Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 3 (страница 21)

— Ну не пострадал же, — отозвалась она. — Вы его спасли, вы герой. Что вам ещё от меня надо?

— Ольга Петровна, вы же пятнадцать лет на нашем отделении, — удивлённо проговорил Зубов. — Что с вами приключилось? Почему вы вдруг стали… совершать такие необдуманные поступки?

Соколов с ней приключился. Ловелас и редкий манипулятор.

— Я сделала это ради любви, — подтверждая мои слова, ответила медсестра. — И ни о чём не жалею. Роман заслуживает быть здесь заведующим отделением, ясно вам! Ради этого я готова что угодно выполнить!

Ух ты, так вот какие амбиции у Соколова, оказывается. Да, Соколов, губа не дура!

— Собственно, в своих делах она признаётся, дальше с ней разберётся майор Громов и полиция, — подытожил я. — А отделению потребуется новая главная медсестра.

— А что делать с Соколовым? — спросил наставник. — Придушить собственными руками?

Он до сих пор был слегка растерян, поэтому спрашивал мой совет.

— Оставим это как запасной вариант, — усмехнулся я. — А так я знаю, что надо сделать.

Я перевёл взгляд на медсестру. Хотя у неё нескоро теперь появится возможность связаться с Романом, лучше, чтобы она была не в курсе наших планов.

Зубов поймал мой взгляд, и торопливо кивнул.

Вскоре приехала полиция, и мы объяснили ситуацию. Ольгу Петровну забрали. Скорее всего, сидеть ей теперь долго.

Михаил Анатольевич изнывал от нетерпения, что же я придумал с Соколовым, но уже пора было идти на конференцию, поэтому разговор пришлось отложить.

Истерику Ирины Антон слушал уже второй день. Сколько раз уже пожалел, что решил вообще попросить помощи у сестры! Но план, чтобы отомстить Боткину за все унижения, был настолько притягателен.

Когда Антон учился на пятом курсе академии, про него внезапно разошёлся слух, что он болеет венерическим заболеванием. Причём не одним, а целым букетом.

Из-за этого с девушками до конца академии не везло. Да и друзья начали его сторониться. Путём сложных манипуляций он выяснил, что источник слухов — это Боткин. Которого он вообще лично не знал!

За что он так поступил — Антон не знал. Но спустя несколько лет, уже работая в лучшей клинике города, внезапно снова встретил Константина. И самоё обидное, тот вёл себя так, словно вообще не помнил Антона!

Сначала Антон решил ему подыграть. Они словно впервые познакомились, и Боткину почти удалось навязать дружбу. Антон собирался заставить его сломать ему ногу, а потом, разумеется, обвинить в этом. Это бы принесло Косте немало проблем.

Но план не удался. А азарт наказать гнусного Боткина за все страдания в академии, только разыгрался. И поэтому в ход пошли новые планы. И остановиться было уже невозможно.

— Ты меня слышишь вообще! — капризно выдернула его из размышлений Ирина. — Я жалуюсь, вообще-то! Он на меня даже толком не посмотрел. А выглядела я шикарно!

— Не сомневаюсь, — растерянно ответил Антон.

— Братик, всё, с меня хватит, — Ирина затрясла его за руку. — Ты слышишь? Я ухожу. Я больше не буду этим заниматься. Хватит с меня. Всё.

— Ты пойдёшь к заведующему отделением терапии, и заявишь, что к тебе приставали в грязной форме, — решение пришло в голову само собой.

Это не изначальный план, нет. И в этом плане даже Шуклин не нужен. Зато Боткину проблем всё равно доставит.

— Чего? — сестра посмотрела на него шокированным взглядом. — Ты в своём уме, брат? Ты понимаешь, что ты предлагаешь мне сделать?

— Пойдёшь и скажешь, — повторил Антон. — А Шуклин будет свидетелем. В высшем обществе подобное поведение — это клеймо на всю жизнь. Его не только уволят. У меня появится причина вызвать его на дуэль.

— Братик, а можно без этого обойтись? — напряжённо спросила Ирина. — Не хочется мне…

Но он её уже не слушал. Этот план даже лучше первоначального! Он не только унизит Боткина в ответ, но и вызовет его на дуэль. И как минимум покалечит.

На конференцию были приглашены несколько заведующих от нашей клиники. Из знакомых я сразу же увидел Михаила Тарасова — отца Лены.

— Доброе утро, — коротко кивнул я ему.

Тот перевёл на меня взгляд, и его глаза округлились от удивления.

