Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 4 (страница 30)

Мы прошли к его столу и заняли два стула. Думаю, он хотел лично поговорить о нашем проекте, затем забрать мою подготовленную папку с документами, и уже сам внести это предложение в учёный совет.

Интересный факт, что и он, и его дочь работали даже по воскресеньям. Люди науки, сразу видно.

— Итак, как я уже и говорил, цель нашего проекта — принести в массы врачей и студентов-лекарей знания о лекарской магии, — начал я. — Сейчас в принципе наблюдается тенденция к вымиранию магии, а уж к лекарской особенно. Я хочу это исправить, потому что за магией — будущее. На днях я смог излечить первого пациента с ВИЧ-инфекцией, и как раз хочу об этом издать первую статью.

— Звучит потрясающе, — кивнул Андрей Михайлович. — А в чём роль Антона Николаевича?

К этому вопросу мы с Чеховым были готовы. Я заранее научил его, как надо ответить, чтобы он сказал свои преимущества самостоятельно.

Я успел немного изучить Брусилова на балу, и уверен, если Чехов будет просто молчать — это тому не понравится.

— Как и мой прадед, Антон Павлович Чехов, я обладаю сразу двумя ветвями магии, — ответил Антон. — Писательская и лекарская. В основном упор я делаю на писательскую магию. У меня есть аспект, с помощью которого я делаю тексты понятными. Это будет значительным преимуществом при подготовке статей Боткина. Его медицинский язык может быть недоступен для понимания широких масс.

— А почему же вы не хотите развивать лекарскую магию? — полюбопытствовал Брусилов.

— Хочу, со временем, — заявил Чехов. — Просто сейчас упор именно на писательскую, так мы с Константином Алексеевичем создаём хороший тандем.

Андрей Михайлович кивнул, явно удовлетворённый ответом. Затем я передал ему подготовленный проект, с примерным содержанием первой статьи. Если совет даст добро — она выйдет уже через неделю.

— Заседание по вашему вопросу состоится завтра, — подытожил Брусилов. — И с вами свяжутся по телефону. Если проект одобрят — снова вызовут сюда, для обсуждения деталей.

Детали — это финансирование.

— Благодарим за уделённое время, — я первым встал, и направился к выходу. Чехов, чуть помедлив, пошёл вслед за мной.

На первом этаже меня тормознула девушка, которая сидела на ресепшене.

— Прошу прощения за любопытство, а вы тоже учёный? — стрельнув глазками, спросила она у меня.

— Врач, — ответил я. — Но одно другому не мешает.

— Первый раз вижу такого симпатичного врача, — улыбнулась девушка. — Обычно я представляю их угрюмыми и старыми.

Она явно заигрывала со мной. Заманчиво, но пока что мне хватит женщин. Тем более что с Настей всё развивалось довольно интересным образом, мы хорошо понимали друг друга, и легко нашли общий язык.

— Значит, я сломал стереотипы, — пожал я плечами. — Прошу прощения, нам надо идти.

Уже на улице я решил поговорить с Чеховым, который снова замолчал как рыба.

— Что с тобой происходит? — поинтересовался я. — Что-то не так?

— Всё нормально, — он опустил голову. — Просто… как у тебя так легко выходит разговаривать с женщинами?

Интересный вопрос. Я об этом не задумывался.

— А у тебя с этим проблемы? — поинтересовался я.

— Мне тридцать пять лет, а у меня ни разу ещё девушки не было! Я даже не целовался ни разу! — выпалил Антон. — Сам-то как думаешь⁈

Он сказал это даже излишне громко, и на нас обернулись несколько людей. Оу…

— Что ж, если это тебя беспокоит — я тебе помогу, — заявил я. — Разберёмся с этой твоей проблемой.

Такая проблема явно у него в голове. Я смогу разобраться с ней, если прокачаю психиатрический аспект.

Который между тем нужен мне и для помощи Матвею, айтишнику с немотой. Насколько я помню, его немота связана с сильным эмоциональным потрясением, и психиатры помочь не могли. Но если я снова воздействую на него сразу несколькими аспектами — то смогу его вылечить.

Он тоже участвовал в попытке сорвать первый этап конкурса на лучшую клинику, но я уверен, это было по приказу Кобылина.

— Правда разберёмся? — с надеждой переспросил Чехов.

