Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 3 (страница 25)

На самом деле этому разговору лучше произойти наедине между Жирковым и Ениным. А я подожду Енина снаружи кабинета.

Как раз в кабинет зашёл Андрей, и я оставил их наедине. Енина пришлось ждать всего минут пять, вскоре он вышел, уже в приподнятом настроении.

— Надо поговорить, — сразу же поймал я его. — Пойдём на лестницу.

В отделении есть риск быть услышанным Наташей, которая хоть и обещала больше не подслушивать, от привычки до конца явно не избавилась. Андрей без возражений кивнул, и мы вышли с ним на лестницу между этажами.

— Мне нужен секундант, — заявил я. — Дуэль на мечах сегодня в семь вечера. Сможешь?

— Это такая честь, — вдруг раскраснелся он. — И ты правда решил выбрать именно меня⁈

Про то, что быть секундантом — это почётно, я не знал. Всё-таки не все тонкости современного мира мне известны.

— Да, — уверенно кивнул я.

— Я с радостью! — воскликнул Енин. — Сегодня в семь… Так надо подготовиться. Так, на площадке для дуэлей?

— Всё так, — подтвердил я.

— Тогда увидимся там без пятнадцати семь, — и Андрей стремительно убежал назад в отделение.

Интересно, а как секунданты готовятся? Ладно, мне тоже предстояло заняться подготовкой.

Я вернулся в своё отделение, забрал вещи, отчитался перед Зубовым и поспешил домой. Наставник явно тоже хотел, чтобы я задержался, и мы всё обсудили, но сегодня не было такой возможности.

— Хозяин, какой меч возьмёшь? — вылезая дома из сумки, деловито спросил Клочок.

— Да он всего один, — усмехнулся я. — Выбирать не приходится.

Меч действительно был. Семейный меч Боткиных. По традициям современного мира семейное оружие передавалось старшему ребёнку при достижении им шестнадцатилетнего возраста.

Не знаю, насколько сильно скрипнул зубами отец, но меч Боткину он всё-таки передал. А теперь я — Боткин, так что меч у меня.

Прямой клинок среднего размера, из простой стали. Без излишеств, без украшений на рукояти, с ножнами из плотной кожи чёрного цвета. В общем, самый обычный.

Но фехтовать я умел хорошо. В прошлой жизни, когда я был личным лекарем безумного императора Коммода, приходилось мириться с его особенностями характера. И как следствие, я превосходно научился обращаться со многими видами оружия. Мечами, трезубцами, копьём, дротиками.

А в этой жизни удалось восстановить этот навык. В академии были занятия по фехтованию, и там тоже приходилось сдавать зачеты. Так что пришлось мне тогда изрядно попотеть, но всё вспомнить.

Так что никакого волнения перед предстоящей дуэлью не испытывал. Скорее, относился к ней как к какому-то мимолётному делу, после которого уже куча других планов есть.

— Можно с тобой? — особо не надеясь, всё-таки уточнил Клочок.

— Нет, — строго ответил я. — Ты остаёшься дома. И вообще, мы договаривались, у тебя домашний режим на несколько дней.

— Ладно, — печально вздохнул крыс. — Давай там только аккуратнее.

Было слышно, что он правда переживает за меня. А иначе фамильяр и не мог относиться к своему хозяину.

По пути на площадку для дуэлей я решил, что визит к Марии Михайловне стоит отложить. После дуэли надо заняться подготовкой Енина к зачёту, я же сам всё это затеял.

Так что быстро отзвонился женщине. Она, конечно, расстроилась, но лишних вопросов задавать не стала, чем очень меня порадовала.

На площадке уже был Антон, с каким-то неизвестным мне молодым человеком, и сам Енин. Всё-таки секундантом Антона стал не Шуклин. Хотя логично, после того, как Павел отказался принимать участие в их плане.

— Наконец-то, — подбежал ко мне Енин. — Ты готов? Давай мне меч.

— Да готов конечно, — передав меч, пожал я плечами. — У меня уже и планы на время после дуэли есть.

— Ты с этим не спеши, — серьёзно заявил Андрей. — Антон — один из лучших фехтовальщиков. Он приезжал в мою академию на турнир по фехтованию, и я его видел в деле. Занял первое место тогда!

Этих деталей я об Антоне не знал, хотя мой предшественник наверняка был в курсе. Впрочем, знание этого факта всё равно ни на что бы не повлияло.

— Я тоже неплохо фехтую, — усмехнулся я. — Так что всё будет хорошо.

