Иэн Рэнкин – Водопад (страница 15)

— Это Шивон Кларк, — говорила тем временем Джилл Темплер одной из сидевших за столиком женщин. — Она работает констеблем в моем участке. — Последние слова Джилл произнесла таким тоном, словно участок перешел к ней в безраздельную собственность, что, как подозревала Шивон, было не так уж далеко от истины. — Шивон, это Джин Берчилл. Она работает в музее.

— Вот как? В каком же?

— В Музее истории Шотландии, — пояснила Берчилл. — Вы когда-нибудь там бывали?

— Однажды я завтракала в Башне, — сообщила Шивон.

— Ну, это не совсем то… — промолвила Берчилл, и в ее голосе послышалось разочарование.

— Я хотела сказать, что… — Шивон ненадолго замолчала, подыскивая слова, чтобы поделикатнее выразить свою мысль. — Я завтракала там, когда Башня только что открылась. Парень, с которым я тогда была, оказался… В общем, наши отношения не сложились. Должно быть, поэтому мне не особенно хотелось туда возвращаться.

— Все понятно, — сказала Гэрриет Броу таким голосом, словно все несчастья и неудачи в жизни можно было списать на противоположный пол.

— По крайней мере сегодня здесь одни женщины, — добавила Джилл Темплер, — так что можно расслабиться.

— Если только после ужина мы не поедем в ночной клуб, — вставила Диана Меткалф, и ее глаза хищно блеснули.

Джилл перехватила взгляд Шивон.

— Ты послала сообщение? — спросила она.

Джин Берчилл неодобрительно нахмурилась.

— Пожалуйста, девочки, давайте не будем сегодня говорить о работе.

Обе помощницы судебного исполнителя шумно выразили свое согласие, но Шивон успела кивнуть, чтобы Джилл знала: письмо загадочному Сфинксу она отправила. Другое дело, удастся ли им провести его таким примитивным способом? Из-за этого сообщения Шивон и задержалась — прежде чем написать письмо Сфинксу, она решила просмотреть все электронные письма Филиппы Бальфур, чтобы составить себе хотя бы приблизительное представление о том, какой тон пропавшая девушка использовала в общении с друзьями, какие и как употребляла слова. Отвергнув не меньше десятка вариантов, она поняла: послание Сфинксу должно быть как можно более простым и коротким. Однако некоторые письма Филиппы к друзьям были довольно многословными и сумбурными; что, если и Сфинксу девушка слала подобные мейлы? И если да, то как он или она отреагирует на необычно краткое сообщение? «У меня проблемы. Нужно поговорить. Флипси». И контактный телефон (в качестве такового Шивон решила использовать номер собственного мобильника).

— Я смотрела по телевизору эту вашу пресс-конференцию, — сказала Диана Меткалф.

Джин Берчилл застонала.

— Мы же договорились — о работе ни слова!

Меткалф посмотрела на нее своими большими, темными, усталыми глазами.

— Это не имеет никакого отношения к работе, Джин. Пресс-конференцию показывали по телевизору, и теперь о ней говорят буквально все! — Она снова повернулась к Джилл. — Мне кажется, что этот юноша тут совершенно ни при чем. А ты как считаешь?

Джилл только пожала плечами.

— Вот видишь? — вставила Берчилл. — Джилл не хочет об этом говорить.

— Скорее всего, тут приложил руку папаша, — авторитетно заявила Гэрриет Броу. — Мой брат учился с ним в одной школе. Мерзкий тип. — Прозвучавшая в ее голосе безапелляционность могла бы многое сказать о полученном Гэрриет воспитании. Не исключено, подумала Шивон, что маленькая мисс Броу решила стать юристом еще в подготовительном классе. — Кстати, Джилл, почему на пресс-конференции не было матери девушки? — требовательно спросила Гэрриет.

— Мы ей предлагали, — ответила Джилл. — Но она сказала, что вряд ли сможет это вынести.

— Ну хуже, чем те двое, она не могла себя проявить, — заметила Броу, беря из ближайшей вазочки пригоршню орехов кешью.

Лицо Джилл неожиданно сделалось усталым, и Шивон решила, что пора переменить тему.

— Чем вы занимаетесь в вашем музее? — спросила она у Джин Берчилл.

— Я старший хранитель, — объяснила Джин. — Веду научную работу и специализируюсь на восемнадцатом и девятнадцатом столетиях.

— Ее главная специальность, — вмешалась Гэрриет, — смерть.

Берчилл улыбнулась.

— Верно, что я готовлю к экспозиции предметы, связанные с религиозными обрядами…

— А еще вернее то, — снова вмешалась Броу, — что наша Джин готовит к экспозиции старые гробы и изображения мертвых младенцев викторианской эпохи. Каждый раз, когда я оказываюсь в этом отделе музея, меня буквально начинает трясти! На каком, кстати, этаже он находится?…

— На четвертом, — тихо сказала Джин Берчилл. Она была, как уже решила про себя Шивон, очень хороша собой: невысокая, изящная, с густыми каштановыми волосами, подстриженными «под пажа». Когда она улыбалась, на округлом, нежном подбородке появлялась очень симпатичная ямочка, скулы были четко очерчены, на щеках — здоровый, розовый румянец, заметный даже в полутьме бара. Насколько Шивон успела заметить, косметикой Джин почти не пользовалась, да она в этом и не нуждалась. Ей очень шли приглушенные, пастельные тона, которые она явно предпочитала: на ней был брючный костюм «мышиного», как называют его женщины, цвета; под ним — серый джемпер из кашемира, а на шее — терракотовый шерстяной платок, сколотый у плеча макинтошевской брошью. Ей тоже было под пятьдесят. Шивон вдруг подумала, что она моложе любой из собравшихся здесь женщин как минимум лет на пятнадцать.

