Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 3 (страница 23)

В ординаторскую зашёл красный как рак Шуклин, и опустив голову, сел рядом с Ириной.

— Вот мой свидетель, — заявила девушка. — Доктор Шуклин, скажите им.

Он нехотя поднял голову, и перевёл взгляд на меня и на Зубова. Я смотрел безо всякой злости или ненависти. И это что-то в нём сломало.

— Нет! — выкрикнул он. — Никакой я не свидетель! Эта девушка всё придумала, чтобы подставить Боткина! И попросила меня подыграть. Но я отказываюсь!

Ух ты. А вот этого я сейчас не ожидал. Не думал, что Шуклин внезапно решит признаться в том, что эта история подставная.

А ему хватило смелости.

— Ты что такое несёшь? — зашипела на него Ирина.

— Ты меня не запугаешь, — Шуклин выглядел испуганным, поэтому эти слова прозвучали не очень убедительно. — На такое я не подписывался, нет! Разбирайся сама! Константин, Михаил Анатольевич, я тут не при чём. Я и пошёл работать!

Он вскочил и пулей вылетел из ординаторской. Ну ничего себе!

— Что теперь расскажете про домогательство? — поинтересовался я у Ирины. — Например то, как вы сами позвали меня в комнату санитарок, и с какой целью? А может, поговорим о нашей предыдущей совместной истории?

Зубов уже ничего не понимал из нашего разговора. Зато Ирина, разумеется, поняла всё.

— Нет, я ошиблась, никакого домогательства не было, — прошипела она. — И я увольняюсь. Всего доброго.

И она выскочила вслед за Шуклиным. М-да, вот это спектакль. И он окончен.

— Константин, что за истории вокруг вас постоянно такие невероятные? — удивлённо спросил Зубов.

— Сам удивляюсь, — усмехнулся я. — Но в этот раз я не при чём.

Хотя… на самом деле ещё как при чём. Но наставнику об этом знать не обязательно.

— Не важно, я всё равно не собирался верить в эту чушь, — отмахнулся Зубов. — Харассмент, это ж надо такое слово ещё выучить было. Ладно, пойдёмте работать.

Он вышел из ординаторской, а я сразу же подошёл к сумке.

— Клочок, ты тут? — шёпотом спросил я.

— Хозяин! — раздался радостный писк из сумки. — Это правда ты! А то я тут такого натерпелся!

Слава Великому Ткачу, крыс в порядке.

— Ну что ты опять учудил? — усмехнулся я. — Ты в курсе, что тебя чуть не потравила служба дератизации?

— Потому что меня заметили, — признался Клочок. — Но это всё было не просто так!

Он рассказал мне, что успела учудить Фетисова. Ну вот никак ей неймётся. Я полагал, что она всё-таки успокоилась. Сконцентрировалась сейчас на своей болезни.

Вот я, например, сконцентрировался на её болезни. И искал способы её вылечить. А у неё совсем другие проблемы в голове…

— Ты молодец, что всё это заметил, — похвалил я крыса. — Я разберусь. Ты пока отдыхай, не высовывайся. Следующие несколько дней вообще придётся дома тебе посидеть.

— Да я уж понял, — кивнул тот. — И, я так понимаю, про Антона больше искать ничего не надо?

— Будет время — поищи, — серьёзно ответил я. — Чем-то предыдущий Боткин ему сильно насолил, раз он на такие отчаянные меры решается.

— Принято, — козырнул Клочок.

Он залез назад в сумку, а я направился к госпоже Фетисовой. Вся вот эта история с моими волосами и кровью мне вообще не нравилась.

Приворотных ритуалов и не существовало в принципе. Существовало запрещённое зелье, заставляющее испытывать непреодолимое влечение к человеку, но эффект был ограничен по времени.

Но Маргарита Александровна явно задумала что-то другое. Начиталась в интернете каких-то неправдоподобных способов приворота.

— Добрый день, — решительно зашёл я к ней в палату. — И как же вы, мне интересно, хотите заполучить мою кровь?

— О чём вы? — побледнела она.

— Я всё знаю, — вздохнул я. — И про украденную ручку, и про волосы, и про приворот. Маргарита Александровна, ну зачем вам это?

