Игорь Алмазов – Гений Медицины. Том 2 (страница 49)

— А что случилось? — удивился Дмитрий Степенович.

Я коротко рассказал ему ситуацию, не упоминая, разумеется, фамилию пациентки.

— Тогда смотрите, — разрешил инфекционист. — Ко мне пациента собираетесь переводить?

— Пока нет, — отозвался я. — Все повторные анализы возьмём в терапии. Там будем смотреть по ситуации. Разумеется, если всё подтвердится — поставим её у вас на учёт.

— Вообще лучше на учёт в поликлинике вставать, но можно и у меня, база у нас одна, — ответил Жирков. — Вот, садитесь за мой компьютер, ищите. А я пойду проверю отделение.

Он вышел, оставляя меня одного. Я проверил всю базу, но Фетисовой там не обнаружил.

Значит, всё-таки первичное обнаружение. Теперь оставалось сообщить всё это ей.

Я твёрдо поставил перед собой цель найти способ её вылечить. В современном мире не существовало такого способа. Ни магия, ни препараты не могли помочь.

Если я активирую сразу несколько аспектов, инфекционный, иммунный, гематологический… Чётко продумаю, какие именно нужны в этот комплекс. Активирую иммунную систему пациентки, и заставлю её работать на тысячу процентов. Должно получиться. Но работы предстояло много.

Я закрыл базу, и вышел из кабинета. Жирков за что-то отчитывал новенького Енина, так что я решил им не мешать. Пусть привыкают друг к другу.

Вернулся в терапию, и отправился к Фетисовой. Женщина сидела на кровати с книгой в руках.

— Уже соскучились по мне? — снова поприветствовала она меня этой фразой. — Думала, до завтра вас уже не увижу.

Я прошёл в палату и уселся рядом с кроватью.

— Пришли остаточные анализы, которые вы сдавали, — начал я. — И анализ на ВИЧ пришёл положительный.

Госпожа Фетисова отреагировала самым наилучшим образом. Разумеется, была удивлена, и шокирована. Но не устроила истерику, не бросилась отрицать, и не впала в ярость.

— Какой теперь план? — только и спросила она.

— Завтра возьмём анализы, чтобы или подтвердить, или опровергнуть диагноз, — объяснил я. — Если он подтвердится — то вы встанете на учёт у инфекциониста.

— И буду получать антиретровирусные препараты, — закончила за меня Маргарита Александровна. — Как давно он у меня, известно?

— Сложно сказать, — покачал я головой. — Сопутствующие инфекции на фоне выраженного иммунодефицита появляются примерно через десять лет с момента заражения. Сначала обычно идёт стадия инкубации. Когда вирус уже в организме, но иммунный ответ на него отсутствует. Эта стадия длится около трёх месяцев. Затем стадия первичных проявлений — это лихорадка, фарингит, различные высыпания. Стадия острой ВИЧ-инфекции.

— У меня ничего подобного не было, — поспешила заметить женщина. — Значит, у меня ещё первая стадия?

— Нет, антитела уже есть, так что точно не первая, — покачал я головой. Иногда вторая стадия протекает бессимптомно, такое тоже бывает. И наступает третья — латентная. Она длится дольше всех, клинические признаки или отсутствуют, или увеличиваются лимфоузлы. И в крови появляются антитела, которые нашли и у вас.

Коварная инфекция. Так просто её и не заподозрить, никаких клинических проявлений, симптомов. Человек может болеть несколько лет, и даже не знать об этом. Вплоть до четвёртой стадии, когда уже присоединяются вторичные инфекции.

— Как именно я могла заразиться? — спросила Фетисова. — Переливаний крови не было. В сомнительные стоматологии и маникюрные салоны не ходила. Пирсинг и татуировки в подвалах не делала.

Женщина была неплохо осведомлена о этой инфекции. Всё-таки в ней чувствовались задатки лекарской магии. И разговаривать поэтому с ней было легко.

— Если парентеральный путь исключаем, то остаётся половой, — констатировал я.

— Я только с мужем… — Маргарита Александровна покраснела. До этого думал, что её вообще невозможно смутить, — он мог быть болен? От этого и умереть?

— А после смерти не проводили экспертизу? — удивился я.

— Не знаю, — покачала она головой. — Я была не в том состоянии, чтобы контролировать подобные вещи. Как ни крути я прожила с ним пятнадцать лет, и привыкла к нему. Но теперь думаю, что у него вполне могла быть любовница… И он мог меня заразить.

Ещё более неприятная ситуация. Если собственный муж заразил ВИЧ-инфекцией… Сюжет хуже не придумаешь.

— Спасибо, что решили сказать мне это лично, — вдруг добавила Маргарита Александровна. — Это многое для меня значит. Невеста с сюрпризом, однако.

Она невесело усмехнулась и обняла себя за плечи.