Даже наоборот, рад был этой дуэли. Поставит жирную точку во всех этих хитрых интригах Антона и Ирины. Останутся только интриги Шуклина, если он решит их продолжить без поддержки, конечно.

С Соколовым тоже завтра разберусь.

Моя жизнь обещает стать поспокойнее, чтобы я вернулся к изучению иммунитета, написал статью, продолжил медитации. И в Выборг на выходных съездил. В общем, дел и без этих всех интриг хватает.

— Мы начинаем! — громко выкрикнул секундант Антона.

Они с Андреем встретились на середине площадки, обменялись нашим оружием, и тщательно его осмотрели. Затем вернули его обратно, Андрей направился к Антону, а его секундант — ко мне.

— Больше оружия нет? — спросил он.

— Нет, — я продемонстрировал руки, отсутствие оттопыренных карманов или ножа в ботинках.

Секундант всё тщательно перепроверил. Андрей сейчас делал всё то же самое. Это были дополнительные правила дуэлей современности. Во времена моей первой жизни такого не было.

Наконец, секунданты снова встретились по центру площадки.

— Инициатор дуэли — Антон Кириллович Костин, — громко заявил секундант. — Секундант — Пчёлов Егор Константинович. По решению инициатора, дуэль будет проводиться до первой крови.

— Ответчик — Боткин Константин Алексеевич, — ответил Енин. — Секундант — Енин Андрей Михайлович. Ответчик принимает условия.

Дальше они вернули нам мечи и отошли в сторону площадки. А на её центр вышли уже мы с Антоном.

Ох, ну и много же времени занимает вся эта подготовка. Уже минут двадцать от дуэли прошло, пока все эти слова и проверки прошли.

— Константин, — голос Антона звучал даже как-то грандиозно. — Вы оскорбили мою сестру, бросив её, пока учились в академии. Вы оскорбили её второй раз, отказавшись от неё несколько дней назад. Но самое главное — вы оскорбили мою честь. Распустив про меня слухи в академии, вы почти разрушили мою жизнь. И сегодня вы, наконец, за всё это ответите. Если я одержу победу в этой дуэли — вы принесёте официальные извинения мне и моей сестре, уволитесь из нашей клиники и больше никогда с нами не пересечётесь.

Ставки высоки. Но я согласен. Ведь Антон в чём-то прав, предыдущий Боткин действительно был не самым хорошим человеком. И оскорбление нанёс нешуточное. Все эти слухи, зачем он вообще это делал?

Однако у меня всё-таки были и ответные условия.

— Если же победу одержу я — то вы перестанете плести против меня свои интриги, — ответил я. — Никаких подставных пациентов-жалобщиков, никаких слухов про мою некомпетентность, слухов, что я якобы беру деньги за лечение. И, разумеется, никаких больше подставных якобы моих детей. И тоже официальные извинения передо мной за всё это.

— Принимается, — серьёзно кивнул мой оппонент.

Просить его увольняться я не собирался. На мой взгляд, это было лишнее.

Мы скрестили мечи, а затем сделали каждый два шага назад. И дуэль началась.

Антон в мгновение вновь сократил расстояние между нами, и нанёс первый удар. Я выставил меч перед собой, легко его парируя.

Он принялся атаковать снова и снова, я же продолжил отражать его удары. Он неплохо сражается, но до бойцов, с которыми я тренировался две тысячи лет назад, ему очень далеко.

Слишком напористый.

В один момент клинок Антона задел мой рукав, и на нём появилось несколько капель крови. Он замер и на долю секунды перевёл на меня торжествующий взгляд.

— Первая кровь! — выкрикнул его секундант, неустанно следящий за дуэлью.

— Только это кровь Антона Кирилловича, — заметил Андрей. — Из щеки.

Торжествующее выражение лица моего оппонента, появившееся на секунду, пропало. Он медленно приложил руку к своей щеке, на которой красовался неглубокий, и позорный порез.

— Когда? — прошептал он.

— Во время одной из атак, — пожал я плечами. — Ты сконцентрировался на попытке выбить меч у меня из рук. Потерял контроль в момент соприкосновения лезвия с тканью моей одежды. А я этот момент использовал и контратаковал. Кстати, меня ты не порезал, да и одежду даже не повредил.

Я на всякий случай задрал рукав, демонстрируя, что крови нет.

— Победил Константин Алексеевич, — подытожили оба секунданта.

Антон принял поражение с достоинством. Он передал своё оружие Егору, повернулся ко мне и поклонился.