— Правда, — кивнул я. — А пока иди домой, и тренируй свою магию. Всё, как я тебя учил. Ждём ответа от совета.

— Понял, — радостно кивнул Антон. — Увидимся!

Настроение у него поднялось, и он поспешил домой. А я отправился по следующему пункту своего плана на день. К Жукову, в психиатрическую больницу имени Ордина. Располагалась она на набережной реки Мойки.

Жуков Михаил Игнатьевич не считался опасным пациентом, тем более я был врачом лучшей клиники города, поэтому допустили меня к нему без проблем. Он как раз отдыхал в своей палате.

Белая мебель, массивная дверь, решётки на окнах. Да уж, подобная обстановка была весьма удручающей.

— Добрый день, Михаил Игнатьевич, — поздоровался я с Жуковым. — Как вы?

Лечили здесь опять-таки совокупностью психиатрической магии и препаратов. Но препаратам уделялось больше внимания, как и во всех других областях.

Со временем я хотел изменить и эту сферу, но пока приходилось работать с тем, что есть.

— Лечусь, — немного замедленно ответил Жуков. — Много отдыхаю и лечусь.

Его пришлось определить сюда, не было другого выхода. Из-за своего желания получить от меня рецепт эликсира бессмертия он давно уже потерял рассудок.

Я проверил его психиатрическим аспектом, заодно влил немного магии. Это заставило его взгляд прояснится. Излечить пока что не могу, но по крайней мере, ненадолго ему станет легче.

— Я пришёл кое-что обсудить, — заявил я. — Вы не знаете, есть ли у барона Филимонова дети?

— Точно нет, — покачал головой Михаил Игнатьевич. — Иначе об этом было бы известно в обществе.

Логично, но Филимонов упоминал, что он наоборот прячет своего сына от аристократического общества. Я решил задать вопрос по-другому.

— А была ли у барона Филимонова женщина, любовница? — спросил я.

Барон Жуков задумался.

— Вообще-то одна была, — медленно кивнул он. — Лет пятнадцать назад. Простолюдинка, не помню, где работала. В общем, Филимонов тогда к ней чуть ли не каждый день мотался. Несколько лет роман этот продлился.

— А что потом? — кажется, это именно то, что нужно.

— Потом он перестал рассказывать, — пожал Михаил Игнатьевич плечами. — Когда я спросил прямо, заявил, что это была ошибка. Что не будет он путаться с простолюдинами. Вот и всё.

Можно предположить, что сын как раз от этой женщины. Это всё равно не доказывает точно, но, по крайней мере, хоть какое-то подтверждение этой теории есть.

— Он вам не угрожал? — сменил Жуков тему. — Не пытался узнать, где я?

— Пытался, — кивнул я. — Но здесь вы в безопасности. Я ничего ему не сказал.

Барон Жуков тоже пытался меня убить, ни раз. Но сейчас я видел перед собой больного человека. Он уже достаточно получил за свои заслуги, побывав сначала в тюрьме, а потом и в психушке.

— Спасибо, — коротко заявил Михаил Игнатьевич.

Я попрощался с ним, и покинул психушку.

«Это всё ещё не доказательство» — мысленно пробурчал крыс.

Я это и сам прекрасно знал. Поэтому уже решил, что соглашусь посмотреть его сына только на нескольких условиях. И разумеется, буду готов к любому повороту событий.

Если он обманет — то я смогу дать ему отпор. Но если он говорит правду — нельзя оставлять ребёнка в беде.

Вечер воскресенья мы с крысом провели по-разному. Его я занёс домой, оставив смотреть очередной фильм — на этот раз боевик, где крысы-мутанты спасают мир. А сам отправился домой к Насте.

Мы провели ещё одну тренировку её лекарской магии, и я отметил, что справляется она гораздо лучше. Явно тренировалась ещё и самостоятельно.

После тренировки мы отдохнули, прекрасно проведя время вместе, и я ушёл домой. Надо было выспаться перед следующей рабочей неделей, она как всегда обещала быть насыщенной.

Шуклин привычно дремал на диване после суточного дежурства, когда в ординаторскую ворвался Валера.

— Танцуй, дружище, — радостно объявил он. — Уже сегодня!

Павел недовольно приоткрыл один глаз, и уставился на Ковалёва.