Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Родители. Дети. Воспитание (страница 12)

Девочка говорила, что она ждала того момента, когда отец придет домой пьяный и эта добренькая мачеха получит хорошую трепку.

Вот однажды отец пришел с друзьями, требуя закуски. Мачеха не сразу даже поняла, в чем дело. Он ее тогда ударил. Она вдруг проявила недюжинную силу и просто выкинула за дверь его друзей, потом взяла линейку и начала его бить со словами: «Еще раз придешь сюда при ребенке в таком виде, ты понял меня?!». Он ей: «Наташа, не бей меня». – «Ты понял меня?» – «Понял-понял». Отец мгновенно протрезвел, и больше подобного не повторялось.

Говорят, что «Истина не доказуется, а показуется». Очень полезно узнать о жизни и характере такой вот Наташи, сберечь в сердце её образ, образ реального, живого человека. Со временем та девочка сдалась – она уже просто не смогла мачеху ненавидеть, ее ненависть просто не могла развернуться, потому что мачеха не отвечала злом на зло, на какие-то провокации. Она была верующей. Как говорит девочка, она вначале сорвала иконы, растоптала и разбросала их по полу. Мачеха, когда пришла, спокойно собрала иконы, склеила и повесила на прежнее место. Девочку это взбесило – она их снова разорвала. Та – опять повесила. Тогда девочка их выкинула. На этом месте появились новые иконы. Мачеха ни слова ей не сказала. Потом девочка уже устала их рвать – ладно, пусть висят. В конце концов, девочка свою неродную мать всё-таки полюбила.

Интересно, что с девочкой стало потом. Эта история, «Доброе слово», записана врачом, которая заведовала отделением больницы и попала на лечение в свое собственное отделение. Так уж вышло.

Она рассказывает, что начала наблюдать за молоденькой медсестрой Любочкой, которая выделялась из всех: больные любили ее особенно, пытались совать разные подарки, она отказывалась. Любочка умела найти подход к каждому человеку, и больные ждали ее появления, как светлого лучика, особенно безнадежные больные. Когда она входила, становилось всем легче и радостнее – все сразу оживали.

От человека исходило что-то необъяснимо-светлое, и эта врач, заведующая отделением, человек с колоссальным жизненным опытом, говорит, что не могла понять, откуда у студентки такие способности, что она моментально чувствует каждого человека, к каждому человеку мгновенно находит свой подход, и люди перед ней раскрываются.

Врач как-то сказала Любочке: «Я вижу, что у вас для каждого человека есть доброе слово», на что девушка ей ответила: «Нет, это не у меня. Меня мачеха научила». И рассказала свою историю.

Как в рассказе Иулиании Владимировны про историю с бабушкиными куличами, в этой истории образ мачехи, ее отношение и поступки повлияли на девочку, на ее характер, на всю ее личность.

Правильный подход: вникнуть, заинтересовать, вложить

Кто-то задавал вопрос об уроках. Одна девочка, очень непослушная, просто погрязла в двойках и даже не делала никаких попыток, чтобы что-то изменить. Правда, несмотря на плохую учебу, она не по годам была развита и очень четко могла манипулировать кем угодно. Как о ней говорили взрослые люди, «не знаешь чего – спроси ее, научит». В плане жизни, что и кому сказать, как и где повернуться, как и что сделать, она понимала все гораздо лучше взрослых. Родители не знали, что с ней делать, и поручили ее старшему брату, который на какое-то время к ним приехал и жил дома. Вначале брат думал завести какие-то порядки, чтобы она им следовала: по режиму встаешь, кушаешь, приходишь; пока не сделаешь уроки, никому не звонишь. Первые полгода они ругались.

Как позднее рассказывал брат, все изменилось, когда он случайно попал на исповедь к одному батюшке (к нему ходит очень много людей). Молодой человек не собирался к нему, зная, что не попасть, просто стоял в храме, думал о каких-то своих проблемах, и этот батюшка вышел принимать исповедь, к нему кинулась толпа народа, чтобы пораньше очередь занять, и юношу этой волной просто вынесло самым первым.

Батюшка исповедовал его за три секунды, но не потому, что любил исповедовать быстро, хотя и огромная толпа ждет. Он сказал: «Давай, самое главное». Этот человек ответил: «Проблемы с сестрой». Батюшка ему на это: «Значит, ты плохой педагог. С детьми нужно заниматься так, чтобы им было интересно». После этой беседы все изменилось: раньше у них всегда разворачивался просто «боевик» с криками и скандалами. Эта девочка была еще и очень свободолюбивой: если заупрямится, то это все. Она упрямится, брат ее упрямится – сошлись, как два барана на мосту. Наступал вечер, уроки не сделаны, все на нервах ложатся спать, на следующий день в дневнике «двойка».

После встречи с батюшкой уроки начали делать так. Вот задача: выходит путник из пункта «А» в пункт «Б», если скорость 5 км/час, сколько он проходит за два часа.

