Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Родители. Дети. Воспитание (страница 2)

Получается, что доверие возникает в ответ на доверие. Конечно, вера в человека не означает, что нужно ему отдать «ключ от квартиры, где деньги лежат». Зная, что у человека есть какие-то слабости, что он, например, употребляет наркотики, мы не можем дать ему повод для соблазна. Мы не можем положить деньги у него на виду, потому что понимаем, чем это закончится.

Но верить в возможность возрождения для этого человека необходимо всегда. На какой бы стадии болезни, падения он ни был, даже на самой, по мнению других, последней, шанс есть и у него.

На каких авторов приводятся ссылки

Чтобы не быть голословными, приведем слова некоторых уважаемых людей, а их высказывания проиллюстрируем примерами.

Ссылка на авторитет (мол, хочешь или не хочешь принимать, но тебе нужно верить таким-то образом; нужно считать вот так, а не иначе) не всегда работает. Когда разбирается какой-то вопрос, можно попытаться показать другому человеку справедливость своего утверждения. Бывает, что он естественным образом соглашается с предлагаемым ему взглядом.

Кстати, исполнительный директор Центра социальной адаптации святителя Василия Великого Иулиания Владимировна Никитина отмечает, что важно не только говорить. Важно также быть готовым услышать от собеседника что-то в ответ и что-то из услышанного принять.

В качестве комментария к ее словам можно привести еще одну мысль священномученика Фаддея. Он пишет, что как бы ни опытен был учитель, он не должен полагаться на одну опытность. Наблюдения, хотя и многолетние, неполны, а выработанные приемы преподавания могут иногда быть неправильными. Священномученик Фаддей советует учителю изучать дело воспитания и обучения не только практически, но и теоретически. То есть советует учителю читать сочинения, раскрывающие темы педагогического характера, а также беседовать с людьми опытными и знающими. «Посредством чтения учитель может познакомиться с опытами, которые применяли в деле воспитания и обучения в течение многих веков, с мнениями знаменитых педагогов, основанными на всестороннем изучении человеческой природы».

Вследствие доминирования практического подхода у учителя часто устанавливаются определенные, слишком однообразные приемы преподавания. И такое положение дел может легко сделать его преподавание безжизненным. «Читая же книги разных лиц, трудившихся в учебно-воспитательном деле, учитель встречает новые для себя мысли, знакомится с новыми приемами преподавания. Да и вообще чтение при однообразной учебной деятельности может освежающим образом действовать на душу».

В русле данного наставления и будет разворачиваться дальнейшая беседа. В течение нескольких лет специально искал, на чьи размышления, идеи, взгляды мог бы опереться. И сейчас хочу поделиться мыслями тех людей, которым удавалось находить подход к людям.

Первый автор – архимандрит Тихон (Агриков). Его любовь к людям поистине была велика. Прошел всю Вторую мировую войну. После войны сознательно принял священство, несмотря на все давление, которому подвергался (после Второй мировой войны репрессии по отношению к Церкви еще не закончились). Стал преподавать в Московской Духовной академии пастырское богословие.

Он завоевал колоссальную популярность в народе. К нему на исповедь шло столько людей, что исповедовал он с вечера и до самого утра. Когда на него начались гонения, был вынужден переезжать с места на место по всему Советскому Союзу. Во время гонений он и умер.

Другой автор, чьи мысли и наставления будут процитированы, – преподобный Порфирий (Кавсокаливит). К нему со всего мира приезжало великое множество людей, и очень многих он вернул к жизни.

У архимандрита Трифона (Новикова) из Сергиева Посада, который уже более тридцати лет окормляет Сергиево-Посадское СИЗО, есть очень интересная лекция на тему душепопечения заключенных.

Надежда на будущее. Два подхода

В конце вводной части кратко хотел бы обозначить две основные модели общения с людьми, которые в жизни «наломали дров».

Первая – обличать человека. Поясню на реальном примере. Один человек, который совершил в жизни немало серьезных ошибок, видимо, пережил катарсис, момент раскаяния, и пришел на исповедь. А батюшка возьми да после исповеди ему и скажи: «Снимай с себя крест, ты теперь больше не христианин». Как посмотреть на такую ситуацию?

Человек, хотя и тяжко согрешивший, может испытывать жажду очищения. Но если не дать ему надежды, а вместо надежды дать от ворот поворот, он может ожесточиться и пуститься во все тяжкие.