— Боткин? — он чуть не взвизгнул. — А вы что тут делаете?

— Будет читать доклад, — ответил за меня Зубов. — Он подготовил интересную тему, поэтому я взял его на выступление.

— Интерн имеет право читать здесь доклад? — поджав губы, уточнил невролог.

— Имеет, если разрешает организатор, — за нашими спинами раздался властный голос Марии Михайловны. — А она разрешает. Ведь этот интерн является помощником организатора. Раз уж вы здесь, Константин, помогите с организационными моментами пожалуйста.

Я кивнул и принялся помогать Марии Михайловне.

Женщина выглядела сегодня великолепно. Она надела чёрное классическое и очень изящное платье, чуть подраспутила волосы и накрасила губы ярко-красной помадой.

Интересно, связан ли её облик с вчерашним предложением? Сегодня в таком случае я соглашусь на чай.

Безмолвный Матвей подключил мониторы, раздал всем наушники с микрофонами. Я положил перед каждым участником папку со списком докладов. И телеконференция началась.

Разумеется, в телеконференции я участвовал впервые в жизни. Но всё оказалось очень просто. Перед нами в конференц-зале был натянут большой экран, куда выведены по несколько врачей из зарубежных клиник. Речь их автоматически переводилась нам на русский язык. А наша речь, в свою очередь, на их языки.

Под телеконференцию выделили два часа, за это время надо было прослушать шесть докладов. От нашей клиники два, от других по одному. Десять минут на доклад, десять минут на обсуждение. Всё строго.

Первым как раз был доклад от нашей клиники, от отделения неврологии. Михаил Тарасов рассказывал про случай инсульта, с редким синдромом иностранного языка. Какой знакомый случай…

— Теперь понятно, почему он совершенно не обрадовался вашему появлению, — шепнул мне Зубов. — Это же ваш случай. Вы распознали инсульт, и вы спасли пациентку.

— Мне не жалко, — пожал я плечами. — Это и правда интересный случай, так что пусть рассказывает, если хочет.

Доклады других стран были тоже весьма интересными. Особенно мне запомнился случай из австралийской клиники. Там был пациент, который на спор съел геккона. Из-за чего заразился сальмонеллёзом, и едва не умер. Коллеги с трудом смогли его вытащить.

Когда наступил мой черёд, я рассказал подготовленный доклад про будущее в гематологии, и про лечение несколькими аспектами сразу. И доклад произвёл фурор.

Меня просто завалили вопросами и уточнениями, потратив на это не десять минут, а почти полчаса. Коллеги из нашей клиники тоже не отставали.

— Если то, что вы сообщили в своём докладе, правда — тогда вы измените ход современной медицины, — заявил коллега из Франции. — Я предлагаю оформить вам эту идею в виде научной статьи. Это должны знать все лекари.

— Я непременно этим займусь, — кивнул я.

— Запомните мои слова, перед нами будущий гений медицины, — добавил другой коллега, из Германии.

Я и сам собирался знаться статьёй, но не думал, что выступление произведёт такой ажиотаж. Конференция в итоге задержалась, но это стоило того. Мне было приятно такое внимание.

— Во второй половине дня жду вас у себя, — как бы невзначай напомнила Мария Семёновна, когда все уже начали расходиться.

— Я помню, — улыбнулся я.

Зубов выглядел очень возбуждённым.

— Константин, это правда был фурор, я даже не ожидал! — торопливо произнёс он. — Если заболевания крови и правда можно будет лечить магией… Да вы хоть понимаете, как это перевернёт весь мир!

Я-то как раз понимаю. И это так не только с болезнями крови. С помощью магии можно разобраться со многими заболеваниями.

Мы вернулись в отделение и сразу же увидели возле поста медсестры двух человек, одетых в белые костюмы химической защиты.

— Это ещё кто? — нахмурился Зубов.

— Михаил Анатольевич, это я вызвала, — к нам подбежала медсестра Анна. — В отделении видели крысу!

Вот чёрт. Клочок. Что ты опять устроил?

— Михаил Анатольевич, — этого всего словно было мало, и к нам подбежала ещё и Ирина. — Простите, я не могу больше молчать. Константин ко мне приставал!

Глава 10

Просто комбо! Ситуацию, в которой было бы ещё больше внезапных факторов, и представить сложно. Передо мной и моим заведующим стоит санитарка Ирина, которая жалуется на приставания моей стороны.

А в отделении — люди из службы дератизации, вызванные медсестрой. Вероятнее всего потому что где-то умудрились заметить Клочка. Ох…

Надо было решать всё по порядку.