Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Работа и духовная жизнь (страница 34)
При этом он стал видеть рядом с собой демона. Есть в произведении глава «У Тихона». Ее раньше не печатали. Но без нее произведение не понять. Ставрогин говорит епископу Тихону, что видит демона (кстати, мы часто чувствуем его ночью, если ложимся в состоянии гнева). Тихон отвечает, что это – болезнь и нужно лечиться в Швейцарии. Мне это было непонятно: почему демон отрицается (хотя в романе «Братья Карамазовы» в главе «Черт. Кошмар Иван Федоровича» описывается, как демон сводил с ума Ивана)?
Но все встало на свои места, когда прочел одну мысль иеромонаха Серафима (Роуза). Он говорит, что людям, начинающим свой духовный путь, не всегда полезно знать, что есть демоническая иерархия[161].
То есть это может нагрузить человека лишними страхами. Об инфернальных силах подробнее говорить можно тому, кто принял Христа, пришел к твердому убеждению, что миром правит Промысл Божий, а не зло. В этом смысле слова епископа Тихона, сказанные Ставрогину, при современной интерпретации можно было бы понять так: «Дорогой ты мой, пока не надо тебе зацикливаться на вопросе, какова природа видения злобного лица, нередко виденного тобой. Давай ты пока переключишься немного с твоего ритма жизни, наберешься сил, съездишь отдохнуть в горы. Но перед этим познакомишься с тем духовником, в послушании у которого рекомендую тебе побыть. Потихоньку начнешь с его советами менять порядки своей жизни, а там, глядишь, мы и до твоего вопроса о лице доберемся». То есть к тому времени предпосылки, на которых базируется проникновение демона в сознание Ставрогина, вследствие изменения им образа жизни будут разрушены хотя отчасти. Соответственно, и влияние демона на Ставрогина уменьшится.
В педагогике, общении и духовничестве есть такой принцип: если перед тобой изломанный человек, то следует делать акцент на его конструктивных поступках и мыслях. Необходимо тормозить недостатки, но еще важнее подцепить добро (которое еще в потенции, которое – внутри, в неразвитом состоянии) и его вытягивать наружу. Нужно вывести человека на конструктивную жизнь.
Епископ Тихон дает Ставрогину совет провести в послушании 5–7 лет посреди мира. Не у всех есть счастье иметь духовника. Но есть книги. В какой-то мере духовника может заменить испытание совести. В своей книге «Приношение современному монашеству» св. Игнатий Брянчанинов в главе «О жительстве по совету» говорит, что возможен совет единомысленных братьев и чтение книг. Хотя, конечно, есть риск, что человек, живущий по совету, начнет выбирать из услышанных наиболее удобную для себя точку зрения[162].
За эти 5–7 лет человек обсуждает с духовником не только свою главную проблему. Обсуждается масса вопросов – что ты кушаешь, как относишься к детям, что смотришь и как относишься к вирусу и т. д. От духовника требуется погружение в жизнь человека и в некоторых случаях нестандартный ответ.
Нестандартный ответ нужен иногда в случае, например, протеста. Некоторые люди, например, не против Причастия, но у них есть протест. Исходит этот протест не от плохого ума, скорее наоборот, исходит от желания разобраться. Люди хотят понять. Почему – Причастие? Почему – Евхаристия? Почему нельзя дома преломить хлеб, призвать Христа и этот хлеб вкусить? Мы говорим: «Преемственная иерархия». Но человек не знает, что это такое.
Он не пережил личный опыт. Ему нужно объяснить.
Да, теоретически на приходе есть встречи с прихожанами, но посещают ли люди на эти встречи? Почему народ перестает ходить на приходские встречи? Из раза в раз разбирают и обсуждают церковные праздники. Но если человек при приходе несколько лет, он уже знает, в чем заключается событие Введения во храм Божией Матери, например.
В качестве опыта, который в данном случае мог бы быть использован, можно указать на опыт центра во имя св. прав. Иоанна Кронштадтского. В центре реабилитируют самых тяжелых людей, которым уже некуда идти. Они были у психиатров, у экзорцистов (кстати, отчитки почти никому не помогают; сейчас мы не можем вопрос отчиток подробно разбирать; см., к примеру, беседу «Монах Иоанн на тему отчиток»[163]). Люди реально повреждены. И вот эти люди меняются. Они собираются, на первый взгляд, сидят, общаются, пьют чай. Ну куда же без чая? У архимандрита Павла Груздева даже был Акафист самовару.
Начинается разговор. Отец Иоанн, ведущий специалист центра, просит какое-то чадо рассказать о своем дне, что ему запомнилось, что привлекло внимание. Человек рассказывает, кто-то высказывается еще на поднятую тему. Затем отец Иоанн подводит итоги, корректирует, объясняет, почему та или иная точка зрения верна или не верна. У людей при этом с годами накапливается адекватное отношение к детям, к жизни, к трудностям, к молитве.
Такой подход называется парадигмальным – от слова «парадигма». Когда у человека появляется картина мира, появляется культура мышления, ему начинает становиться понятной собственная жизнь, мир вокруг. Если человек начинает понимать причинно-следственные связи, лежащие в основе явлений (открытые в Евангелие, прокомментированные святыми отцами), то он в картину мира может вписать свою жизнь (свою частную проблему), наслаивая на нее сетку из причинно-следственных связей. Тогда он начинает видеть реальные выходы там, где ранее и «ума приложить не мог».
К тому же со временем он начинает воспринимать свою проблему не как монолитную, а как состоящую из этапов и различных элементов. Рождается понимание, что с Божией помощью на каждом из этапов он может выйти из того потока, который несет его к состоянию психоза. Рождается понимание, как работать над собой. Как выводить из своей жизни элементы, которые при определенных условиях, сливаясь воедино, порождают гипернапряжение центральной нервной системы. В итоге общий уровень напряжения начинает падать.
Как уже было отмечено, вхождению в состояние психоза всегда что-то предшествует. Происходит какой-то скачок напряжения, в чем-то человек выходит из себя. Например, человек хотел настоять на своем, настаивая – поругался, поругавшись – стал нервничать. Стало расти напряжение, которое куда деть? Если человек не знает, что можно помириться с близким, попросить прощения, помолиться за него, ему остается напиться[164].
Когда люди учатся тому, как в различных ситуациях сохранить состояние мирного духа, они становятся способными даже и в критической ситуации увидеть альтернативные варианты. В состоянии охваченности страстью существует как бы только один вариант – плакать, напиться, ругаться. В мирном духе мы способны приобщиться Божественной Благодати. У нас появляется выбор, способность совершить другой шаг.
Принципы парадигмального подхода, как было отмечено в преамбуле, более подробно рассматриваются в четвертой части статьи «Преодоление игрового механизма», отдельное название части – «Эротомания, игровой психоз и неконтролируемая приверженность»[166].
Применительно, к тем, кто пришел в Православие из эзотерики, в части 2/2 статьи «Брешь в стене», отдельное название части – «Некоторые мысли о целостной духовной культуре и выходе из круга патологических состояний»[167].