— Мы с Джин вместе учились в школе, — объяснила ей Джилл Темплер. — Потом мы как-то потеряли друг друга из виду и встретились снова только четыре или пять лет назад, да и то случайно.

Тут Берчилл улыбнулась — видимо, воспоминание о той случайной встрече ее позабавило.

— А вот я бы не хотела встретиться ни с одной из своих соучениц, — заявила Гэрриет Броу с полным ртом орехов. — Все они были жуткими занудами!

— Еще шампанского, леди? — осведомился официант, вынимая бутылку из ведерка со льдом.

— Давно пора, — отрезала Броу.

Между десертом и кофе Шивон понадобилось отлучиться. На обратном пути она столкнулась в коридоре с Джилл.

— Заболтали тебя мои подруги? — спросила Джилл с улыбкой.

— Нет, что ты! — воскликнула Шивон. — Прекрасный вечер! Джилл, дорогая, ты уверена, что я не должна…

Джилл коснулась ее рукава.

— Нет, Шивон, я же сказала, что я угощаю. Не каждый день у меня бывает повод для праздника. — Ее улыбка погасла. — Как тебе кажется, твое письмо сработает?

Шивон только пожала плечами, и Джилл кивнула в знак того, что все понимает.

— А что ты думаешь насчет пресс-конференции?

— Все как обычно. Запах падали привлекает гиен…

— Иногда, — задумчиво проговорила Джилл, — подобные телеобращения срабатывают. — После шампанского Джилл выпила три бокала вина, но пьяной она не выглядела — только голова ее слегка клонилась к плечу, да немного отяжелели веки.

— Можно мне кое-что сказать? — спросила Шивон.

— Мы не на службе, так что можешь говорить все что угодно.

— Тебе не следовало поручать эту работу Эллен Уайли.

Джилл посмотрела на нее в упор.

— Кому же следовало? Может, тебе?… Ты это хотела сказать?

— Вовсе нет. Но выпускать новичка на такую арену…

— Ты считаешь — у тебя получилось бы лучше?

— Я этого не говорила. Я…

— Тогда что же ты говорила?

— Я хотела сказать, что ты бросила ее тиграм на растерзание — вот что!

— Полегче на поворотах, Шивон! — В голосе Джилл звякнул металл. Несколько секунд она молчала, только ее ноздри слегка раздувались. Наконец она фыркнула и, быстро обернувшись, сказала: — Эллен Уайли надоедала мне несколько месяцев подряд. Ей очень хотелось работать в отделе по связям с прессой, и, как только я смогла, я предоставила ей эту возможность, чтобы посмотреть, действительно ли Эллен так хороша, какой себе кажется… — Джилл посмотрела Шивон прямо в глаза. Две женщины стояли так близко одна к другой, что Шивон чувствовала запах вина. — Но она не потянула.

— И как ты после этого себя чувствуешь?

Джилл подняла палец.

— Не перегибай палку, Шивон. У меня и без того хватает проблем. — Казалось, Джилл хочет добавить что-то еще, но она только погрозила пальцем и натянуто улыбнулась. — Давай поговорим об этом в другой раз, если не возражаешь, — сказала она и, обойдя Шивон, толкнула дверь туалета. — Кстати, — добавила она, обернувшись, — Эллен больше не работает в пресс-отделе. Я собиралась предложить это место тебе… — Дверь за ней затворилась.

— Не нужно мне твоих одолжений, — буркнула Шивон, обращаясь к закрытой двери. Ей казалось, что всего за несколько часов Джилл Темплер стала жестче и суровее, чем была, и унижение, через которое пришлось пройти Эллен Уайли, стало первым проявлением этой новой силы. Шивон очень хотелось работать в пресс-отделе, но ей было тошно вспоминать, какое злорадство овладело ею, когда она наблюдала за пресс-конференцией и поражением Эллен.

Когда Джилл Темплер вышла из туалета, Шивон сидела в одном из стоявших в коридоре кресел. Остановившись перед ней, Джилл посмотрела на нее.

— Призрак на балу… — проговорила она и отвернулась.

3

— Я был уверен, что мне придется работать с настоящим рисовальщиком, — проговорил Дональд Девлин, предварительно откашлявшись. На взгляд Ребуса, он был одет так же, как во время их вчерашней встречи. Отставной патологоанатом сидел в обшарпанном кресле рядом с компьютером и единственным в Гэйфилдском участке детективом, который знал (довольно приблизительно), как работать с «Фейсмейкером». «Фейсмейкер» представлял собой компьютерную базу данных с набором рисованных глаз, ушей, носов и губ, которые с помощью различных опций можно было вытягивать, сжимать и складывать вместе. Наблюдая за работой программы, Ребус понял, как бывшим коллегам Фермера Уотсона удалось приделать его голову к накачанным торсам атлетов.