Иэн Бэнкс – Несущественная деталь (страница 45)

Ледедже увидела, как он посмотрел на ее правую руку, и протянула ему ее. Он схватил ее руку, его костлявые пальцы клеткой сомкнулись на ее ладони. Рука его оказалась горячей, словно владельца мучила лихорадка, но абсолютно сухой, как бумага. Она увидела, как он поморщился, и заметила, что два его пальца были схвачены лубком — покоились на какой-то деревяшке или куске пластика и были перевязаны чем-то похожим на узловатую тряпицу. Но гримаса боли почему-то не расползлась по всему его лицу, которое уставилось на нее без всякого видимого выражения.

— Добрый вечер, — сказала Ледедже.

— Госпожа И'брек. — Голос его звучал сухо и холодно. Он кивнул Джоликси, потом указал на стулья по обе стороны от него. — Хелуб, Эммис. Если вы не возражаете.

Два молодых человека вроде бы хотели возразить, но не стали это делать. Оба быстро поднялись с презрительным выражением на лицах и гордо пошли прочь. Она и Джоликси сели на указанные места. Еще один красивый молодой человек разглядывал их. Демейзен взмахнул рукой, и голограмма на столе, изображавшая жутковато реалистическую схватку между какими-то всадниками и более многочисленным отрядом лучников и других пеших солдат, поблекла и исчезла.

— Редкая честь, — пробормотал Демейзен, глядя на Джоликси. — Как идут дела в Широких контактах?

— В общем неплохо. Как живется в охранниках?

Демейзен улыбнулся.

— Ночные дежурства безотказно познавательны.

Перед ним была небольшая золотая трубка, и Ледедже предположила, что это мундштук проходящей под столом хладо- или водяной трубки, — тут было и несколько других мундштуков, которые просто лежали или были установлены в подставки на столе, — но оказалось, что это палочка со светящимся концом, не связанная ни с чем. Демейзен поднес ее к губам и с силой втянул в себя воздух. Золотая трубка хрустнула, укоротилась, и под облачком шелковистого дыма появился огненный сияющий язычок.

Демейзен поймал ее взгляд и предложил трубку ей.

— Наркотик. Из Судалле. Называется нартак. Эффект такой же, как от веялки, хотя и резче, не такой приятный. А похмелье довольно болезненное.

— Веялка? — спросила Ледедже. Ей показалось, она вроде бы должна знать, что это такое.

Демейзен посмотрел на нее удивленным и одновременно бесстрастным взглядом.

— У госпожи И'брек нет наркожелез, — пояснил Джоликси.

— Неужели? — сказал Демейзен и нахмурился, глядя на нее. — Вам назначено какое-то наказание, госпожа И'брек? Или вы придерживаетесь того идиотского убеждения, будто просветление может быть найдено только в темноте?

— Ни то и ни другое, — сказала ему Ледедже. — Уж скорее я полулегальная инопланетянка. — Она надеялась, что эти слова забавны, но если они и были таковыми, то никому за столом, похоже, так не показалось. Может быть, ее знание марейна было не таким уж безупречным, как ей представлялось.

Демейзен посмотрел на Джоликси.

— Мне сказали, что эта молодая дама ищет попутный корабль.

— Ищет, — сказал Джоликси.

Демейзен взмахнул обеими руками, посылая из золотой трубки кольца дыма в воздух.

— Да, Джоликси, на этот раз ты меня обошел. С чего это ты взял, будто я превратился в такси? Ну-ка, говори. Жду ответа с нетерпением.

Джоликси только улыбнулся.

— Я думаю, за этим скрывается нечто большее. Госпожа И'брек, — сказал он ей, — вам слово.

Она посмотрела на Демейзена.

— Мне нужно попасть домой, господин Демейзен.

Демейзен бросил взгляд на Джоликси.

— Пока все это очень похоже на такси. — Он снова повернулся к Ледедже. — Продолжайте, госпожа И'брек. С нетерпением жду, когда ваша история достигнет скорости убегания и вырвется из притяжения повседневности.

— Я собираюсь убить человека.

— Ну вот, это уже кое-что необычное. Но опять же, можно себе представить, что для этого достаточно такси, если только для уничтожения господина, о котором идет речь, не требуется военного корабля. При этом современнейшего военного корабля Культуры, если позволите мне такую нескромность. По какой-то причине в голову приходит выражение «избыточная мощность». — Он улыбнулся ей ледяной улыбкой. — Возможно, в данный момент ваши дела здесь обстоят не так хорошо, как вы думали.

— Мне сказали, что я получу в сопровождение шлеп-автономника.

— Значит, вы оказались настолько глупы, что допустили утечку — и о вашем намерении убить этого человека стало известно. — Он нахмурился. — Боже мой. Позвольте мне предположить, что эта утечка не предвещает чего-то абсолютно ужасного при условии, что ваши планы убийства составлены хотя бы с некоторой степенью коварства, хитрости или, да осмелюсь я произнести это, интеллекта. Мои — можете мне поверить — в высшей степени ограниченные способности к состраданию остаются абсолютно незатронутыми. — Он снова повернулся к Джоликси. — Ну, Джоликси, ты уже покончил с самоуничижением или и в самом деле тебе нужно, чтобы я?..