Красноречивым комментарием по данному вопросу является случай, описанный архимандритом Спиридоном (Кисляковым) в его книге «Из виденного и пережитого. Записки русского миссионера»[2]. Эту книгу наряду с творениями священномученика Фаддея можно внести в золотой фонд педагогики. В первой части книги он рассказывает о монашеском призвании (это вы можете пропустить); а во второй части (это будет для вас чрезвычайно интересно) пишет о том, как он поехал на каторгу в Сибирь проповедником и через его руки прошло около 20 000 каторжан, колоссальное количество. Отец Спиридон окормлял арестантов, отбывавших в дореволюционное время наказание в тюрьме и на каторге. Тысячи и тысячи заключенных прошли перед его глазами. Заключенные любили его, и его влияние на них было очень благотворным. Он пользовался большим уважением у заключенных именно благодаря своей пастырской чуткости.

Архимандрит Спиридон приводит историю, рассказанную ему одним арестантом. Этот человек совершил много преступлений и однажды решил: «Всё – хватит, хочу принести покаяние».

«Через неделю я отправился в монастырь, Сергиевскую пустынь. Начал уже каяться священнику, да и скажи ему на духу, что, мол, я, батюшка, раскольник. Как услышал этот-то священник, что я раскольник, а он давай меня тут же в церкви срамить, ругать, называть меня врагом Христовым, беспутным человеком и т. д. Я как стиснул зубы, да и закатил его по макушке! Ох, как я тогда озлобился. С этого дня я решился, как говорят, на все, и вот с того времени прошло пятнадцать лет, и я все эти годы не выхожу из человеческой крови. Что же, посижу я здесь и, быть может, как-нибудь и освобожусь, и опять придется взяться за то же самое прежнее ремесло».

Поэтому, если человека не принимают, это может его толкнуть на еще более тяжкие преступления.

Многие считают (почему-то среди священников такая точка зрения очень распространена), что правильным педагогическим приемом будет, если, например, человек покаялся в том, что он был оккультистом, послать ему книжку о предательстве Христа, мол: «Знай, что ты – предатель». Этот подход может привести к тому, что человек отчается или вообще перестанет приходить в храм, решив: «Раз я такой грешник, ну что теперь? Раз уж рай для меня закрыт, то хоть эти 20 лет, что мне отведены, поживу в свое удовольствие».

Вторую модель, когда человеку дают надежду на будущее и не очень-то напоминают ему о прошлом, можно богословски обосновать (о прошлом человек все равно, конечно, вспоминает в покаянном чувстве, но у него есть надежда, память о прошлом не пригибает его к земле и не ввергает в отчаяние). Желающие познакомиться с обоснованием могут прочитать раздел «Возмездие» в книге патриарха Сергия (Страгородского) «Православное учение о спасении». В особенности – объяснение 33 главы из книги святого пророка Иезекииля, которое приводится в конце раздела (мысли патриарха на поднятый вопрос в сокращенном и адаптированном к современному читателю виде приводятся в книге ««Победить свое прошлое»: исповедь – начало новой жизни» в главе «Что такое прощение: "списание долгов со счета" или "нравственный переворот в душе"?»)[3].

Устами святого пророка говорит Господь: «Не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился и жив был». Если беззаконник «обратится от грехов своих и будет творить суд и правду… то он будет жив, не умрет. Ни один из грехов его, какие он сделал, не помянется ему; он стал творить суд и правду, он будет жив». Комментируя призыв беззаконнику отвратиться от злых путей, патриарх Сергий пишет, что Бог не преследует кого-нибудь за прошлые грехи. «Да оставит нечестивый путь свой и беззаконник помыслы свои, и да обратится к Господу, – и Он помилует его… ибо Он многомилостив». Господь предлагает человеку жизнь, но необходимо, чтобы люди этот дар приняли. Если люди отвращаются от этого дара, то они лишаются жизни. «Но если они предлагаемую жизнь принимают, тогда… никакое прошлое человека не вспоминается».

Об осуждении

Архим. Тихон (Агриков)

Теперь постараюсь изложить размышления и наблюдения, которые удалось собрать. Первое, чем хотелось бы поделиться, – это выдержки из книги архимандрита Тихона (Агрикова) «Курс лекций по пастырскому богословию для студентов Духовной Академии. III курс»[4]. Не понимаю, почему эту книгу не переиздают.

Там есть совершенно потрясающая глава «О пастырском осуждении» и об обращении с закоренелыми грешниками. Ничего подобного в жизни мне не приходилось читать. Изложу кратко, своими словами, то, что можно выделить.

Архимандрит Тихон ставит вопрос об осуждении человека и о том, насколько это вообще допустимо. Он совершенно справедливо замечает, что осудить человека за какой-то грех – значит, осудить самого себя, потому что никто из нас не может ручаться, что сам что-то подобное никогда не совершит.