Она побледнела ещё больше и тяжело вздохнула.

— Я общалась с одним пророком, — призналась она. — Он настоящий специалист, хоть эта магия сейчас и под запретом. И он сказал мне, что мы с вами связаны. Наши судьбы переплетены.

В пророков я верил. Они существовали и две тысячи лет назад. Очень редкая магия, и обычно такие люди были очень востребованными и популярными.

Я и сам однажды ходил к такому, и он увидел в моей судьбе высокий подъём, а затем сильный спад. Только не пояснил, что спад — это смерть от рук ученика.

— И этот пророк прямо так и сказал, что мы с вами будем вместе? — уточнил я. — А зачем тогда эта глупая идея с приворотом?

— Он лишь сказал, что наши судьбы переплетены, — отозвалась Фетисова. — Сколько бы я не спрашивала — про любовь он не сказал ничего. Но надо же как-то повлиять на ситуацию! Я люблю вас, и должна добиться взаимности.

От количества любвеобильных женщин уже голова кругом идёт.

— Не думаю, что дело тут в любви, — мягко ответил я. — Наши судьбы переплетены, потому что я могу помочь вам с вашим диагнозом. И я вылечу вас от ВИЧ-инфекции. Любви в пророчестве пророк не увидел, иначе сказал бы прямо. И ваши ритуалы этого факта не изменят.

— Как же так, — расстроенно произнесла Фетисова. — И я останусь одинока?

Даже странно было слышать такое предположение от красивой молодой женщины. Но одинокой она точно не будет. Есть один кандидат на её руку и сердце.

— Обещаю вам, что нет, — заверил я. — Просто не торопите время. Пока что давайте сосредоточимся на вашей болезни.

А как только вылечу её от ВИЧ-инфекции — сведу с Никитой.

— И больше не делайте таких глупостей, — добавил я. — Никаких ритуалов, и никаких похищений крови!

Она кивнула и вернула мне ручку. Что ж, надеюсь, она меня услышала.

Я провёл стандартный осмотр, снова направил на анализы, и пошёл к другим своим пациентам. Сегодня было катастрофически мало времени из-за телеконференции и последующих разборок с Ириной. Приходилось чуть ли не бегом перемещаться по отделению.

Тем более что палат у меня становилось всё больше. Зубов уже относился ко мне практически как к полноценному терапевту, и не интерну. Думаю, и Лена с Павлом это прекрасно видели и понимали.

Улучив минутку, я сделал ещё одно важное дело. Позвонил Александру Летову, корреспонденту из ежедневной газеты Санкт-Петербурга.

Соколова тоже нужно было поставить на место. Его интриги уже совсем потеряли границы. Но полицией его не припугнёшь, за деньги отца выйдет чуть ли не в ту же минуту, как сядет.

Поэтому я решил сделать так же, как делал с бароном Жуковым. Уничтожить репутацию.

Репутация для такого аристократа самое важное в жизни. Поэтому это действительно будет достойным ответом.

Я связался с Летовым, и мы договорились встретиться завтра после работы в кафе. По телефону всего было и не описать. А сегодня он не смог.

Договорившись о встрече, направился к Марии Михайловне.

— Ваше выступление было просто потрясающим! — завидев меня, произнесла она. — Коллеги из других клиник вовсю спрашивают, откуда у нас взялся такой перспективный молодой человек. И про ваш этот способ лечения… Все уже ждут вашу статью!

— Рад слышать, — улыбнулся я. — Ну вот, телеконференция прошла хорошо, так что не стоило переживать.

— Да если бы я знала, что вы такой уникум, вообще бы не переживала, — усмехнулась она.

Статью действительно нужно было подготовить, пока идею кто-то не украл. Хотя вряд ли это у кого-то получится. За десять минут я изложил суть, но материала для целой статьи не хватит.

— Поужинаем сегодня? — добавила Мария Михайловна. — У меня дома.

Второй раз от этого предложения я решил не отказываться.

— Буду у вас в восемь вечера, — кивнул я.

Женщина чуть покраснела, но больше ничего не сказала.