— Человек, которого я собираюсь убить, богатейший в мире, богатейший и влиятельнейший во всей моей цивилизации, — сказала Ледедже. Даже она чувствовала, что в ее голосе звучат нотки отчаяния.

Демейзен посмотрел на нее, приподняв надбровную складку.

— Какой цивилизации?

— Энаблемента, — ответила она.

— Сичультианского Энаблемента, — сказал Джоликси.

Демейзен фыркнул.

— И опять, — сказал он Ледедже, — вы говорите не все, что у вас на уме.

— Он меня убил, — сказала Ледедже, изо всех сил стараясь, чтобы голос у нее не срывался. — Собственными руками. Мы не владеем технологией сохранения душ, но я спаслась, потому что корабль Культуры «Не тронь меня, я считаю» десять лет назад внедрил в меня невральное кружево. Я была реконфигурирована здесь только сегодня.

Демейзен вздохнул.

— Все это очень мелодраматично. Ваша история когда-нибудь в будущем — надеюсь, отдаленном будущем, — могла бы вдохновить на постановку какой-нибудь чертовски интересной кинопрезентации. С нетерпением жду того момента, когда я смог бы ее пропустить. — Он опять улыбнулся натянутой улыбкой. — А теперь я не возражаю, если вы освободите места. — Он кивнул двум молодым людям, которые немногим ранее освободили стулья для Ледедже и Джоликси. Они теперь стояли рядом с довольно торжествующим видом.

Джоликси вздохнул.

— Мне жаль, что впустую отнял столько времени, — сказал он, поднимаясь.

— И все же я намерен сделать так, чтобы ты пожалел еще сильнее, — сказал Демейзен с неискренней улыбкой.

— Я говорил с госпожой И'брек.

— А я нет, — сказал Демейзен, вставая вместе с Ледедже. Он повернулся к ней, приложил золотую курительную палочку к бледным губам и с силой затянулся. Посмотрел на нее и сказал: — Желаю удачи в поисках попутного транспорта.

Он улыбнулся пошире и загасил сверкающий желто-красный кончик палочки о раскрытую ладонь второй руки. Раздалось отчетливое шипение. Его тело опять словно бы дернулось, хотя лицо осталось бесстрастным.

— Что — это? — сказал он, глядя на пепельно-темный ожог на своей коже — туда же с нескрываемым ужасом смотрела и Ледедже. — Не волнуйтесь. Я ничего не чувствую. — Он рассмеялся. — Но тот идиот, что там внутри, он чувствует. — Он постучал себя по виску и снова улыбнулся. — Этот бедняга победил в своего рода соревновании, чтобы заменить корабельную аватару на сто дней, или на год, или на какой-то такой срок. Конечно, никакого контроля над телом или кораблем он не получил, но во всем остальном восприятие полное — ощущения, например. Говорят, что он чуть не кончил в штаны, узнав, что современный военный корабль согласился принять его предложение — поселиться в его теле. — Улыбка стала еще шире, теперь она походила на ухмылку. — Он явно не самый глубокий знаток психологии корабля. И вот я, — сказал Демейзен, поднимая руку с перевязанными пальцами и разглядывая ее, — мучаю этого бедолагу. — Он поднес вторую руку к перевязанным пальцам, помял их. Тело его при этом содрогнулось. Ледедже поймала себя на том, что поморщилась от чужой боли. — Видите? Он меня не в силах остановить, — весело сказала Демейзен. — Он страдает от боли и выучивает урок, а я… ну я немного забавляюсь.

Он посмотрел на Джоликси и Ледедже.

— Джоликси, — сказал он с явно напускной озабоченностью. — У тебя обиженный вид. — Он кивнул, сощурил глаза. — Это хороший вид, можешь мне поверить. Горькое негодование тебе идет как нельзя лучше.

Джоликси ничего не ответил.

Хелуб и Эммис вернулись на свои места. Демейзен протянул руки и погладил одного по волосам, другого по бритой голове, потом здоровой рукой ухватил точеный подбородок бритоголового.

— И совершенно чудесно, что этот тип, — он снова сильно постучал себя по виску перевязанными пальцами, — вызывающе гетеросексуален и страдает таким страхом перед насилием над телом, что это граничит с откровенной гомофобией.

Он оглядел молодых людей за столом, подмигнул одному из них, потом лучезарным взглядом посмотрел на Джоликси и Ледедже.

Ледедже тяжелым шагом двинулась по тускло освещенной бухте.

— Найдутся и другие корабли ОО, — со злостью сказала она.

— Ни один из них не будет говорить с вами, — сказал Джоликси, поспешая за ней.

— А тот, кто стал, казалось, не имел другой цели — только шокировать и унизить меня.

Джоликси пожал плечами.

— Экспедиционный корабль Контакта класса «Ненавидец», к которому принадлежит наш друг, отнюдь не славится мягкостью и дружелюбием. Видимо, сконструирован в то время, когда Культура считала, что никто не воспринимает ее всерьез, потому что она в некотором роде слишком мягка. Но и среди кораблей своего класса этот считается изгоем. Большинство кораблей ОО прячут когти и полностью отключают свою психопатию, кроме тех случаев, когда это считается абсолютно необходимым.