— Всё будет хорошо, — пообещал я. — Я найду способ разобраться с этим, обещаю.

— Я вам верю, — серьёзно кивнул Маргарита Александровна. — Спасибо. Оставлять меня одну не бойтесь, я справлюсь.

В этом я и не сомневался. Кивнул и покинул её палату. Я обязательно найду способ вылечить Фетисову. Это отличный повод начать развивать лекарскую магию в этом времени.

Клочок не терял времени зря. Задание хозяина он хотел выполнить в лучшем виде, чтобы тот больше на него не злился. А потому быстро разыскал Шуклина и начал пристальную слежку.

Первые полчаса следить было скучно, потому как Шуклин дремал в своей излюбленной подсобке. Той самой, где прятал спящего Никиту.

— Ну просыпайся же ты, — пробурчал себе под нос Клочок, устав созерцать спящего Шуклина.

Тот спал крепко. Тогда крыс аккуратно переместился на полку, и лёгким движением хвоста уронил какую-то бутылку. Та с грохотом упала на пол, а Клочок снова нырнул в укрытие.

Хозяин просил без самодеятельности. Но бутылка и сама могла упасть, верно?

Шуклин подскочил как ужаленный и замотал головой по сторонам. Никого, разумеется, не увидел, зато глянул на часы и чертыхнулся.

— Чёрт, чуть не проспал всё на свете! — воскликнул он.

Вот, Клочок, как оказалось, ещё и хорошее дело сделал! Какой он молодец!

Шуклин поспешил выбраться из своей подсобки, и направился к диванчикам в холле. Там его ожидал мужчина, судя по одежде пациент.

— Я уж думал, вы не придёте, доктор, — усмехнулся он. — Опаздываете.

— Работы много, — буркнул Шуклин.

Крыс поспешно запихал в рот кончик хвоста, чтобы сдержаться и не засмеяться при этих словах. Работы много, как же.

— Так что мне надо сделать, чтобы вы на ночь отпустили меня домой? — спросил пациент.

— Завтра подойдёте к Боткину Константину Алексеевичу, в тот момент, когда рядом с ним будет стоять кто-то из персонала, — торопливо ответил Павел. — И спросите, все ли анализы нужно оплачивать отдельно, или есть какая-то акция?

— К Боткину? — удивлённо переспросил пациент. — Да он же отличный врач, про него ходят самые положительные отзывы. Зачем мне его подставлять?

— Затем, что иначе никто вас несколько ночей подряд домой не отпустит, — отрезал Шуклин. — Вы лежите на этаже простолюдинов, и у вас нет никаких привилегий. Хотите лишиться единственного шанса, выспаться без храпа вашего соседа по палате⁈

— Нет, — поспешно отозвался мужчина. — Храп его действительно уже надоел. Спать не могу. А раз вы говорите, что мне лежать ещё неделю минимум… Я с ума сойду без сна.

Ага, значит Шуклин подговорил пациента создать новый слух, пользуясь возможностью отпустить того ночью домой. Несколько ночей подряд, пока он дежурит.

— Значит, договорились, — заявил Шуклин. — Сегодня ночью сходите домой выспаться авансом. А завтра жду от вас чёткого выполнения плана.

Пациент кивнул, и направился в сторону лестницы. Шуклин же довольно потянулся и размял шею.

— А неплохо у меня получилось, — сказал он сам себе.

Так, сдержаться, не кусать его, не пугать его. Ничего не делать. Клочок вздохнул и поспешил в ординаторскую. Нужно было срочно доложить всё хозяину.

Я вернулся в ординаторскую, коротко отчитался перед Зубовым, забрал сумку и направился домой. Сил и времени на посещение храма уже не было, придётся всё-таки отложить это мероприятие.

Дома Клочок рассказал мне про подслушанную сценку с участием Шуклина.

— Он пытается тебя дез…диз…диск-ре-ди-ти-ро-вать, — с трудом выговорил крыс. — Надо что-то делать!

— Пока что будем обламывать все его попытки, — ответил я. — А там видно будет. Завтра у меня ещё и квиз, дел невпроворот.

— Точно, я и забыл, — хлопнул себя по лбу Клочок. — А как думаешь, долго они ещё будут таких актёров засылать?

— Не знаю, вот и увидим, — пожал я плечами. — Давай отдыхать, завтра сложный день.

Утром в клинике я даже не стал дожидаться привычной планёрки. Новых пациентов Зубов мне сегодня не даст, помнит про квиз. А старые у меня и так есть. Прежде всего, Фетисова.

Первым делом я проверил саму пациентку. Судя по красным глазам поспала она сегодня мало, несмотря на назначенные мною успокоительные. Но держалась по-прежнему неплохо. Я отправил её по анализам и собрался в пятую палату.

— Боткин! Константин! — чуть ли не с другого конца коридора прокричал мне Зубов. — Срочно бросайте всё и бегите на десятый этаж в конференц-зал!