. Особенно на верхушке сердца в пятом межреберье прослушивается много внеочередных сокращений. То есть сердце сжимается лишний раз тогда, когда ему положено расслабляться.

И делает оно это очень часто. Судя по звуку — желудочками, камерами, которые лежат в основании нашего «мотора» и занимаются отправкой крови в другие органы через малый и большой круги кровообращения.

Другими словами, у меня развилась множественная желудочковая экстрасистолия. Чертовски опасное состояние! Людей с такими симптомами обычно сразу же госпитализируют в терапевтическое или кардиологическое отделения. Но я таким роскошным вариантом не обладаю.

Теперь понятно, почему принятый мной препарат дал лишь временное улучшение. Я только что использовал аналог дигоксина — яда, который замедляет сердечные сокращения и улучшает выброс крови из желудочков.

Вот только в этом случае он абсолютно бесполезен. Как раз наоборот, в каком-то смысле я сам себе этим навредил. Недаром говорят, что часто даже самый лучший врач сам себя лечить не может! Если бы передо мной был пациент с такими же симптомами, я бы обязательно это учёл.

А как только недуг коснулся меня, мышление начало работать не так, как надо.

В таких ситуациях обычно используют препараты «бета-блокаторы» или «калий». Благо аналог бета-блокаторов у меня уже есть. Вот только находится он в заначке, которую я оставил на складе госпиталя. Решил, что он может пригодиться, если у кого-то из пациентов разовьётся аритмия.

Что ж, значит, сейчас нужно собраться с силами, покинуть кабинет и добраться до склада. Принять бета-блокатор, который я извлёк из одного растения, проданного Ксанфием. И получить временное улучшение.

Да, именно временное. Полностью вылечить меня этот препарат не сможет. Аритмия купируется лекарствами, но излечивается только искоренением причины, которая и вызвала заболевание.

Это что же получается? Мне нужно отказаться от обратного витка? Будто сама судьба подталкивает меня к решению — передать эту силу Кириллу Мечникову. Что ж, это решит мою проблему с сердцем и вопрос контракта с военными. Вот только в этой схеме есть два весомых нюанса.

Я лишусь своей главной способности самозащиты, так ещё и брату своему подарю силу, которая может со временем его убить. А я уверен, что Кирилл мало смыслит в темах внутренних болезней. Он заточен на ранения, контузии, ожоги и прочие травмы, которые получают солдаты на поле боя.

Сконцентрировавшись на этих мыслях, я, шатаясь будто пьянчуга, добрался до склада и проглотил несколько ложек порошка, отложенного для больных с нарушением проведения сердечного импульса.

Прошло пять минут, и мне стало гораздо лучше. Я решил не спешить, выждал ещё двадцать минут, спокойно размышляя о дальнейших действиях. За это время приступ полностью отступил и не оставил намёков на возвращение.

Я почувствовал, как магия обратного витка отступила от сердца. После этого я сразу же влил немного лекарской силы в миокард и восстановил работу проводящих путей. В следующий раз аритмии будет развиться сложнее.

Но всё зависит от силы отдачи. Чувствую, обратный виток мне ещё навставляет палок в колёса.

С ума сойти, мне всего-то двадцать пять лет, а уже отказывает сердце! Доигрался с магией. Впредь нужно действовать аккуратнее.

Я взглянул на часы. Уже было половина четвёртого. Ночное дежурство закончится довольно скоро. Поток пациентов отступил, так что можно немного передохнуть. Может, даже вздремнуть получится.

Я прошёл мимо стонущих и храпящих пациентов, открыл дверь своего кабинета и обнаружил опровержение своих предыдущих мыслей.

Нет. Поспать мне сегодня не удастся.

За моим рабочим столом сидела красивая молодая женщина. Я уже видел её дважды. Только на этот раз на ней был не шикарный дворянский наряд, а…

Мой белый халат.

— Уж не сочти за неуважение, богиня, — обратился я к материализовавшейся Гигее. — Но тебе правда нечем заняться?

— Решила примерить твоё изобретение. Как ты там его называешь? Лекарский халат? — спросила она, поправляя широкий воротник.

Халат был ей явно не по размеру. Висел на хрупком теле, словно мешок. А широкий разрез на груди выглядел попросту вульгарно. Но Гигею это, кажется, совсем не смущало. Всё-таки у богов совсем другой взгляд на такие вещи, как красота и привлекательность человеческого тела.

Я уселся на кушетку и откинул голову назад, чтобы хоть немного подпитать свой мозг после того, что ему пришлось пережить.

— Белый цвет тебе идёт, — сказал я. — Только размер следует подогнать. Вообще, в моём мире женщинам шили немного другие халаты.

— Я знаю, как это делалось в твоём мире, — улыбнулась она. — Я могу подглядывать туда. Но только одним глазком.

Она подмигнула мне, затем взяла чашку и отпила оттуда горячего чаю. Хорошо расположилась, ничего не скажешь!

— У меня к тебе есть много вопросов, Гигея, — сказал я.

— Как и у меня к тебе, — усмехнулась богиня. — Мне начинает казаться, что мы друг друга не поняли.

— Возможно, это потому, что ты постоянно изъясняешься загадками вместо того, чтобы прямо сказать, что на самом деле от меня хочешь? — парировал я.

— Так уж вышло, что боги прямоты не любят, — сказала она.

А учитывая, что передо мной бог-женщина, косвенность фраз и шифровка смыслов возрастает многократно. Ни в коем случае не хочу сказать, что как-то предвзято отношусь к женщинам, но им куда свойственнее выражать мысли косвенно. Это является генетическим механизмом защиты. Поскольку мужчина физически сильнее от рождения, женщине всегда приходится брать хитростью. Так уж устроена природа.

— Что ж, тогда первый вопрос задам я. Почему ты рассказываешь мне о других богах и их избранниках, а тот же Подалирий держит Сеченова в неведении? — спросил Гигею я.

— Потому что Подалирий понятия не имеет, кто ты такой, — заявила она. — Он нем и глух. Возможно, из-за этого его контакт с Иваном Сеченовым столь сильно затруднён. А я… Скажем так, хорошо научилась шпионить за своими братьями и их избранниками.

Это многое объясняет. Сеченов говорил, что Подалирий посылает ему только образы с подсказками. И это — единственный способ их общения.

— А теперь мой черёд, — произнесла Гигея. — Хорошо, что ты заговорил о Сеченове и его боге. Скажи, с какой стати ты решил, что это хорошая идея — объединиться с тем, кто является тебе прямым конкурентом?