Брат говорит: «Давай, решай вслух». Она: «Я понимаю, что путник идет и проходит столько-то», – и запнулась. Он ей: «Почему ты запнулась?» – «Потому что я не понимаю вот этого…». Месяц назад брат непременно прочитал бы лекцию о том, что она уже столько учится и все ничего не может понять; о том, что она уже взрослый человек и у нее будет семья.

В тот раз такую лекцию пропустили. Просто было сказано: «Чтобы рассчитать расстояние, нужно…» – и объяснил, как рассчитать расстояние – только этот момент – три секунды. Идут дальше. Следующая задача: что-то понятно, что-то – нет, и брат ей объясняет то, что она не понимает. Уроки по математике стали делать за 15 минут. Потом можно было идти гулять.

Как эта семья рассказывала, буквально через месяц позвонила из школы изумленная классная руководитель со словами: «Что вы сделали с ребенком? К какому психиатру вы ее водили?». До этого девочку собирались вести к психиатру, к психологу, потому что она была совершенно неуправляема. Однако всё изменилось, когда сам брат изменил свое отношение. Можно сказать, дела у девочки пошли в гору.

Как потом складывалась жизнь этой девочки: брат был верующим, но сама она не особо хотела об этом слушать. Тогда он прекратил нотации, чтение морали, и решил просто исполнить свои обязанности как брат – стал встречать ее из школы, ведя ее за ручку. Когда приходили подружки – кормил их, что-то им покупал, но не для того, чтобы завоевать авторитет у своей сестры, а просто потому, что друзей надо принимать.

Потом так произошло, что они с сестрой десять лет не виделись, и он уже думал, что она о нем забыла и даже, возможно, ненавидела, потому что в жизни была конфликтная полоса, когда они много ругались.

Потом, когда она вышла замуж, свекровь этой повзрослевшей девочки рассказывала, что она говорила о своем брате ежедневно.

Еще, как говорила мама этой девочки, раньше ее невозможно было заставить сделать что-то по дому. Если мама шла на принцип: «помоешь посуду – пойдешь гулять», то ужин заканчивался, она продолжала сидеть, но и посуду не мыла, хотя ее ждали друзья.

Когда девочка выросла и вышла замуж, родители мужа подарили им на свадьбу дом. И эта девочка, и ее муж – очень общительные, молодые, ни у кого из их друзей еще не было своего дома, поэтому постоянно у них все собирались. И она сходу взялась за готовку, уборку, гостей принимает, кругом все по полочкам, чисто и прибрано.

Мама девочки, когда приехала к ним, очень была удивлена: «Откуда вообще все это?». Вдруг она видит везде: в готовке, уборке – свою руку. Все, что она, как ей казалось, безуспешно годами пыталась вложить в дочь, теперь проявилось, вспомнилось.

Обращение к лучшему, что есть в человеке

Можно в качестве еще одного комментария привести эпизод из фильма «Во все тяжкие» (3 сезон, 9 серия).

Сюжет сериала раскручивается вокруг варки метамфетамина. Герой – Джесси, бесшабашный молодой человек, похож на ваших воспитанников. Складывается впечатление, что он вообще лишен каких-то нравственных ориентиров.

Конечно, это все кино, фантазия, но там был очень реалистичный эпизод. Из-за страшной депрессии погибла от передозировки его девушка, которую он очень любил. Чтобы выйти из этого состояния, Джесси начал посещать психотерапевтическую группу, в которой были депрессивные, унылые, потерявшие всякую надежду люди.

На одном из занятий ведущий сказал им: «Разрешаю вам ныть, жаловаться. У вас есть уникальная возможность для этого». Он задал вопрос Джесси: «Джесси, тебе есть что сказать? Ты чем собираешься заниматься?».

Джесси промямлил: «Ну, типа что-нибудь делал бы…» – «А что, например?».

Джесси даже не нашелся, что ответить на это. Ему казалось раньше, что уже все понятно в его жизни. Но от так и не смог ничего сформулировать, кроме фразы: «Ну, типа что-нибудь руками…».

Тогда он вспомнил и начал рассказывать о том, что, когда он учился в школе, у них были семинары по труду. Ему хотелось этот семинар «закосить», чтобы дальше «пинать балду» с ребятами. Чтобы «закосить» семинар и мистер Пайк отвязался, нужно было сделать шкатулку.

Тогда он сколотил за два занятия какой-то ящик, пришел к этому мистеру Пайку со словами: «Ставь мне уже «трояк» и не мучь меня больше». Мистер Пайк его даже не стыдил, а просто сказал: «Ты, Джесси, что, ничего лучшего сделать не мог?».

Возможно, это было сказано как-то по-особенному, но только мысль запала: «Что, неужели я не могу?», хотя преподаватель ему и не говорил, что шкатулка плохая, только намекнул: «Ты что, ни на что большее не способен?». Тогда Джесси начал ходить и делать эти шкатулки; и к пятой или седьмой шкатулке сделал уже изумительную вещь – из перуанского ореха, с вставками черного дерева, натертую каким-то маслом тунговым.